Play (СИ)

Пальцы забегали по клавишам клавиатуры так быстро, что расплылись в глазах.
-Пошел на хуй, пидор.
Отправить.
-Если хочешь, чтобы я тебя выеб, приезжай сам.
Отправить.
-Я оттрахаю твою сраную жопу по самые гланды.
Отправить.
На этом словарный запас Кирилла кончился. Он откинулся на спинку стула и задышал тяжело.
Кличка долго не отвечал. Минуты две, или три. Кирилл уже почти решил закрыть чат, как на экране, наконец, появилась красная строчка.
-Сорри, дружище, я просто слег от смеха.
Отправить.
-Хер ты доберешься до моей задницы.
Отправить.
-И вряд ли ты сосешь лучше, чем мои телки. Не парься за свои гланды.
Все фразы Клички были без смайликов, но за каждой из них Кирилл услышал громовой хохот. Ему стало стыдно.
-Сорри, - написал он, - я гребаный параноик.
-Нет проблем, - ответил Кличка. - Я тоже старательно берегу свою задницу.
Кирилл откинулся на стуле и потер ладонями затылок. Только сейчас он понял, как волновался – даже вспотел от напряжения. Выходит, всё нормально. И от этого мужика не приходится ждать подставы.
Было уже без малого три часа ночи. Возня за стенкой давно прекратилась, в доме все спали. И хотелось говорить еще – именно так, не вслух, а старательно напечатывая всё новые и новые строки.
-Пойду налью еще кофе, - написал Кирилл и рванул на кухню. Пока Кличка набирает ответ, надо успеть включить кофеварку, сполоснуть кружку и плеснуть в неё бодрящего напитка.
Свет зажигать он не стал – по мерцающим лампочкам обнаружил кофеварку, нажал пару кнопок и заодно умылся перед раковиной.
Может, рассказать Кличке о матери? Он поймет, точно. И можно будет хоть с кем-то об этом поговорить и, может, даже получить совет.
Кирилл грохнул чашкой о стол, залез в холодильник, вынул оттуда бутылку текилы, и сделал пару могучих глотков. Вот так-то лучше. Да, надо ему сказать. Он обязательно поймет.
Подхватив чашку с кофе, он быстро прошел в комнату, запер её на ключ, и присел к компьютеру. На экране от Клички ничего не было – только тупые и бесполезные сообщения общего чата.
-Моя мать.
Кирилл не смог закончить предложение, но кнопку "отправить" уже нажал, и теперь лихорадочно обдумывал, как продолжить.
-Ты ругнулся? Напутал с падежами, дружище, - Кличка поставил пару смайликов, и это совсем не помогло.
-Моя мать живет с лесбиянкой.
Кирилл лихорадочно нажал "ентер", чтобы не успеть передумать, и изобразил ухмылку. Спроси его кто-нибудь, какого ответа он боялся - и вместо ответа получил бы в морду.
Кличка долго молчал. Кирилл уже триста раз успел пожалеть о свершенном поступке, когда на экране наконец появились строчки:
-Да тебе повезло, чувак. Две мамки – это лучше, чем одна.
Отпустило. Стало легче дышать.
-Слышал о таком? – спросил Кирилл. – Бразильский сериал прямо.
-Я не смотрю сериалы. Чем же эта лесбиянка зацепила твою мать?
- Баблом. Она богатая сучка, а матери негде жить.
Это была неправда, но рассказывать всё как есть было бы еще сложнее. Кирилл крутанулся на стуле и задумался. Очень хотелось еще выпить, но своего бухла у него не было, а если вернуться к холодильнику – завтра сучка или мать могут заметить.
- Она красивая? – тем временем спросил Кличка. – Обожаю красивых лесбияночек.
Много ты понимаешь, чувак… Красивая ли она? Смазливенькая, конечно, и фигурка ничего, но ведь дело-то совсем не в этом! Совсем!
- Я её ненавижу, - написал Кирилл, - она запудрила матери мозги и тащится от собственного эго. Кроме того, она пытается меня воспитывать – прикинь? И мать туда же.
На экране появился ряд смайликов.
- Мать бы воспитывала тебя в любом случае. Какая разница?
Ответ на это был давно готов, продуман и выстрадан.
- Разница только в том, - помедлив для приличия, написал Кирилл, - что в мать имеет право тебя воспитывать только пока ты от неё зависишь.
- Нет, - тут же появился ответ, - разница в том, что в детстве мать позволяет себе воспитывать тебя, а когда ты становишься взрослым - уже ты позволяешь ей себя воспитывать.
  
Кирилл не понял, что хотел сказать ему Кличка. Позволить матери воспитывать себя? Зачем? Чтобы она могла еще раз убедиться в том, что она самая умная, взрослая и мудрая? Но это же не так. Гораздо честнее сказать правду. А правда в том, что она уже старая и ничего не понимает. Да и эта мозги ей задурила.
- Фигня. – Написал он. – Взрослые мужики не нуждаются в воспитании.
- За это и выпьем, - ответил Кличка.
И впрямь. Ну да, завтра мать или сучка обнаружат отсутствие бухла, ну и что? Пусть скажут спасибо, что он вообще приехал.
- Сейчас приду. Налью себе текилы. – написал Кирилл и прямиком отправился на кухню.
STOP
FORVARD
Ксения вылезла из автомобиля, пискнула брелком сигнализации и в несколько скачков достигла подъезда. Всякий раз, приходя сюда, она ощущала нервозность – словно пятиклашка перед кабинетом стоматолога. Сердце оставалось спокойным, но начинали дрожать руки, хотелось закурить, причесаться, одернуть юбку и сделать еще что-нибудь такое же бессмысленное и способное потянуть время.
Покопавшись в сумке, она нашла жевательную резинку, закинула её в рот, и, не давая себе времени задуматься, нажала несколько кнопок на домофоне.
Каждая нота из зазвучавшей мелодии резала, будто бритвой по фарфору.
- Да, слушаю.
- Здравствуйте, это Ксения.
- Поднимайтесь.
Щелкнул, запищав, замок, дверь приоткрылась, и Ксения нырнула в спасительный холодок подъезда. У неё оставалось только несколько секунд, чтобы собраться с мыслями – именно столько времени понадобилось на то, чтобы преодолеть один лестничный проем и нажать на кнопку звонка.
Вадим открыл дверь сразу, как будто только и дожидался, когда же зазвучит бравурная мелодия.
- Здравствуйте, - улыбнулся он в ответ на Ксюшин испуганный взгляд, - прошу.
Скинув туфли и пройдя в комнату, Ксения вдруг вспомнила, как пришла сюда в первый раз – тогда она оказалась разочарована отсутствием кушетки, книжных шкафов и письменного стола. Простые два стула в абсолютно пустом помещении произвели такое впечатление, что захотелось тут же развернуться и уйти. Сегодня она была рада, что так не сделала.
Вадим плотно закрыл дверь в комнату, сел на стул и ожидающе посмотрел на Ксению. Она глубоко вздохнула и выдавила:
- Всё стало еще хуже.
Вадим молчал. Ксения снова сделала вдох и собралась, словно перед прыжком в воду.
-Асин сын, Кирилл, приехал к нам на каникулы, и я ему нагрубила. Теперь он уже несколько дней ведет себя паинькой, но каждую ночь напивается и сидит за компьютером. Днем преимущественно спит. Ася нервничает, переживает, и у меня снова проснулось чувство вины.
- Что вы чувствуете по отношению к Кириллу? – спросил Вадим и положил ногу на ногу.
- Ненависть. – Ксения сверкнула глазами, сложила руки на коленках и сделала еще один вдох. – Нет, вру. Не только ненависть – скорее даже презрение и жалость. Когда я его вижу, мне хочется его ударить. Когда не вижу – хочется погладить по голове.
- Получается, очно и заочно он вызывает у вас совершенно разные эмоции?
- Да. Понимаете, я боюсь, что не смогу сдержаться однажды. Я вам уже рассказывала, как-то раз он попытался меня ударить, и мне бы очень не хотелось сделать то же самое в ответ.
Вадим помолчал немного, пристально глядя на Ксению.
- Сдерживать свой гнев – это не всегда верное решение. - Сказал он, подумав. – Если что-то вызывает в вас агрессию, сразу реагировать, конечно, не стоит. Но если, поразмыслив, вы решили, что выход у агрессии в каком-либо действии – нужно это действие совершить.
- Ну, конечно, - радостно согласилась Ксения, - я, поразмыслив, дам ему по лицу, Ася, поразмыслив, меня бросит, и всё будет хорошо и прекрасно.