Капкан (СИ)
Несколько секунд молчания. Горячего, противоречивого, вызывающего больше вопросов, чем ответов…
— Всё, Олесь, беги, — Адам потрепал меня ладонью по макушке. Устало усмехнулся, едва я тут же отстранилась и потянулась к ручке. — Скучай там, эй…
— Обязательно, — я честно стрельнула в него счастливыми влюблёнными глазами, прежде чем хлопнуть дверью и торопливо зашагать к дому…
*33*
Я несколько часов вертелась перед зеркалом, разглядывая серебристую струящуюся ткань платья, ниспадающего до самого пола. Хорошо, что я припасла под него соответствующие босоножки, ибо укоротить подол до нужной длины я бы уже не успела. И всё-таки не зря мой взгляд сразу упал на эту вещь в каталоге вечерних нарядов — я точно знала, что именно такое платье мне пойдёт…
И даже изучив своё отражение до мельчайших складочек и оттенков, я не могла не бросать короткие взгляды в массивные зеркальные панели, украшавшие стены холла бара-ресторана, пока вышагивала на тонких высоких шпильках в сторону зала, крепко держа за руку сына, одетого по случаю дня рождения тёть Веры в приличные чёрные джинсы и тонкий белый джемпер. От брюк и рубашки Игорь наотрез отказался, заявив, что готов нацепить на себя костюм только по ненавистному случаю последней в этом учебном году школьной линейки. Я не настаивала — сегодня действительно не наша очередь блистать на празднике. И всё же…
Волнение. Оно растекалось от подрагивающих пальцев рук, незримыми волнами пульсировало к плечам, тяжёлым колоколом гудело в голове, игриво вихрилось в груди, дрожащими мурашками ползло по ногам…
Я чувствовала себя королевой. Обманом захватившей трон…
Выдохнула у самых дверей. По губам мельком скользнула чёрт знает откуда взявшаяся улыбка — в конце концов, я не виновата в том, что платье село как надо, что оно нереально контрастирует с цветом здешних стен, что я в нём действительно выгляжу на все сто. В любом случае красивее Верки здесь никого быть не может. Но я согласна и на вторую роль…
Приобняла сына, словно защищаясь им от невидимых, но неизбежных чужих взоров. Вошла в просторное помещение, мгновенно вычленив взглядом Верку, сидящую за большим квадратным столом, устремилась к ней…
Знала, чувствовала, что на меня смотрят многие — Серёга, по праву совершенно не скрываясь и детально разглядывая мою фигуру с довольной оценивающей ухмылкой, Альбинка — Верина двоюродная сестра, её муж Володя, наша общая знакомая ещё со студенческих лет Лена, коллеги Зоя, Лара и ещё одна девушка с работы, Оксана с Юрой — Веркины соседи по площадке, её мама Татьяна Борисовна, папа Валентин Михайлович, ещё несколько пар глаз…
Но я кожей впитывала только один взгляд. Его, Адама… Я даже не подняла голову в его сторону, принципиально включив полный и абсолютный игнор. Но я не могла не ощущать эту тяжёлую вязкую ментальную волну с его стороны… От неё не было спасения, не существовало возможности поставить барьер. Она затапливала подобно цунами, начиная от лёгких предупреждающих мягких волн, но постепенно увеличивая амплитуду и высоту кровожадной ярости прибоя…
Какой-то своеобразный момент личного триумфа — осознавать, что внимание нужного человека полностью сосредоточено на моей персоне. Упиваться этим ощущением, доводить его до апогея, внешне продолжая мило улыбаться и даже не сбиваясь с шага…
Всё-таки не сдержалась. Обвела глазами присутствующих, цинично выгнула бровь на зрительный посыл Сергея, сердечно улыбнулась и помахала радостно-восхищённой Верке. Между делом бросила на сидящего рядом с ней Адама короткий мимолётный взгляд… По телу молниеносной вспышкой прокатилась лавина будоражащего адреналинового тока, посылая колкие разряды по всему телу и отравляя кровь ядовитым неистовым пламенем. В коленях появилась предательская слабость, спина взмокла, губы сами собой изогнулись в самодовольную вызывающую усмешку…
Он смотрел именно так, как мне хотелось — прожигающий насквозь пристальный взгляд исподлобья, в котором читалось некоторое удивление, ревнивое восхищение, протест… Впрочем, на последнее я принципиально не обратила внимания — сегодня мы друг другу никто, и я могу по полной пользоваться собственным правом привлекать внимание.
Я так боялась этого дня рождения, думала, что лучший вариант — это сидеть тихо где-нибудь в уголке и не отсвечивать… Но теперь я не могла повернуть назад — я сама задала настрой этому вечеру, и отступить — значит признать собственное поражение, смириться с каким-то личным комплексом неполноценности. И Верка тут совершенно ни при чём, как оказалось. Это что-то моё, наше с Адамом…
Я не планировала садиться с Сергеем. Более того, я как раз хотела находиться как можно дальше от него весь праздник, не контактировать лишний раз на глазах у сына. Но…
Ещё до того, как Вера поднялась с места и сделала пару шагов мне навстречу, бывший муж собственническим жестом опёрся ладонью о соседний свободный стул, кивнул на него глазами, давая понять, что это моё место. И я уже знала, что действительно сяду именно туда…
— Приве-е-ет! — Верка протянула руки, чтобы обнять меня. — Лесь… Ну ты вообще-е-е… Красавица!
Скромно потупила глаза, искренне радуясь комплименту. Обняла подругу, вдыхая аромат её любимых духов и с радостью отмечая, насколько она прекрасна сегодня в своём классическом платье, с необычной причёской, которая ей очень идёт, ибо подчёркивает контуры лица и цвет глаз…
— Верусь, а ты вообще нереальная сейчас, — я зашептала ей в ухо, чуть отстраняясь и стараясь не повредить её наряд. — Успела на днях на межбровку сбегать?! — я тихо усмехнулась, отмечая отсутствие морщин в указанном месте.
Верка захихикала в ответ, заговорщически кивая.
— Ага, в счёт оплаты дня рождения…
— Молодец, — я рассмеялась в ответ. — С днём рождения, хорошая моя… — я снова потянулась к ней, на этот раз обнимая крепко и от души. — Здоровья, счастья, исполнения всех желаний, Верунь…
— Спасибо тебе большое, Лесь… — подруга шмыгнула носом. — Куда сядешь? Я не составляла план, поэтому выбирай любое место…
— Пойду к Сергею, — я кисло улыбнулась, кивнув на всё ещё придерживаемый бывшим мужем стул, располагавшийся практически напротив кресла именинницы. — Хоть тебя лицом видеть буду весь вечер…
— О-о-оу-у-у… — Верка многозначительно поиграла идеальными бровями. — Конечно, садись, Олесь! — она снова наклонилась ко мне, поддерживая интригу. — Мне кажется, у него сейчас никого нет — всего один раз достал телефон, и то смахнул с экрана чьё-то сообщение не читая…
Расхохоталась, метнув на явно что-то подозревающего мужа игривый взгляд.
— Тогда тем более, да…
Игорь дёрнул меня за руку, тоскливо оглядывая зал.
— Мам, мне за детский стол, или как?
— Иди ко мне, мой хороший… — виновница торжества сгребла в охапку своего любимца, потрепала по чёлке. — Поздравляй уже тётю Веру что ли… Поцеловать не забудь!
— С днюхой, тёть Вер! — Игорёк по-мальчишески смутился, честно обнимая Верку и звонко чмокая её в скулу. — Куда мне? С мамой?
— Нет! — подруга взяла его за руку. — Пошли, чего покажу-у в соседнем зале… Тебе понравится…
Проводила их взглядом. Выдохнула. Повернулась к столу, зашагала к гостям…
— Здравствуйте! — я кивнула улыбающейся Татьяне Борисовне. — Здрасти… — поспешно отвела глаза, поздоровавшись с заметно постаревшим Валентином Михайловичем…
Когда мы были ещё совсем детьми, я прекрасно общалась с родителями Верки, часто бывала у них в гостях после школы, оставалась на ночёвку… Но с годами тесное общение сошло на нет, и мне было искренне стыдно за это перед ними…
— Привет, — я грациозно обняла бывшего мужа за плечи, абсолютно по-дружески приложилась губами к его гладко выбритой щеке, тут же демонстративно стёрла несуществующий след губной помады, прежде чем сесть рядом с ним.