Капкан (СИ)
Адам хотел проигнорировать моё приветствие, я ощутила это совершенно точно. Даже вздрогнула, когда в ответ всё-таки раздалось холодное:
— Привет.
Это он из-за Верки и Игоря поздоровался, да. Иначе вышло бы неловко.
Чёрт его подери, если всё так сложно, то какого хрена он сейчас стоит и чего-то там рассказывает моему сыну? Отказал бы сразу! Или дети не в ответе за грехи своих родителей что ли? Как благородно, блядь, а!
Или всё гораздо проще…
Он изменил Верке со мной. Возможно, он ожидал большего, а получил всего ничего… И теперь ему просто жаль потраченного времени и запачканной совести из-за того недоразумения, что случилось между нами. Я просто не стоила того, чтобы теперь мучится угрызениями совести…
Мать вашу, ненавижу мужиков, которые изменяют своим бабам только потому, что надеются, будто там поперёк, а не вдоль! Лезут проверить сами, а потом разочаровываются, видите ли…
И этот такой же, да?! Не понравилось ему… А чего он ждал, интересно?! Убедился, что Верка лучше меня в сексе? Так это и ежу понятно — она и замужем дольше меня просидела, и потом от одиночества не маялась… Я тоже не маялась, да, но всё-таки с перерывами…
— Иди подпиши, — Адам бросил на меня ещё один нечитаемый короткий взгляд, кивнув в сторону стола. Вновь сосредоточился на Игоре…
Послушно шагнула в указанном направлении, ненавидя в эту секунду всех вокруг, даже, кажется, Верку и Игорька. Схватила протянутую подругой бумажку и ручку, быстро нацарапала пару подписей…
— Медкомиссию когда последний раз проходили? — Адам поднял всё тот же полный ненависти горящий взгляд на меня. На этот раз смотрел неотрывно поверх плеча Игоря, дожидаясь ответа…
Почему-то растерялась от этого простого вопроса, лихорадочно напрягая память…
— М-мы… Ну… Месяца три назад, наверное… Я точно не помню…
Он сдержанно кивнул, наконец опуская глаза на Игоря, задавшего какой-то вопрос. Что-то быстро ответил ему.
— Хорошо, — он больше не смотрел на меня, но это единственное слово предназначалось именно мне, я не могла ошибиться в этом ледяном тоне. — Там ещё разрешение на выезд ребёнка за город подпиши, и я тебя больше не задерживаю. Мы закончим минут через десять…
Едва не задохнулась от обиды… Это он мне прямым текстом дал понять, что я здесь лишняя?
Верка тоже бросила на своего ненаглядного Адама чуть удивленный взгляд, явно озадаченная его негостеприимностью. Покосилась на меня, развела руками, мол она сама в непонятках…
Я быстро чиркнула ещё одну подпись на найденном поблизости распечатанном листке. Буркнула сквозь зубы:
— Подожду в машине…
Уже в дверях оглянулась, невольно на миг став свидетелем того, как Верка присела рядом с Адамом, положила ладонь ему на плечо, чуть погладила сквозь плотную ткань, явно желая выразить ему свою поддержку и понимание несмотря ни на что…
Чёрт! Ещё передо мной, чего доброго, извиняться начнёт за этого своего… мудака. Господи, вот угораздило же нас всех…
*6*
Десять минут ожидаемо длились полчаса. Всё это время я просто сидела в машине, бездумно пялясь в серое дождливое небо, накрывшее город непроницаемым ватным одеялом. Тупая абсурдная ситуация…
Наверное, в глубине души я представляла нашу реальную встречу с Адамом несколько не так. Почему-то думала, что он будет прятать глаза, что я сама буду смущаться и краснеть, поглядывая на него с неприкаянной таинственной улыбкой, что мы непременно перебросимся парой произнесенных шёпотом фраз вроде "Верке не говори" и "Не скажу, конечно", что каждый из нас будет чувствовать вину и волноваться из-за этого…
А на деле я лишь подкинула Адаму лишних проблем со своим сыном. И он не смог отказать…
И теперь со всем этим тоже придётся жить. Обоим. Точнее, всем нам…
Чуть повернула голову, словно интуитивно угадав нужный момент — железная дверь медленно приоткрылась, наконец выпуская на волю сначала Игоря, потом Верку.
Ну неужели…
Тот факт, что сын пребывает в совершенном восторге, пришлось признать даже на расстоянии. Он светился изнутри, прыгал перед Веркой, пятился задом, рискуя наступить на ноги прохожим, всё время вскидывал голову, засыпая её вопросами…
Тяжело вздохнула — когда у сына пропадёт желание заниматься стрельбой, мне, пожалуй, впервые будет стыдно за своего неусидчивого отпрыска. Точнее нет, мне будет неловко от того, что я не смогла воспитать в нём эту самую усидчивость…
Верка протиснулась между машинами, открыла Игорьку дверь. Тот полез в салон, возбуждённо договаривая начатую фразу:
— …Да там не трудно, тёть Вер! Адам Тимурович сказал, надо просто привыкнуть… — сын наконец уселся ровно. — Мам, мне завтра на занятие! В шесть вечера. Если ты не сможешь, тёть Вер меня отвезёт, я с ней договорился!
Адам Тимурович? Хорошо, что не Робингудович, мать его…
Почему-то вспыхнули щёки, словно я узнала не отчество этого человека, а что-то совсем интимное и личное. Чего мне знать вообще необязательно…
— Короче, вот, — Верка привычно устроилась в водительском кресле, хлопнула дверцей, протянула мне листок, на котором ровным крупным почерком с кучей идеальных закорючек было написано несколько строк. — Это список того, что надо купить.
— Хорошо, — рассеянно пробежалась по небольшому перечню — футболка с коротким рукавом, какой-то щиток на руку, что-то ещё на спортивном сленге… Не сильно много и совершенно ненапряжно. — Поехали уже, Игорь и так опоздал на шахматы, — я сердито покосилась на довольного сына, нетерпеливо елозившего по заднему сиденью.
Верка согласно кивнула, хватаясь за руль и оценивающе поглядывая в зеркала.
— Да, сейчас поедем, — она прищурилась, с неудовольствием следя за тем, как чей-то автомобиль резко разворачивается прямо за нами. — Лесь, кстати, Адам просил ключи от машины ему дать — мало ли что там с эвакуатором. Если у тебя они с собой — сходи отдай сразу, он уже договорился, через час поедут…
— Я?! — от острой неожиданности засосало под ложечкой. — Так сама лучше отдай, Вер… Я сейчас найду… — я торопливо полезла в сумку…
— Леся, блядь! Мать называется, твою мать, — подруга залилась циничным смехом, бросив на меня притворно-недовольный взгляд. — Игоря она на меня спихнула, теперь ключи… Сходи разомнись уже! Давай, мы с Игорьком пока видео по теме посмотрим… — она потыкала кнопки планшета. — Топай быстрее, Лесь.
Вот уж действительно вашу мать…
Но мне хотелось, да. Посмотреть в глаза Адаму один на один. Не опустить стыдливо взгляд оттого, что рядом есть кто-то посторонний. Определить наконец, насколько негативно он настроен в отношении меня…
Выдохнула. Толкнула дверь, в сердцах забыв о том, что надо делать это осторожно. Вовремя схватилась за ручку, не давая дверному краю зацепить соседнюю машину…
— Олесь, ну ты аккуратней! — Верка с недоумением вскинула брови, провожая меня неодобрительным взглядом.
Я лишь неловко усмехнулась, выгружаясь из салона.
— Да я вижу, ты чего…
Колени тряслись, пока я преодолевала знакомый путь до бронированной двери, в данную секунду кажущейся огромной, занимающей почти весь фасад здания. Сердце как-то странно ныло, трепыхалось на каждом шагу, не находя места в груди…
Я только посмотрю. Отдам чёртовы ключи и посмотрю ему в глаза. Один раз…
Тот же коридор, лампы, пустующее место вахтёра, луки в углу, далекий шум голосов…
Я безошибочно дёрнула ручку одного из закрытых кабинетов — сейчас меня тут явно не ждали как в первый раз. Шагнула в помещение, бегло озираясь по сторонам, словно не была здесь полчаса назад, только теперь замечая бледно-голубую краску на оштукатуренных стенах, украшенных какими-то постерами, картами, мишенями, грамотами и дипломами, маленькое пластиковое окно под потолком, закрытое матовой рулонной шторкой, потертый диванчик с левой стороны, вешалку с несколькими висящими на крючках куртками и фуфайками… Такими же фуфайками, какая сейчас находится у меня дома, да.