Молчание во благо. Том 1 (СИ)

Мужчина, которого он спас, в панике пополз назад, сбиваясь с дыхания. Запах мочи распространился по воздуху.
— П-простите… я не хотел, я правда не хотел… переработки и работа в офисе… я настолько устал, что~
А вокруг раздался шум.
— Ого, он его поймал!
— Невероятно, он спас его!
— А это разве не униформа религиозной школы? Неудивительно, что он заметил, что вот-вот случится несчастье.
  
Хлопки. Кто-то из толпы хлопнул в ладоши, затем другой, и вскоре вокруг послышались одобрительные возгласы.
Мирак не обратил на них ни малейшего внимания. Как будто этих людей просто не существовало. Он развернулся, не бросив больше ни взгляда на спасённого, и молча пошёл к выходу с платформы.
— «Этот дух выглядел таким слабым, где же обитают сильные?».
Покинув станцию, он без лишних остановок направился к метро. Спустившись в подземку, пересел на нужную линию и спустя короткую поездку вышел в одном из более спокойных районов. Дальше он двинулся пешком, следуя коротким переулкам, пока, наконец, не оказался перед воротами Токийской школы магии.
— «Они сказали про религиозную школу. Всё потому, что для простого наблюдателя это частная школа для буддистов?»
Мирак сделал шаг внутрь, ощущая, как шум мегаполиса остаётся позади, уступая место другому миру.
Представшее место было полностью окружено густыми лесами, горами и высокими стенами, защищающими от посторонних. Мирак пробежался по зданиям, хотя бы об этом месте он помнил достаточно многое. Тут был главный корпус, тренировочная площадка, жилые помещения, сад с прудом, библиотека и много чего ещё.
Учеников и учителей было немного на такую территорию, так что он встретил только парочку людей, пока направлялся в комнату своего общежития. А оказавшись в коридоре и подойдя к своей комнате…
— О, привет, — его привлёк какой-то парень, что входил в комнату по соседству. — Я новенький, поступил в этом году. Видимо, мы с тобой соседи.
Он учтиво подошёл и протянул руку.
— Меня зовут Сугуру Гето. Приятно познакомиться.
— «Сугуру. Баклановый? Неинтересно…» — и с неизменно плоским лицом вошёл в свою комнату.
— Эм… — Оставшийся стоять Сугуру так и посмотрел на висящую руку. — Так и знал, что местные студенты грубые. Эх, ничего, прорвусь.
* * *
«Когда это у женщин было настоящее право выбора? И не смей говорить мне о современных реалиях,» — горькая мысль вспыхнула в сознании тёмной фигуры, замершей перед массивными деревянными воротами. Руки девушки невольно сжались в кулаки, пальцы дрожали от напряжения. Стучать или уйти? Пока она колебалась, в голове, словно непрошеный гость, возникло ещё одно воспоминание — ссора с пьяным братом, пропитанная запахом саке и его хриплым голосом.
«Томоэ, почему ты не можешь молчать, как мать? Чем больше ты лезешь в дела клана, тем сильнее мне хочется напиться!»
«Но это касается твоего выживания в академии! Мы сто раз говорили: тебе нужно измениться, иначе…»
«Да хватит. Проклятая речь! Вот получу эту технику — и я сразу поднимусь до второго или даже первого ранга!»
Её губы скривились от бессильного гнева. Какой смысл спорить с тем, кто видит только собственные амбиции? Решение пришло само: кулак решительно ударил в ворота, и звук эхом разнёсся в тишине полуденной ночи.
Массивные створки клана Зенин медленно разошлись, открыв узкую щель — словно неохотное приглашение. Девушка шагнула внутрь, оказавшись в ухоженном саду внутреннего двора. Её встретил стражник: бритый налысо, в строгом кимоно и широких штанах хакама. На его одежде — знакомая символика Кукуру, низших шаманов, тех, кто владеет лишь базовыми заклинаниями, не обладая врождённой техникой.
— Здравствуйте, — голос девушки дрогнул, но она быстро взяла себя в руки, отряхнув брюки, чтобы скрыть нервозность. — Спасибо, что приняли меня. С кем я буду говорить?
Стражник окинул её взглядом — затем молча отступил, жестом указав следовать за ним.
— Главный советник ждёт вас, — бросил он не оборачиваясь.
— «Главный советник? Значит, моё предложение не посчитали пустой тратой времени, но и не удостоили аудиенции у самого главы. Всё же, это лучше, чем ничего».
Они шли по широким каменным дорожкам, окружённым идеально подстриженными деревьями и песчаными узорами сада. Здесь всё дышало строгой гармонией клана Зенин — и чужеродностью для неё самой. Тёмные крыши зданий вырисовывались на фоне серого неба, их резкие линии казались символом непреклонности. Проходя мимо одного из дворов она заметила молодых бойцов: их удары по деревянным манекенам были молниеносны, точны, пропитаны уверенностью тех, кто знает свою силу. Каждый из них мог бы в одиночку одолеть пятерых воинов её клана — и это была не похвала, а холодный факт.
Стражник остановился у массивной раздвижной двери главного здания. Прежде чем открыть её, он быстро, но внимательно осмотрел девушку на наличие оружия.
Затем отодвинул дверь ровно настолько, чтобы она могла пройти.
— Входите.
Длинный зал встретил её полумраком и тишиной. На противоположном конце, за низким столом, сидел пожилой мужчина. Его лицо, испещрённое тонкими морщинами, казалось высеченным из камня, а взгляд — холодный, отстранённый — смотрел сквозь неё, будто она была не человеком, а задачей, требующей решения. Девушку усадили напротив него, и она выпрямила спину, стараясь не выдать волнения.
— Благодарю за возможность переговоров, — начала она твёрдо.
Старик сложил руки перед собой…
— Нам не приходится жаловаться на нехватку предложений. Но твоё появление… любопытно. Наследники клана Инумаки, особенно те, кто владеют техникой проклятой речи, всегда казались нам проблемой.
Её пальцы дрогнули, но она стиснула их в кулаки, не давая страху взять верх.
— Почему? — выдавила она, хотя ответ напрашивался сам собой.
Советник чуть склонил голову, и в его глазах мелькнула тень насмешки.
— Потому что ваша техника слишком непредсказуемая. Один звук способен вызвать непредсказуемые эффекты. Но я очень рад, чтобы мы всегда находили способ договориться и унять волнение клана Зенин. С твоим отцом было проще всего: он не владеет техникой. А ваша матушка вовсе не не выполняет роль шаманов.
— И всё же вы меня выслушали, — её голос окреп, в нём зазвучала решимость.
— Верно, — старик позволил себе лёгкую, почти зловещую улыбку. — Ты пришла с правильной стороны. Чувствуешь себя недооценённой, да? Твой брат, Масакадо, слишком ослеплён собой, а клан Инумаки трещит по швам. Ты хочешь спасти их — и готова заплатить цену. Это нас заинтересовало.
Она глубоко вдохнула, собираясь с духом.
  
— Если вы поможете моему клану выжить, я сделаю всё, что потребуется. Желательно не убийство, а что-нибудь, что сдержит моего безрассудного брата. Но мне нужны гарантии.
Советник кивнул, словно ожидал этих слов.
— Разумно. Мы заключим пакт. Но знай: цена будет высока, и обратного пути не будет.
* * *
— Обучение и подготовка к охоте на проклятых духов начнётся уже сегодня в восемь часов утра, — стоящий в своей комнате Мирак смотрел на лежащий на столе свёрток.
Комната, отведённая Масакадо, была типичной для общежития магов — небольшой, с аскетичной обстановкой, но достаточно функциональной. Голые серые стены раздражали его своей пустотой — ни картин, ни следов жизни, только намёк на то, что он сам должен придать этому месту смысл.