Молчание во благо. Том 1 (СИ)

В отличии от соклановцев, он ограничивал не объем слов, которыми может общаться, а объем слов, которые может использовать техника. И для необходимости создать новое слово, ему придется несколько потрудиться.
— «Смертные Нирна тратят десятилетия, чтобы понять хотя бы одно слово силы. У меня процесс займёт на порядок меньше времени, но даже я не могу придумывать новые слова силы из головы».
  
Мирак встал, шагнул к столу, сжал кулак. Решение оформилось. Он выдохнул — комната дрогнула, пыль взметнулась с пола. Пакт начал складываться в его воле.
Что же такое — пакт? Ничто иное, как осознанное ограничение, которое шаман заключает с самим собой, на что окликается проклятая энергия. Надо принести жертву, даже если она будет эфемерной, и тогда всё получится.
Энергия сгустилась, сжалась в комок. Он ощутил, как печать клана — старая, сковывающая — треснула, уступая место его воле. Кожа на шее заколола, горло сдавило — проклятая энергия обожгла его, но он стиснул зубы, удерживая контроль. Внутри что-то щёлкнуло: пакт закрепился, связав его голос с новым законом. Он выдохнул ещё раз, резче — стол качнулся, лампа на нём мигнула, тени заплясали по стенам.
* * *
Мирак шагнул на территорию школы ранним утром, когда солнце едва пробивалось сквозь сосны. Его шаги были твёрдыми, лицо — холодным, как камень. На площадке за главным корпусом уже собрались ученики, переговариваясь вполголоса. Воздух пах хвоей и лёгким напряжением.
Сёко заметил его первым и подняла руку.
— Эй, Масакадо, сюда!
Заметивший его Сугуру ничего не сказал. Мирак прошёл мимо, не ответив ни слова.
Сатору хмыкнул, сдвинул очки вниз и бросил:
— С собачки спал намордник, да?
Сугуру нахмурился, а Сёко закатила глаза, хлопнув бутылкой по скамье.
— Мальчики, не ссорьтесь. У нас и без того дел полно.
— Ты не поняла, — покачал головой Сатору. — Его больше не ограничивает пакт, сдерживающий проклятую речь. Если он что-то скажет — на вас подействует его проклятая техника.
— Так вот почему… — Гето сразу выразил сочувствие.
В этот момент раздались тяжёлые шаги. Яга появился из корпуса, за ним тянулась телега с железной клеткой. Решётки дрожали — внутри скреблись тени, низкий рык эхом отдавался по площадке. Ученики замерли. Яга остановился, смахнул пыль с рук и кивнул на клетку.
— Сегодня практика. Духи, которые были схвачены Сугуру, прямо в день, когда мы с ним связались, — Яга кивнул в сторону Гето. — Слабые, но хватит для начала.
Он щёлкнул пальцами, и одна из клеток открылась. Из неё вырвался первый дух — серый, сгорбленный, с когтями и горящими глазами. Он шипел, скалясь на учеников.
Сёко моргнула, удивлённо вскинув брови.
— Сражаться на второй день после поступления?
— Обычно мы выпускаем учеников в открытое поле, сразиться с духами в городе. Но раз выдался шанс, я не вижу причин попрактиковаться в более безопасном месте. Гето, тебя, думаю, можем пропустить, так как ты их и поймал. Так что — Годзё. Я не видел тебя в деле.
Сатору даже не сдвинулся с места. Щёлкнул пальцами — воздух сжался, дух лопнул, как пузырь, не успев дёрнуться. Он ухмыльнулся, не глядя на Ягу.
— Слишком просто.
— Видимо, так и есть… Иэйри, — продолжил Яга.
Сёко нехотя встала, бросив бутылку на скамью с тихим стуком.
— Серьёзно? — пробормотала она, шагнув к центру. Её плечи напряглись, взгляд метнулся к клетке.
Дух выскочил — тощий, с длинными когтями и тусклыми красными глазами. Он зашипел, рванувшись к ней, когти полоснули воздух. Сёко вздрогнула, отступив.
— Чёрт, сложно как-то применять все знания сразу на практике, — выдохнула она, голос дрогнул от тревоги. Проклятая энергия собралась в её правой руке — неуверенно, пульсируя, будто она сама не знала, хватит ли сил. Техники у неё не было, только грубая ПЭ, и она сжала кулак, вливая её в мышцы.
— Не переживай, директор тебя спасёт! — прикрикнул Сатору.
Дух прыгнул, раскрыв пасть. Сёко стиснула зубы, ударила — кулак врезался в морду духа, а энергия хрустнула, как разряд. Дух отшатнулся, взвизгнув, но тут же бросился снова, целя когтями в её бок. Она увернулась, едва успев, и ударила ещё раз — в плечо. Удар получился слабым, дух зарычал, дым повалил из раны.
— Глупая, не забывай, что если хочешь нанести урон, тебе лучше атаковать большим количеством энергии, чем дух использует для защиты, — прикрикнул Сатору.
— Давай уже сдохни, — процедила она, её голос дрожал. Сёко шагнула вперёд, вложив остатки ПЭ в третий удар — кулак врезался в грудь твари. Дух хрипло взвыл, пошатнулся и рухнул, расплываясь в лужу чёрной грязи, что пузырилась на камнях.
Она выдохнула, вытерла пот с лица и буркнула:
— Ладно, сойдёт, — отходя к скамье. Её руки слегка тряслись, но взгляд остался твёрдым.
Все взгляды упали на Мирака. Он шагнул к центру, сжав кулак. Последний дух выскочил из клетки — выше других, с длинными когтями, но всё ещё слабый. Яга кивнул:
— Твой черёд.
Мирак выдохнул, губы шевельнулись. С языка сорвалось всего одно слово:
— Фус.
Воздух рванулся вперёд — невидимая волна ударила духа в грудь. Тварь отлетела, врезалась в манекен и рассыпалась в клочья чёрного дыма с жалобным воем. Пыль взметнулась, камни под ногами треснули. Класс замер.
Сатору присвистнул, сдвинув очки.
А последующее за этим действие удивило всех.
— Он не стоил моего времени, — Инумаки заговорил на обычном языке. Это стало причиной, чтобы даже обычно стойкий характер Яги дал слабину, и он проявил искренний шок.
* * *
Вы можете поддержать меня и заодно прочитать весь первый том, ссылка на Бусти находится в описании к работе)
 Глава 4 
 Пакт 
В мрачном офисе города Кобе, за широким столом из чёрного дерева, заваленным бумагами и пепельницами с окурками, сидел невысокий мужчина с крепким телосложением. Широкие плечи натягивали потёртый тёмно-синий костюм, а руки, лежащие на столе, были испещрены шрамами и выцветшими татуировками.
Полумрак комнаты разгонял только тусклый свет лампы, отбрасывающий длинные, тени на стены, увешанные старыми фотографиями и картами. Телефон зазвонил — пронзительный звук, от которого его пальцы, сжимавшие сигарету, дрогнули. Он поднёс трубку к уху, не отрывая взгляда от окна, за которым моросил дождь.
Подчинённый на том конце линии говорил быстро, голос дрожал от напряжения.
— Тэцуя Широо, привет. У нас тут офисный клерк, тридцати пятилетний неудачник по имени Кэнта Ямада, снова не выплатил долг. Десять миллионов иен, взятые у Ямагути-гуми через подпольного кредитора, чтобы покрыть проигрыши в патинко, превратились в неподъёмную ношу из-за процентов. Он уже три месяца избегал встреч, а теперь, по слухам, пошёл к полиции с жалобами на вымогательство, сказал, у него есть доказательства.
Широо затянулся сигаретой, выдохнул дым через нос и коротко бросил:
— Устранить. Но тихо, без шума — подставить под самоубийство.
Он поднялся, подошёл к железному сейфу в углу комнаты и рывком открыл тяжёлую дверцу. Внутри стояла клетка — грубая, сваренная из стальных прутьев, с маленьким проклятым духом внутри. Тварь, похожая на таракана с длинными глазами, зашипела, скребя когтями по металлу.
Широо достал клетку, поставил её на стол и открыл замок. Дух вырвался, зависнув в воздухе, пока Широо не указал пальцем на карту Токио, лежавшую рядом.
— Токио-эки. Кэнта Ямада. Сделай это, — его голос был ровным, как сталь. Дух исчез в тени, направляясь к станции.
  
* * *
На железнодорожной станции Токио-эки было людно, несмотря на ранний час. Кэнта Ямада стоял у самого края платформы, руки дрожали в карманах. Он не спал уже неделю — долги, угрозы, страх перед якудзой выжали из него всё. Но теперь к этому добавилось что-то ещё: тяжесть на плечах, которая отдавалась хлопками по спине. А в голове он стал слышать шёпот о бесполезности жизни. С каждым её смешком ноги всё ближе подбирались к краю. Поезд приближался, гудок разрезал воздух.