Play (СИ)

Много времени прошло прежде чем они смогли подняться на ноги, и – сжимая ладони – дойти до отеля. Много времени прошло прежде чем они сумели уснуть – лежа рядом, разделенные только тонким слоем одежды. И еще больше времени прошло прежде чем они решились проснуться.
-Доброе утро, - улыбнулась Ася, лежа на боку, подложив под щеку ладони.
-Доброе утро, - кивнула Ксения, и провела ладонью по волосам, - кажется, что-то не так с моей прической. Не нужно было вчера столько пить.
Они встретились взглядами, и долго-долго молча смотрели друг на друга.
-Ты права, Ксюшка, - сказала Ася, наконец, - не стоило столько пить.
STOP. BACK. BACK. PLAY. 
-Я Женя, а ты?
У нее было столько кудряшек, что хватило бы, наверное, на десяток париков. Кудри рассыпались по плечам, прятались на затылке, и лезли в лицо. За ними едва можно было рассмотреть глаза – удивленные и приветливые.
-Меня зовут Ксюша.
Она поставила сумку на пол и огляделась. Значит, именно здесь ей предстоит провести ближайшие пять лет своей жизни? Нет, нет… О пяти годах не думать. Забыть о них как о страшном сне.
-Вот твоя кровать, - говорила тем временем Женя, показывая Ксюхе на верхний этаж странной конструкции из двух железных кроватей, - мы с Алкой первыми приехали, так что нижние места уже заняли. Или, если хочешь, можем меняться?
Меняться кроватями? Ну да, конечно – общежитие, все общее, но не до такой же степени?
-Слушай, а ты у коменды уже была? – Тараторила Женя. - Мне сказали, что нужно листок прибытия взять, а я как-то забыла.
Ксюху затошнило. Она потерла глаза, и попыталась взять себя в руки. Тебе здесь жить, детка. Тебе здесь жить, и придется как-то привыкнуть.
-Мы вечером собираемся пива попить в честь заселения, хочешь с нами? На набережную пойдем – говорят, там вечерами очень красиво.
-Погоди, - Ксюха помотала головой и жестом остановила Женю, - не так быстро, ладно? Я еще не успела сообразить, где я, а ты уже рисуешь перспективы. Давай начнем с коменды, а потом уже дальше разберемся?
-Конечно! Только тебе еще надо взять постельное белье – это на первом этаже, я покажу.
Она выскочила из комнаты, распахнув настежь деревянную дверь, окрашенную голубой краской, и махнула Ксюхе рукой – пошли, мол. Кудряшки окончательно разметались, создавая убийственный беспорядок вокруг головы.
Они спустились вниз по лестнице, прошли через два длинных коридора, и тут, наконец, Женя ее оставила:
-Получай белье, и приходи в студсовет – коменда наверняка там сидит.
И упорхнула, едва не споткнувшись о собственные спортивные брюки.
Ксюха вздохнула и прислонилась лбом к холодной стене.
-Новая жизнь, - сказала она себе шепотом, - слышишь? Новая. Бери себя в руки, и начинай, наконец, ее строить.
-Говорят, разговоры с самой собой – верный признак съехавшей крыши, - услышала она рядом, и резко обернулась. Перед дней стояла, насмешливо усмехаясь, коротко стриженная девчонка в невообразимом наряде – джинсы, казалось, состоят из одних только дырок, а на футболке вряд ли удалось бы найти более-менее целого куска ткани.
-Ты еще кто? – Поморщилась Ксюха.
-Ммм, хамить изволим? Какая прелесть! – Девушка, казалось, искренне восхитилась. – Если ты ждешь кастеляншу, то готовься просидеть здесь до вечера – она свалила пить водку со своим новым хахалем, и вернется не скоро.
-А ты откуда знаешь?
Хитрый прищур глаз стал еще хитрее.
-А я только что оттуда – она налила мне стакан, дала ключ, и велела выдавать белье всем желающим.
-Так что ж ты сразу не сказала? – Ксюха возмущенно уставилась на девушку. – У вас принято над новенькими издеваться?
-У нас принято не разговаривать с самой собой в коридоре, - парировала собеседница и вдруг совершенно по-хамски дернула Ксюху за кончик носа. – Как зовут-то тебя, несчастье?
Отвечать не хотелось. Хотелось размахнуться и залепить кулаком по этой ухмыляющейся физиономии. Но было нельзя. Ей теперь ничего было нельзя.
-Ксюшей меня зовут. Ты выдашь мне белье, или и дальше будешь морочить голову?
  
Девушка пожала плечами, и открыла, наконец дверь. Махнула рукой, указывая на стеллажи:
-Выбирай. Все хорошее уже давно разобрали второкурсники, так что самое главное следи, чтобы на нем дырок не было. Будешь сдавать через неделю – придется самой зашивать.
Пока Ксюха копалась в стопках белья, незнакомка уселась прямо на стол, поджала под себя скрещенные ноги, и насмешливо за ней наблюдала.
-Интересно, откуда берутся в нашем вертепе такие правильные мамины дочки? – Спросила она как будто про себя, но довольно громко.
-Слушай, - Ксюха шлепнула стопку выбранного белья рядом с ней и пристально заглянула в глаза, - что ты привязалась, а? Ты ни фига обо мне не знаешь, а уже берешься делать какие-то выводы. Кто ты вообще такая?
-Какая прелесть! Мы вспомнили о приличиях. Меня Ириной зовут, второй курс, третий этаж, бездна хамства и тонна очарования. Приятно познакомиться.
Она улыбалась прямо в Ксюхино лицо, и глаза ее сверкали.
-В этом месте вежливые девочки сказали бы «Очень приятно», - сообщила Ира после паузы, и слезла со стола, - пока, мамина дочка! Еще увидимся.
И ушла, оставив комнату открытой.
Едва Ксюха, нагруженная стопкой белья, вышла в коридор, как с другого конца донесся вопль:
-Ксюш! Иди сюда! Наша очередь!
Ох. Твою же мать. Как же тяжело ей здесь будет.
FORVARD
Вечером обустройство комнаты было закончено, вещи разложены в встроенные по бокам у входа шкафы, а свежевыданное постельное белье постелено на кровать.
Женя сходила на кухню, притащила оттуда чайник с горячей водой, и они по очереди вымыли руки над огромным эмалированным тазом.
-Это мне тетка дала с собой, - объяснила Женя недоумевающей Ксюхе, - она старый солдат, знает, что в общагу надо привозить.
-Солдат? – Хмыкнула Ксюха.
-Образно выражаясь.
На часах уже было почти восемь, и больше всего на свете Ксюхе хотелось выключить свет и забраться в постель, но планы ее прервал странный звук удара – кто-то ломился в запертую на задвижку дверь.
-Ковалева, открывай! – Раздался из-за двери низкий голос, и Ксюха вздрогнула.
-Твоя фамилия – Ковалева? – Только и успела спросить она, прежде чем Женя кинулась к двери и, распахнув ее, пропустила гостью.
Гостья внеслась в комнату ураганом, тайфуном и запахом сигаретного дыма. Она была невысокого роста, какая-то круглая, с длинными черными волосами и глазами, густо обведенными чем-то черным.
-Ну ты представляешь! – Практически басом заявила гостья, сделав глоток воды прямо из носика чайника, фыркнув, и сделав еще один глоток. – Я им говорю: ну не устраивайте дурдом в первый же день, люди вы, или кто? А они?
-Что они? – Завороженно спросила Женя.
-А они делают кукольный театр! – Гостья экспрессивно махнула руками, чуть не ударив Ксюху по щеке, и возмущенно уставилась на нее, словно предлагая разделить ее праведный гнев. – Нет, ты представляешь? Кукольный, блин, театр!
Махнула руками еще раз, и затейливо выругалась.
-Ксюш, это Кристина, - смеясь, сказала Женя, - Кристя, это моя новая соседка по комнате.
-Миленькая, - вынесла свой вердикт Кристина, оглядев Ксюху с ног до головы, и тут же снова переключилась на Женю. – Ковалева, ну ты понимаешь? Мне теперь просто нельзя туда заходить до поздней ночи. А значит – что? – Она вдруг снова посмотрела на Ксюху, обращая свой вопрос почему-то именно к ней.
-Что? – Удивленно переспросила Ксюха.
-А значит мы немедленно собираемся и идем пить пиво на набережную! – Не менее удивленно заявила Кристина – так, будто это было само собой разумеется. – Ты хотя бы пиво пьешь, Ксюша?
Ксюхе оставалось только кивнуть.
Через несколько минут – Ксюха успела только джинсы натянуть, да рубашку с кроссовками – они уже вышли из общежития, поздоровались со смущенным парнем, держащим в обнимку пакет, и двинулись по еще светлой улице.