Мои калифорнийские ночи (СИ)
Сэнди тихо бубнит себе под нос, а я вдруг понимаю, что она вообще ни разу не похожа на Викторию Адамс. Абсолютно другой типаж. Я бы сказала, что Сэнди — скорее полная её противоположность. Обыкновенная девушка. Без лоска, гламура и налёта инстаграмности.
Это и тревожит. Уж совсем большой контраст получается…
— А ты?
Мой взгляд фокусируется на её лице. Она миролюбиво хихикает. Просекла, что я ни черта не слушаю.
— Что, прости?
— Я говорю, какую начинку ты предпочитаешь? Лично я больше всего люблю варенье и шоколад, — тараторит, выставляя на стол огромное блюдо с румяными блинчиками. — Ты проснулся? Я почти закончила.
Не нужно быть ясновидящей, чтобы понять, кто именно стоит за моей спиной. Хотя… не обратись она к нему, я всё равно почувствовала бы эту его тяжёлую и давящую энергетику. Всегда так происходит. И нет тому никакого объяснения.
Садится напротив и задерживает на мне хмурый взгляд.
Как назло, вспоминается то утро, когда я вот так же, увлечённо жарила блины. До сих пор помню, как по телу пробежала сладкая дрожь, оттого, что он неожиданно подошёл сзади. И этот его волнующий голос, от которого моментально бросает в жар, я тоже не могу забыть. И смелые прикосновения под футболкой…
Наверное, всё красноречиво написано на моём лице. Потому что Брукс вопрошающе выгибает бровь, и мои щёки тут же вспыхивают от смущения.
Мур расставляет по кругу тарелки и хватается за чайник.
— Слушайте, ребят, а где у вас чашки?
Мы оба молчим. Просто смотрим друг на друга, и становится так больно, что находиться здесь становится невыносимо.
Пить с ними чай и вести непринуждённую беседу? Ну уж нет, извините!
— Куда же ты, Дженнифер? Я думала мы поболтаем…
Разочарование в её голосе звучит вполне искренне.
— Спасибо, но я не голодна, — почти вежливо отвечаю я, поднимаясь из-за стола.
— Ну вот, — она убирает со стола третью кружку. Видимо, предназначавшуюся мне.
— Не расстраивайся, Сэнди! Рид у нас большой любитель блинов. Не сомневаюсь, что он оценит твои старания.
Натянуто улыбаюсь, замечая его недобрый прищур.
Выбрасываю в урну пластиковый контейнер от йогурта и, захватив бутылку негазированной воды, спешу убраться отсюда. Ведь меня тошнит от одного запаха, а от вида этой парочки и подавно.
Сталкиваюсь в коридоре с Грейс. Не реагирую на её елейное «доброе утро». Просто прохожу мимо, потому что стыдно поднять голову. Вдруг она увидит то, что показывать совсем не хочется.
Поднимаюсь к себе в комнату и долго сижу в ванной. К сожалению, сдержать слёзы не получается. Они всё льются и льются нескончаемым потоком, напоминая о собственной слабости.
Как же быстро…
Она в нашем доме. С самого утра. Провели вместе ночь в его комнате?
Стискиваю зубы и беру себя в руки. Раскисать сейчас никак нельзя, сегодня в Арена Бэй проходит турнир, и мы с Даниэлем настроены весьма серьёзно, ведь наша латино-американская программа отработана до мелочей. Я обязана блистать на паркете, а не выглядеть разбитой из-за внезапно всколыхнувшегося чувства в груди. Тяжёлого и такого мучительного…
Принимаюсь за дело. Партнёрша всегда должна смотреться безупречно, и нет причин и оправданий для обратного.
Спустя час я, одетая в маленькое чёрное платье, придирчиво осматриваю себя в зеркале. Результат вполне удовлетворяет. Высокая причёска и яркий профессиональный макияж по всем правилам. Пожалуй, только выражение лица подводит. И надо было этой Сэнди появиться именно в день моего выступления!
Забираю из шкафа второе платье и две пары бальных туфель. Спешу вниз, ведь у дома уже ждёт такси. Грейс кричит вслед, что к шести они обязательно будут. Но мне настолько плевать, что я не пытаюсь ответить даже из вежливости.
По пути пишу Онил, что приходить вовсе необязательно. Однако, упрямая девчонка не желает ничего слышать и бросает трубку, отмахнувшись от меня как от назойливой мухи.
Даниэль разрывает телефон. Переживает, что я не успею на генеральную репетицию, до которой, к слову, ещё целых сорок минут. Паникёр невероятностный!
К шести часам огромный зал Арена Бэй битком забит людьми всех возрастов. Видимо, бально-спортивные танцы пользуются популярностью среди местных жителей. В Канаде я такого ажиотажа не замечала.
— Отличное платье, Джен. Чистый секс.
Этот голос я узнаю из тысячи. Смотрю в зеркало, и мы тут же сталкиваемся взглядами.
Не верю, что он здесь.
Несколько секунд изумлённо моргаю, глядя на его отражение.
— Мне нравится…
— Ты снова со мной разговариваешь? — иронично замечаю я, вскидывая бровь.
— А ты против?
Разворачиваюсь. Его действительно впечатляет то, как я выгляжу. Это можно прочесть по его лицу.
— Красивая, как всегда, но сегодня особенно, — задумчиво произносит Исайя, внимательно изучая мой образ.
— Не хочу тебя разочаровывать, но косметика даже из дурнушки способна сделать красавицу.
Он смеётся. И это заставляет меня сделать шаг вперёд.
— Пожелаешь мне удачи? — едва сдерживая слёзы, спрашиваю я.
— Конечно!
Вытаскивает руки из карманов и расставляет их в стороны. Я в один момент преодолеваю расстояние между нами и обнимаю его, изо всех сил вцепившись в рубашку.
Наконец-то, я могу сделать это.
И даже дышать становится легче.
Как же я по нему тосковала…
— Удачи, Дженнифер!
— Ты просто чудовище, Ричи! — шмыгая носом, говорю я. — Ты даже не представляешь, как сильно я по тебе скучала!
Он молчит, но я почти уверена, что на его губах играет самодовольная улыбка.
Не удивлюсь, что всё это он спланировал специально.
— Платье пострадает, аккуратнее! — возмущается некстати появившийся Даниэль, не совсем тактично отодвигая меня от Ричи. — Святые небеса! Ты ещё и разреветься решила? Макияж сейчас поплывёт!
Парень вкладывает мне в руки салфетки и маленькое карманное зеркальце.
— У нас пять минут, быстро приводи себя в порядок! — командует он. — Неужели нельзя было подождать?
Недовольно смотрит на блондина, поправляющего ворот дизайнерской рубашки. Ухмыляется в ответ.
— Ей не терпелось меня потискать. Как тут откажешь? — с серьёзным видом заявляет он.
Я не могу сдержать смешок. Вот в этом весь Ричи!
— Ладно, пойду займу лучшее место в зрительном зале! — целуя меня в лоб, говорит Исайя. — Там столько сексапильных красоток, будет чертовски сложно держать себя в руках!
— Так давай, давай топай! — торопит его к выходу брюнет. — Парень твой что ли?
— Нет, лучший друг, — я не могу сдержать улыбку.
— Как чудесно от него пахнет! Между прочим, Дольче Габана, последняя коллекция, — смешно принюхиваясь, замечает Даниэль. — Ну всё, идём, Дженнифер!
На паркет я выхожу уже в приподнятом настроении. Этим фактом очень доволен мой партнёр. Впервые за этот год он делает мне комплименты и убеждает в том, что мы — пара номер один. Так что, когда начинает играть музыка, я вовсю предвкушаю отличный вечер. И его точно не испортят кислые физиономии соперников.
Самба, ча-ча-ча. Чёрное платье сменяется вызывающе красным. Дана решила, что исполнять румбу я должна именно в этом цвете.
Получается даже лучше, чем на тренировке. Технично, чувственно, страстно и в какой-то степени сексуально. Потому что я из кожи вон лезу. И есть только одно тому объяснение: Рид тоже здесь. Вместе со всеми членами семьи. Уверена, он был не в восторге от этой идеи, но уж если Грейс что-то вбила себе в голову, противиться и спорить себе дороже…
Пусть видит, что меня вообще не задевает его жизнь. Ни чуточку.
Даниель, как истинный партнёр очень тонко чувствует моё настроение и с удовольствием включается в игру. По итогу, мы даже слегка касаемся друг друга губами. Увлеклись, и я вдруг вспоминаю, что здесь в зале почти наверняка присутствует его девушка.
— Миранда в Нью-Йорке, — словно читая мои мысли, произносит он, пока я раскланиваюсь судьям.