Молчание во благо. Том 1 (СИ)

* * *
Утренний Токио жил своей привычной жизнью: гул машин за стенами, торопливые шаги прохожих, далёкий звон трамваев. В узком переулке Синдзюку, среди стеклянных громад небоскрёбов, пряталось кафе «Сакура-но-ки» — скромное заведение с деревянными стенами и бумажными фонарями у входа. Мирак шагнул внутрь, не глядя по сторонам.
  
На нём было тёмно-синее кимоно, подпоясанное широким чёрным оби, и старые сандалии-гэта, тихо постукивающие по асфальту. Длинные волосы, небрежно стянутые в низкий хвост, спадали на плечи. Когда он толкнул дверь, маленький колокольчик над входом звякнул, и взгляды внутри обернулись к нему.
Посетители — студенты с ноутбуками, пара офисных клерков, старик с газетой — разом повернули головы. Кто-то шепнул:
— Это что, косплей?
Другие бросили короткий взгляд и отвернулись. Редко кто в современной Японии, особенно из молодёжи, разгуливал так по столице, да ещё не в праздники. Но Мираку было наплевать. Он прошёл к стойке, не удостоив их внимания.
— Кофе, чёрный, — бросил он низким голосом, кладя на прилавок смятую купюру.
Официантка — юная девушка с короткими тёмными волосами и усталыми глазами — кивнула, принимая заказ. Её движения были резкими, нервными, а за спиной, невидимое для обычных людей, цеплялось проклятие — маленький клубок чёрной паутины с красными глазками, обвивший её плечи тонкими нитями, шепча что-то ей на ухо.
Мирак прищурился, заметив его, пока она отходила к кофеварке.
— «Проклятие четвёртого уровня, слабое, но цепкое», — подумал он. Проклятие питалось усталостью, бесконечными сменами, тихим отчаянием. Для остальных в кафе она казалась просто измотанной работницей. В памяти всплыли слова Гето, сказанные перед программой обмена:
— «Знаешь, Мирак, помогать людям — это приятно. Избавлять их от проклятий, видеть, как они оживают… В этом вся наша работа, весь смысл».
Гето тогда улыбнулся, и в его голосе было тепло. Мирак взглянул на официантку ещё раз — её руки дрожали, пока она наливала кофе, а проклятие шептало громче.
— «Многовато их тут. Нет смысла бороться со всеми,» — подумал он, окинув взглядом кафе. У многих владельцев и работников заведений Синдзюку были свои «паразиты», цепляющиеся к простым людям.
Он убил пару таких из доброты, но теперь не видел в этом смысла. Яга был прав. Всем не помочь. Официантка принесла кофе — чёрный, в простой белой чашке — и поставила его на столик у окна, где он сел.
— Вот, — пробормотала она, избегая взгляда, и поспешила обратно за стойку.
Мирак взял чашку, вдохнул горьковатый аромат и сделал глоток. Мир катился своим чередом, и бороться с последствиями не было смысла, если это не приносило денег. Дверной колокольчик звякнул снова, и в кафе вошла девушка — высокая, с длинными волосами, собранными в высокий пучок, в чёрном платье, облегающем фигуру, и с небольшой сумкой через плечо. Увидев Мирака, она прищурилась, остановилась на миг, а затем направилась прямо к его столику. Не спрашивая, плюхнулась на стул напротив.
— Какой-то ты худенький, — сказала она с лёгкой насмешкой, оглядывая его с ног до головы. — Это что, кимоно? Ты будто из музея сбежал.
Мирак поднял взгляд от кофе, встретившись с её глазами.
— Ладно, не смотри на меня так сердито, — хмыкнула она. — Рада познакомиться. Меня зовут Мэй Мэй, шаман первого ранга. Директор Ёсинобу, как ты, должно быть, слышал, назначил меня твоим экзаменатором.
Инумаки кивнул — спокойно, без тени раздражения.
— Мирак, — произнёс он, но его имя заставило девушку удивлённо выгнуть бровь.
— Мне называли другое имя. Это псевдоним? — спросила она, и в ответ последовал короткий кивок. — Ладненько, я не против ролевых игр. Закажешь кофе бедной девушке, прежде чем начнём? — Она невинно моргнула, а голос сочился лёгкой невинностью.
Несмотря на неизбывное высокомерие, Мирак не видел ничего зазорного в том, чтобы проявить благородство и учтивость. Когда перед Мэй-Мэй поставили чашку кофе и тарелку с моти, она взглянула на него с притворным изумлением.
— Какой учтивый, — протянула она, чуть растягивая слова.
Мирак откинулся на спинку стула.
— Учтивость я приберегаю для тех, кто знает ей цену, — сказал он, его голос был ровным, с едва уловимым оттенком превосходства. — Ты здесь от Ёсинобу. Это повод разделить стол.
— Повод, значит? — хмыкнула она, аккуратно ставя чашку на стол. — Ладно, давай к делу. Я твой экзаменатор, так что пора обсудить, чего от тебя ждут.
Она скрестила свои длинные ноги, и её тон стал чуть серьёзнее.
— Чтобы повысить ранг, тебе нужно столкнуться с серьёзной угрозой. Продемонстрировать навыки, достойные противостояния ей. Скорее всего, придётся убить духа первого ранга — ничего сложного, правда? — она замолчала, наблюдая за реакцией. — В зависимости от того, как пройдёшь испытание, тебе дадут ранг. Полупервый — если справишься сносно, но с промахами. Или первый — если сделаешь всё идеально и покажешь больше, чем требуется. Справишься, клановый?
Мирак слушал молча, его лицо оставалось бесстрастным, как гладь пруда в безветренный день.
— Никаких проблем, — ответил он и сделал глоток кофе.
Мэй Мэй заигрывающе прикусила губу, её глаза блеснули.
— Слушай, я тут из деловых соображений глянула, как дела у твоего клана, и заметила, что вы стали зарабатывать куда больше, — сказала она, постукивая пальцем по столу.
Мирак слегка приподнял бровь, но ответил спокойно, с ноткой уверенности:
— Мы начали захватывать больше территорий, с которых клан получает доход.
— Но ведь твои шаманы не контролируют весь регион Канто, — возразила Мэй Мэй, наклоняясь чуть ближе. Её голос стал тише, но острее. — Есть целые районы в больших городах, откуда вас вытесняют. Те же якудза и другие неприятные ребята.
— Да, есть щели, — кивнул он. — Но я найду способ их заткнуть.
— Хм. Слушай, а хочешь, я научу тебя зарабатывать на устранении людей? — она сделала паузу, её взгляд вспыхнул. — А ты будешь откидывать мне часть прибыли с твоего региона — как своему учителю.
Мирак медленно опустил чашку на стол, его взгляд стал острее, но лицо сохранило спокойствие. Он чуть наклонил голову, словно взвешивая её слова с высоты своего опыта.
— Охота за головами? — переспросил он. — Меня не пугают драки с людьми или их убийство.
Мэй Мэй ухмыльнулась, довольная его реакцией.
— Дело в том, что якудза — мои конкуренты, — начала она. — Они незаконно играют на бирже. Взять тех же Ямагути-гуми: у них есть подставные фирмы, вроде Ямаки, которая владеет землёй их штаб-квартиры в Кобе. Через такие конторы они скупают акции компаний, а потом давят на их боссов. В девяностые они вымогали у строительных фирм по пятьдесят миллионов йен, шантажируя акционеров. Сейчас полиция их прижала, суммы стали меньше, но в год на акциях и подобном они поднимают, говорят, до ста миллиардов йен.
Она сделала паузу, отпив кофе, и кивнула в сторону зала.
— Поэтому я и захотела встретиться здесь, в Синдзюку. Людям тут плохо из-за Ямагути-гуми и их делишек. Осмотрись.
  
Мирак медленно повернул голову, окинув кафе взглядом. Официантка за стойкой — та самая, с проклятием на спине — двигалась как тень, её лицо было бледным, глаза пустыми. У окна студент нервно теребил рукав, пока слабый дух цеплялся за его плечо. Пожилой мужчина с газетой кашлял, и над ним дрожал еле заметный сгусток проклятой энергии. Эти мелкие проклятия были повсюду — привычный фон для Мирака, словно пыль на старых книгах.
Он повернулся к Мэй Мэй, его лицо осталось бесстрастным, но в глазах мелькнула тень размышления.
— И, как я понимаю, ты предлагаешь заработать, очищая мою территорию.