Мои калифорнийские ночи (СИ)

— Итак, красавчик Рид, хотелось бы узнать о тебе побольше, — кокетливо поправляя волосы, пытается разговорить меня девушка.
— Интересно зачем? Завтра я уезжаю из Сакраменто.
— Уже завтра? — расстроенно дует губы.
Киваю, разглядывая толпу.
— Как жаль… Значит, увлекаешься боксом?
Лезет пальцами к лицу, и это бесит. Дёргаю головой, давая понять, что эти движения — лишние.
— Слушай, давай обойдёмся без задушевных бесед.
— Не в духе? — достаёт тонкую сигарету и вскидывает мастерски прорисованную бровь.
— Типа того…
— Детка, ты выбрала самого мрачного в нашей компании, — подмигивает ей Кэм, на секунду отвлекаясь от улыбающейся блондинки. Похоже, в их отношениях с Меган снова наметилась очередная пауза.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Брюнетка хмыкает и проходится по мне оценивающим взглядом. Закусывает губу, изображая из себя эдакую коварную соблазнительницу. Актриса из неё так себе…
— А мне нравится, уж больно хорош! — пожимает плечами. — Люблю сложности.
Мне почти смешно. Картер, наконец, откладывает в сторону айфон и разливает по стаканам пойло.
— Ну?
— Заказал, — он загадочно улыбается.
Лерой уже поехал со своими сюрпризами. Шарики-веники-плюшевое дерьмо. Но, судя по его чрезмерно радостному лицу, ему и правда этот процесс доставляет удовольствие.
— Что на этот раз? Серенада, мать её? — не могу сдержаться и хохочу.
— Нет, круче.
— Да ты — законченный романтик, Лерой! — хлопаю его по плечу.
Он кривится и достаёт сигареты.
— Чёрт знает, просто хочу, чтобы она как можно чаще улыбалась, — серьёзно говорит он.
— Всё ещё конфликтуешь с её матерью?
— Холодная война, — задумчиво произносит друг. — Задолбало уже всё. Хочу украсть её и увезти ото всех подальше.
Видно, что его терпению приходит конец. Эти отношения даются ему ой как нелегко. И, кстати, тогда я ещё не знал, что идея про «украсть» была озвучена им на полном серьёзе.
— Снова проблемы?
Он сперва молчит, а потом начинает говорить и не может остановиться. Накипело, судя по всему.
— Меня бесит эта её вечная занятость… Учёба, подготовка к экзаменам, тренировки. На меня времени почти не остаётся! — зло бросает он, нервно выдыхая дым. — Грёбаная жизнь по расписанию. Я уже забыл, когда спал нормально. То в окно лезу к ней ночью, то в семь утра встаю, чтобы вместе провести хотя бы час.
Я качаю головой. Стоит ли так заморачиваться? Вслух лучше этот вопрос не задавать. Но Лерой словно читает мои мысли.
— Что? Даже не напомнишь, что мы с ней параллельные прямые?
Я пожимаю плечами.
— Я её люблю, ясно тебе?
— А дальше-то что? Онил сдаст экзамены и снова уедет тренироваться во Флориду, — напоминаю я ему.
Больная тема. Вижу, как моментально меняется в лице. Не хочет думать об этом, но может пора уже снять розовые очки? Я глубоко убеждён, что ни черта у них не выйдет. Не останется она в Блу Бэй.
— Видно будет. Может мне удастся отговорить её от этой затеи…
— Сомневаюсь, — качаю головой я. — Поставишь перед выбором: либо ты, либо гимнастика? Уверен, что хочешь знать ответ?
— Умеешь поддержать! Брукс — ты отвратительный друг, знаешь? — хмурится он и склоняется ближе. — А у самого-то что? Не вижу, что ты по полной наслаждаешься свободой.
— Наслаждаюсь, — загробным голосом отвечаю я.
Картер смеётся.
— Нос попудрить, — вставая, зачем-то сообщает мне брюнетка. Не помню даже её имени. Хотя вроде она представлялась уже дважды.
— А как дела с той кареглазой? Сэнди вроде, — Лерой откидывается на спинку стула и сверлит меня внимательным взглядом.
— Она — нормальная девчонка, общаемся время от времени, — прежде чем снова выпить, отвечаю я.
— Нормальная. Такая тебе и нужна…
— Ты моя сваха что ли? — вытягивая ноги, осведомляюсь я.
— Да просто совет. Присмотрись.
Я киваю, допивая свой виски.
Или я чего-то не знаю? — прозорливый говнюк прищуривается.
— Иди ты.
— Ну ясно…
Что там ему ясно, не буду даже спрашивать.
В клубе сидим до двух. Много пьём и в гостиницу возвращаемся навеселе. Кэм по дороге умудряется провалиться в открытый люк, и сейчас от него за милю несёт помоями.
 
— Вали в душ, — просит Кэма Лерой.
Я вспоминаю, как мы доставали его и снова не могу сдержать приступ смеха.
— Уроды. Нога болит. И я чуть в штаны со страху не наложил! — возмущается Кэм, удаляясь в ванную.
— Главное, что шею не свернул, идиот.
— Брюнетка была ничего, не зацепила? — скидывая обувь, интересуется Лерой.
— Настроение не то, — коротко поясняю я, надеясь, что он не станет развивать эту тему.
— Мысленно она поимела тебя во всех позах, — хохочет он, укладываясь.
— Чересчур назойливая, это раздражает.
— Капризный ты стал, Брукс! — закидывая руки за голову, выдаёт Картер.
— Видимо, просто аллергия на шанель, — толкая дверь балкона, предполагаю я. Духи и правда слишком навязчивые. Приторно сладкие. Вообще не моё.
Сука, как нарочно вспоминаю Смит. Эта девчонка пахнет так, что скулы сводит. Не знаю, что это, но точно не заслуга парфюма. В то утро на кухне меня тупо накрыло. Подошёл, чтобы бросить пару колких фраз по поводу того, какая она растяпа, но в итоге, как сопляк завис от запаха её волос и вида обнажённой шеи. Перемкнуло…
Щёлкаю зажигалкой и смотрю вниз на спящий город. Чёртова малолетка не выходит из головы всю неделю. Это изводит и бесит. Достаю телефон, ищу в списке контактов её номер, но вовремя себя останавливаю. Конкретно меня заносит… Убираю трубку обратно в карман и зажимаю губами сигарету.
Ну и что мне с тобой делать, Смит? Всё перевернулось с ног на голову, с тех пор, как ты позволила случиться всему этому бреду… Раньше всё было предельно просто и понятно, но то, что происходит сейчас — вообще не поддаётся ни логике, ни здравому смыслу. Есть ощущение, что она сама не понимает, куда лезет. И это очень дерьмово… Потому что мой хвалёный самоконтроль летит к чертям, стоит только сжать её в своих руках.
Перед глазами всё ещё стоит та картинка: гостиная, полумрак, она сидит на мне. Смотрит с вызовом, глаза блестят лихорадочным блеском. Мелкие кудри мягко спадают на плечи, девичья грудь, едва прикрыта белым кружевом, и это просто ****** какой-то. До зубовного скрежета захотелось подмять её тело под себя…
И Смит была не против. Твою мать, она оказалась такой отзывчивой и нежной, что крышу напрочь сорвало. Всё это так не вяжется с дерзкой пацанкой, распыляющей язвительные комментарии в мой адрес.
Затягиваюсь. Грёбаный Исайя! Мастер всё портить.
Заваливаюсь в плетёное кресло и снова достаю телефон. В голове от выпитого тяжёлый дурман. И естественно меня понесло…
«Твои блины — огонь, Смит»
Отправляю. Млять, что за бред…
Кручу в руках телефон, и через пару минут приходит сообщение.
«Брукс, я польщена, но ты на часы смотрел?»
Довольно ухмыляюсь.
«Тебе что семьдесят четыре?» — отправляю в ответ, вспоминая торт с дурацкими свечками-человечками. Руки бы оторвал тому, кто вылепил этих уродцев.
«Нет, но я спала, идиот»
Прямо вижу её сонную недовольную мордашку.
«И в чём ты спишь, Смит?»
Какая к чертям собачьим разница… Но сообщение уже полетело.
Молчит. Наверняка, покраснела.
А потом мне приходит это.
Её фотка.
Сидит на кровати, одетая в обычную просторную белую футболку, едва прикрывающую длинные ноги. Свет от торшера падает на лицо. Глаза прищурены, пухлые губы слегка приоткрыты. На голове как всегда творческий хаос.
И ведь даже не старалась, случайный кадр. Но *****. Захотелось оказаться с ней рядом и завалить её прямо на эту постель. Настолько от неё исходит какая-то природная женственность и… естественная красота? Кажется, это называется именно так?
 
«Мило»
Мило? Мило!!! Почёсываю лоб, раздумывая на тему того, что я — полный кретин.