Гарем-академия 2. Судья (СИ)

От его тона, от жесткого холодного взгляда Даари стало еще страшнее, чем раньше. Но одновременно — вот парадокс! — злость ее усилилась до того, что вызвала некое бесстрашие.
— Владыка, я не смею сомневаться в вашем интеллекте, — едко проговорила Даари, — но, как вы верно заметили, я умнее, чем лгать вам в такой момент! Я нашла демона, наблюдая за магическими нитями, натянутыми в Академии, вскрыла его логово! Я хотела сделать из энергии демона талисман…
— Что?! — Дракон, кажется, своим ушам не поверил. — Сделать из демона талисман?! Одна? Не умея плести чары?!
— Для этого не нужно плести чары, нужен только хороший жертвенный нож, — сообщила Даари. — И готовая матрица талисмана. Ну, я нашла такую технологию…
— Да, я знаю, но это полная фигня! — нетерпеливо бросил Дракон. — Чтобы наложить матрицу демона на матрицу талисмана, не пользуясь ничем, кроме жертвенного ножа, нужно космическое везение — и космическая глупость, чтобы пробовать! Ты что же, думаешь, при поимке демонов не используется магия?
Даари отметила, что он снова перешел на “ты”, и вздохнула почти с облегчением.
— Я знаю, что используется, чтобы замедлить демона и подстраховаться, — сказала Даари. — И я знаю, что с моей стороны это было очень глупо и самонадеянно… Но вы, Владыка, не оставили мне выбора!
— Я?! — поразился Дракон.
— Вы дали мне понять, что либо я удерживаюсь в Академии, либо моя судьба… скажем так, будет очень неприятной! А я не могла бы удержаться, поскольку госпожа Вейкат выбрала меня козлом отпущения, и сразу несколько источников заверили меня, что договариваться с ней бесполезно, а воздействовать на нее административными методами не получится…
— Ты хотела с помощью демонического амулета разобраться с Оорани? — Дракон фыркнул. — Ну и глупость. Эти амулеты хороши разве что в бою как последний козырь, сколько-нибудь опытный маг мигом заметит демоническое влияние… 
— Я хотела ей пригрозить, — мрачно произнесла Даари. — Она сама сказала, что переговоры нужно вести с позиции силы. Я не знала, как еще эту силу получить…
— Пойти к Райки — я имею в виду госпожу Лайет — обрисовать ей ситуацию и попросить совета, — раздраженно бросил Дракон. — Вот и все, что тебе нужно было сделать! Раири выглядит и ведет себя грозно, но она справедливый человек и приглядывает за своими девочками — это одна из причин, по которой я направил тебя к ней!
Даари почувствовала, как возмущение окончательно возмущает страх.
— Если бы вы или она сама сказали, что я могу обращаться к ней с такими проблемами, я бы, конечно, обратилась! Но я так поняла, что в Академии считается, что каждый сам должен решать свои проблемы!
— Использовать накопленный социальный капитал — это тоже решать свои проблемы самостоятельно, — сообщил Дракон. — Кроме того, при всей своей… реалистичности конкурентной среды, скажем так… Академия — это все-таки место учебы, и учеников там не бросают на съедение тиграм!
— При всем уважении, господин ректор, — Даари пришла в голову счастливая идея обратиться к Дракону по этой его должности, — вы, должно быть, не до конца знаете, что происходит в вашем учебном учреждении! До меня довели, что госпожа Вейкат раз в несколько триместров выбирает адептку, измывается над ней, и потом отчисляет, и никакие меры такой адептке не помогают. Причем довел достоверный источник!
— Барышня Баат? — спросил Дракон. — Хм… Сомневаюсь я в достоверности этих сведений! Но дам команду проверить. Если дело и в самом деле дошло до такого, очевидно, система отрегулирована не так хорошо, как мне хотелось бы. Но это пока неважно. В любом случае молчать об обнаруженном демоне, чтобы использовать его силу в конфликте с преподавательницей — это преступление. Ты хоть это понимаешь? На что ты надеялась вообще?
— Я надеялась сыграть дурочку, — честно призналась Даари. — А еще, что никто не поверит, что я нашла демона, которого пропустили все остальные. Ведь не так много людей знают о моем магическом зрении.
— Да, всего лишь процентов тридцать наиболее сообразительных адепток и примерно половина преподавательниц, — проговорил Дракон с обманчивой мягкостью. — Если ты надеялась сохранить это в секрете, не стоило использовать такой интересный метод подработки. Ну ладно, продолжай.
 
— А еще я рассчитывала победить, — сказала Даари. — Или погибнуть. Я знала, что если захвачу демона, никто ни о чем не узнает. Или…
— Победителей не судят? — Дракон покачал головой. — Ну, допустим. Если бы ты правда добыла демона, я, пожалуй, правда не стал бы тебя наказывать. Но ты его не добыла, а упустила, так? Он сбежал, на прощание оставив тебе ожог, и теперь находится неизвестно где? — в голосе Дракона звучала подавляемая, но от того еще более страшная ярость.
Даари испытала короткое ужасное чувство, что ей надо сейчас сказать ему, что все так и было. Но она не собиралась выгораживать демоницу ценой собственной свободы, что бы там ни говорили о верности учеников учителям!
— Нет, — сказала Даари. — Демон оказался слишком силен для меня. Но… она была разумной. Она заговорила со мной. Правда, угрожала мне, но в итоге согласилась учить…
— Что?! — вот теперь Дракон казался и впрямь пораженным до крайности.
— Я попросила ее учить меня, в обмен на то, что я никому о ней не расскажу. Сказала ей, что она не может меня убить, потому что я оставила информацию о ней у надежного человека, который пустит ее в ход, если я не вернусь. Ну… и мы поторговались немного, она попыталась меня убить. Или стереть память, она говорила, что и это может. Я закрылась вот так, — она подняла левую руку, демонстрируя Дракону, как именно она закрывалась. — А потом обнаружила, что я могу плести чары, но только пальцами левой руки.
— Врешь! — воскликнул Дракон совершенно по-мальчишески. — Ну-ка дай!
И без всякого колебания схватил руку Даари.
Она ойкнула: все-таки прикосновения пока неприятно ощущались даже сквозь бинты.
Какой-то частью рассудка Даари даже пожалела: надо же, умудрилась прикоснуться к Владыке — большая часть адепток об этом мечтает! — и даже ничего не почувствовала. Ни гладкости его кожи, ни ее тепла или холода, ничего.
— Извини, — сказал Дракон, куда бережнее кладя ее ладонь на свою (намного длиннее, но ненамного шире: Даари даже позавидовала таким изящным пальцам). — Можно разбинтовать?
— Нет! — сердито воскликнула Даари. — Мне еще домой добираться! И ожоги болят, между прочим! Но рука выглядит обычно, спросите вашего лекаря… блин, не помню, как звали того, кто был на дежурстве. 
— Покажи, как ты плетешь чары! — потребовал Дракон.
— Я еще не умею их прямо плести… так, только за нитки дергать… в смысле, за магические каналы. И не умею их сама делать, я же не маг.
Дракон вздохнул. 
— Маг — это тот, кто сознательно взаимодействует с магическими каналами, так что ты стала магом ровно в тот момент, когда начала их видеть! Поскольку зрительное восприятие — это тоже вид взаимодействия. Давай, показывай!
С этими словами он сделал короткий жест пальцами другой руки, и Даари увидела, как сразу пучок довольно толстых магических каналов протянулся от пальцев Дракона к нескольким дыням, лежащим на соседнем лотке. Дыни послушно взмыли в воздух и зависли, покачиваясь на этих нитях — невидимых ни для кого, кроме Даари.
Даари отняла руку у Дракона, потянулась — и дернула за ближайший канат.
Она не рассчитывала свои действия и понятия не имела, к чему это приведет, поэтому была приятно удивлена, когда дыня заскользила по нити в ее направлении и свалилась прямо в тележку с выбранными ею фруктами. Дыни, правда, в ее списке не значились, но Даари все равно тут же решила ее купить… ну в смысле, если она не попадет в тюрьму по итогам беседы с Драконом.
Брови Дракона взлетели вверх.
— В самом деле, — сказал он. — Ну что ж… Говоришь, демон умеет говорить? Да еще и говорил о себе в женском роде?
Даари добросовестно припомнила, что при ней произносила демоница.