Канцлер (СИ)

– Вам – это Святому Престолу? – на всякий случай уточнил я.
– В том числе. Хотя лично его святейшеству, конечно же, не стоит встречаться с вами.
– И почему же?
– Это может быть понято неправильно. Если понтифик удостоит кого-либо из участников встречи в Ватикане аудиенции заранее, остальные тут же объявят нас в симпатиях. Которые сейчас недопустимы… формально, во всяком случае. – Кардинал снова улыбнулся и продолжил чуть тише: – И все же знайте, князь – вселенская Церковь с вами, целиком и полностью.
– Я не католик, – усмехнулся я. – Да и вообще едва ли могу назвать себя человеком истинно верующим.
– И какое это имеет значение? – Кардинал пожал плечами. – Святой Престол всегда стоял на страже мира – а сейчас едва ли найдется хоть один человек, который сделал для его сохранения больше, чем князь Горчаков. Так или иначе – мы на одной стороне.
Для обычной встречи, этакого визита вежливости, все происходящее почему-то казалось слишком сложным. И пусть Папа не появился лично, а отправил вместо себя загадочного кардинала-библиотекаря – без таинственных появлений из ниоткуда и многозначительных взглядов уж точно можно было обойтись.
Или нельзя – если нас действительно каким-то чудом могли подслушать даже здесь, в огромном и пустом соборе, защищенном Даром церковников не хуже крепости.
– Что ж… В таком случае – передайте его святейшеству, что я признателен… – Я изобразил вежливый поклон. – За все – и особенно за его содействие в грядущих переговорах.
– Непременно. Впрочем, за вашими успехами следит не только Святой Престол. – Кардинал вдруг чуть наклонился вперед и прошептал: – Василий Михайлович Дроздов передает вам наилучшие пожелания.
Меня будто приморозило к полу. Я тут же вспомнил, как до смешного нелепый старец в очках и поношенном пиджаке буквально парой слов заставил поджать хвосты половине столичной знати. И как он же встретил меня с набитого юнкерами поезда из Пятигорска, чтобы побеседовать… черт знает о чем. Из всего разговора я вынес только одно: при всей мощи древних Одаренных треснувший по швам мир все-таки придется спасать мне.
Своими кулаками, умом, магией, оружием, связями, капиталом – да и вообще всем, что подвернется под руку. Высшие силы то ли самоустранились от всех мировых проблем, то ли решили, что уже сделали достаточно, забросив меня сюда. И я, в общем, не имел особых возражений: привык управляться сам – да и вообще должен был сказать спасибо, что не загнулся окончательно, истекая кровью под мертвым грязно-желтым небом где-то далеко отсюда.
И вдруг – такое.
– Кто вы такой? – пробормотал я. – Или – что?
– Библиотекарь и скромный Служитель Бога. – Кардинал склонил голову. – Большего вам знать, пожалуй, не следует. Пока что.
– Тогда – сколько вам лет?
– Много, князь. Я куда старше Василия Михайловича.
– И, подозреваю, еще и могущественнее, – проворчал я. – До сих пор никак не пойму, кому нужен бестолковый молодой князь, если на свете живут такие вот древние старцы.
– Можно сказать – вы сами ответили на свой вопрос, князь. – Кардинал ничуть не обиделся на мой выпад. – Лиши вас Дара прямо сейчас – и вы станете обычным юношей ваших лет. Сообразительным, пылким, упрямым – и, без сомнения, талантливым. Сохраните положение, титул и все то, что позволяет вам на равных говорить с правителями по обе стороны океана… В общем – изменится не так уж и много. Но если силу потеряет ваш дедушка – едва ли он проживет дольше нескольких дней. Василий Михайлович в таком случае скончался бы не месте. А это тело… – Кардинал коснулся лацканов своего пиджака. – Это тело без магии просто рассыпется в прах. Слишком уж много лет я взял у нее взаймы.
– Неужели вы так боитесь подавителей родового Дара, – усмехнулся я, – что готовы сидеть сложа руки?
– Мы не сидим без дела, князь… Пора бы вам уже, наконец, понять, что мир не вращается вокруг великолепного князя Горчакова. И кое-чего вполне можно добиться и без вашего личного участия. – Кардинал улыбнулся и покачал головой. – И все же вы будете правы, если скажете, что этот мир все-таки в вас нуждается.
 
– Охотно верю. – Я пожал плечами. – Хоть и не понимаю – почему.
– Мы живем в непростое время. Огромные дирижабли, броненосные корабли, панцеры, аэропланы с автоматическими картечницами. И, конечно же, капитал и политика – как венец всего. Магия уже давно перестала быть абсолютным инструментом власти, князь. – Кардинал чуть сдвинул брови. – Личность куда важнее… Ваша личность. Ваш талант находить нужные слова, объединять людей. И, конечно же, умение поставить что-то выше собственных интересов – или даже интересов российской короны.
– Думаете, этого достаточно, ваше высокопреосвященство? – вздохнул я.
– Мне хотелось бы в это верить. Вы не хуже меня видите, что мир замер на краю пропасти. – Кардинал на мгновения задумался – будто сомневался, стоит ли говорить дальше – однако все-таки продолжил: – Многие из тех, кто носит сутану, видят дурные знамения – там, где обычным людям не разглядеть ровным счетом ничего.
– Что-то вроде мертвой саранчи? – поморщился я. – Или моря не того цвета?
– Не стоит шутить вещами, в которых вы ничего не смыслите, князь. – Кардинал строго нахмурился. – Любому Одаренному известно, что магия – изнанка, истинная суть всего происходящего. И любые изменения в ней не пройдут без следа. Мы способны увидеть лишь следы – но мудрому достаточно и этого, чтобы понять, когда приближается…
– Конец света? – догадался я. – Тот самый неотвратимый Судный День?
– Хвала Господу – пока еще нет. Опасность уже близко – но и шансы велики, как никогда раньше. И именно поэтому все мы и Святой Престол с замиранием сердца следим за вашей судьбой. И именно поэтому я должен просить… нет, я должен умолять вас, князь, – Кардинал склонился передо мной, прижимая руки к груди, – не ошибитесь! Вы – наша последняя надежда.
– Последняя? – Я тут же навострил уши. – Значит, были и другие?
На этот раз его высокопреосвященство молчал так долго, что я уже перестал надеяться получить ответ. Хоть какой-то – на подробный рассказ о путях сильных мира сего не стоило и рассчитывать. Но то ли я особенно приглянулся кардиналу, то ли просто настало время узнать кое-что еще – он все-таки заговорил. Медленно и глухо, будто слова оказались слишком тяжелыми даже для древнего Одаренного.
– Что ж… – Кардинал поднял голову, заглядывая мне прямо в глаза. – Вы уверены, что действительно хотите это знать, князь?
  
Глава 18
 
– Не стоило нам начинать этот разговор. Но теперь… – Я шумно выдохнул через нос. – Да, ваше высокопреосвященство. Я хочу знать. Все – и до конца.
– Все известно только самому Господу Богу, князь, – с улыбкой отозвался кардинал. – Но о других… давайте назовем их гостями нашего мира – я рассказать могу.
– В таком случае – начинайте. – Я оглянулся в сторону огромной деревянной двери, ведущей на улицу. – Пока гвардейцы не принялись меня искать.
– Едва ли они посмеют прервать нашу беседу, – усмехнулся кардинал. – Но – как пожелаете, князь… Вы действительно не первый, на кого мы возлагали свои надежды. История уже знает подобные примеры: юноша, наделенный неимоверными для своих лет талантами – и не только магическими, конечно же. Иногда знатного рода, но порой и из простых. Будущий полководец, политик – или гений способный изменить мир. Тот, кто опережает свое время на десятки лет – а то и на целые века. Признание, слава, головокружительная карьера – и печальный финал… всегда. – Кардинал вздохнул и покачал головой. – Как будто сам этот мир сопротивляется любой попытки сыграть против правил.
– Это я уже заметил, – буркнул я. – И давно вы занимаетесь… этим?
– Первый гость появился около двухсот лет назад. А последний… – Кардинал отвел глаза. – Последний еще жив, князь.
– Что?! Какого?.. – Я скосился на святых на фресках и на всякий случай продолжил чуть тише. – Как такое вообще могло случиться? И где он?!