Новый мир для Элиз
Потому что ей удалось побороть яд Темного паука, от укуса которого погибали даже драконы. Не так быстро, как люди, но все равно умирали в страшных муках.
За время службы в Южной провинции Маркус присутствовал на похоронах троих из Пустынного Патруля. Мысленно корил себя за их гибель, хотя прекрасно осознавал, что прямой вины за ним нет. Они добровольно выбрали эту стезю, а Сирья всегда была и оставалась одним из самых неспокойных мест в Андалоре.
Конечно же, из-за ее близости к Граням. И еще к Хордвику – месту, где все и началось.
Пустынный Патруль следил за разломами в Гранях и еще за тем, чтобы выбиравшиеся оттуда твари не попадали в Сирью, а заодно не добирались до окрестных деревушек. Или, не дай Боги, не выползали на дороги, отправляясь по ним дальше, в центральный Андалор, где и без того хватало своих забот.
Впрочем, Темные упорно гнездились в Хордвике, куда Пустынный Патруль являлся раз в неделю и постоянно находил там проблемы.
В последний свой прилет они обнаружили в Хордвике еще и Элиз Данн. Разграбленный караван из Дентрии тоже отыскали, но вот найти тех, кто совершил подобное злодеяние, Маркусу так и не удалось.
Горы, к сожалению, умели хранить свои секреты, а людей, чтобы отправиться туда с зачисткой и покончить с разбойниками и поселениями фанатиков раз и навсегда, у Маркуса в достаточности не имелось. Напрасно он отправлял письмо за письмом королю – все, что ему удалось добиться, – это усилить гарнизон Сирьи и доукомплектовать второй Пустынный Патруль.
Но в их обязанности, как ему сообщали в ответах из столицы, «входит следить за разломами в Гранях и контролировать ситуацию в Хордвике».
И больше ничего.
Ну что же, со своей задачей они справлялись, а то, что происходило в горах неподалеку от Сирьи, по королевскому распоряжению касаться их было не должно.
Зато Хордвик был в сфере ответственности Пустынного Патруля, и Элиз Данн, выходило, тоже.
Расспросить ее о произошедшем из-за болезни так и не удалось, но Маркус предполагал, что Элиз вырвалась и сбежала, когда фанатики пытались принести в жертву Аль Бенгази. Да, на главной площади Хордвика, на месте совершенного пять столетий назад страшного ритуала.
Ей единственной удалось спастись, тогда как фанатиков либо сожрали фоморы, либо утащили в свое логово пауки. И сожрали уже там.
Теперь же, получалось, Элиз Данн улизнула еще и из цитадели.
– Как такое вышло, если она едва оправилась после болезни? – повернулся он к Юсупу. – Кто ее выпустил – без документов и без моего разрешения?!
– Стража на воротах, – хмурым голосом сообщил ему заместитель, как оказалось, уже успевший провести собственное расследование. – Элиз Данн сказала им, что помогает на кухне. У нее якобы поручение от поваров, поэтому ей срочно нужно в город. Вот они ее и…
– На стали проверять, – закончил Маркус. – Поверили на слово.
– Да, мой лорд! – кивнул Юсуп.
Его взгляд остановился на письменном столе.
– Похоже, Элиз Данн оставила вам записку, милорд! – и голос Юсупа дрогнул.
Маркус уставился на лежащее в нише послание. Неужели от Элиз?..
Внезапно ему захотелось прочесть письмо самому, вдали от любопытных и ревнивых глаз его заместителя.
К тому же в этой комнате были еще одни глаза – красные и воспаленные – Торреса из Песчаного Патруля, который, по его словам, решил проведать спасенную девушку, так как проникся к ней искренней жалостью.
Но она неправильно все поняла. Сочла его поступок дерзостью и вместо слов благодарности бросила ему в глаза порошок красного жгучего перца.
С этой историей тоже следовало разобраться, а заодно отыскать и вернуть Элиз в цитадель. Маркус до конца не понимал, зачем ему это делать и что именно им движет, но ему хотелось, чтобы девушка была поблизости.
Рядом с ним, и ей бы ничего не угрожало.
А потом он разберется, что именно в ней так сильно его тревожило, а заодно и притягивало. Потому что тянуть его не могло, а тревожить не должно было.
Обычная девушка без примеси драконьей крови и второй ипостаси – вот кем была Элиз Данн, и Маркус прекрасно это понимал.
Да, у нее имелся магический дар, но это не меняло сути дела.
Все просто – Элиз Данн не была драконом. Значит, говорил он сам себе, эта странная привязанность существовала лишь на уровне интереса и его желания.
Возможно, у него слишком долго не было женщин – Сирья и нынешний образ жизни к такому не располагали.
Хотя Маркусу казалось, что в случае с Элиз с ним случилось нечто иное. Отличное от обычного мужского интереса к красивой девушке.
Все было намного сильнее и крепче – потому что оно хватало его за горло и сжимало грудь каждый раз, стоило лишь подумать, что ей может угрожать опасность.
Все началось в тот день, когда он понял, что Элиз выживет. Именно тогда, сидя в ее комнате и сжимая безвольную руку спящей девушки, Маркус испытал это в первый раз.
Растерялся, затем попытался самоустраниться. Запретил себе ее навещать и перестал это делать, когда Элиз пошла на поправку.
Ничего путного у него не вышло. Наоборот, он ее потерял.
Но собирался вернуть как можно скорее.
«Милорд», – писала ему Элиз нетвердой рукой. Делала грамматические ошибки, но с каждым словом, как ему казалось, почерк становился все увереннее.
«Я мечтаю искренне и от всей души поблагодарить вас за собственное спасение. И еще за то, что вы столь щедро делились со мной магией.
Возможно, вам казалось, что я пребывала без сознания, но я запомнила все те разы, когда вы приходили в мою комнату и расспрашивали у мессира Густафа о моем здоровье. И еще когда ваша рука касалась моей.
Ваша магия и ваше присутствие всегда приносили мне облегчение и успокоение. Вы снимали мою боль и помогали вернуть силы.
Сейчас я чувствую себя почти полностью здоровой и искренне мечтаю сказать вам…»
В этом месте письмо обрывалось, и сердце Маркуса внезапно заныло. Он хотел знать, что именно собиралась сообщить ему Элиз.
– Разыщи ее! – отрывисто приказал он Юсупу. – Она все еще слаба, и мне не хочется, чтобы та, которую мы спасли всем патрулем, а потом стараниями мессира Густафа она выжила после укуса паука, сгинула бы где-нибудь в Сирье.
Потому что в этом городе было слишком много мест, где мог сгинуть любой, даже закаленный в боях солдат. Левый берег, за исключением нескольких кварталов, казался Маркусу настоящей клоакой.
– Конечно, милорд! – кивнул Юсуп. – Мы непременно ее отыщем и сделаем это в самом скором времени.
Юсуп поклонился и вышел, отправившись выполнять его поручение, а Маркус остался в маленькой келье, все еще сжимая в руках недописанное письмо. Затем повернулся к тому, кто до сих пор украдкой тер красные глаза.
Взмах руки, и дверь в комнату закрылась.
– Итак, – вкрадчиво начал Маркус, – ты явился, чтобы поинтересоваться здоровьем Элиз Данн. Не так ли, Торрес? Но в твоем рассказе явно что-то не сходится, и ты отсюда не выйдешь, пока я не узнаю всей правды.
Глава 3
«…катастрофа, которая настигла нас после того, как Аль-Бенгази решил изменить основы мироздания, заложенные Богами в момент Сотворения. Ну что же, он их изменил – но Грани между мирами треснули, а величественные храмы Хордвика превратились в пыль.
Жуткие порождения Разломов, многие столетия остававшиеся лишь сказками, постепенно начали проникать в наш мир. В Южной Провинции сначала они облюбовали развалины Хордвика, но в последнее время стали добираться еще и до Сирьи, заодно бесчинствуя в округе.
Что же касается самой Сирьи…
Я помню этот величественный город с гравюр в книгах по истории. Его описывали как шумный портовый город, процветающий и полный жизни – ведь когда-то Сирью называли даже Южной Звездой Андалора.
Она была окружена плодородными землями и просторными пастбищами, а по реке Рене в столицу плыли нагруженные товаром корабли.