Воровка (ЛП)

Он все еще там. На этот раз он хмуро осматривает пару туфель в открытом ларьке.
Он следит за мной.
И только у одного человека есть причина следить за мной.
Антонио Моретти.
Во мне вспыхивает гнев. Вчера он велел мне покинуть его офис. Как он посмел организовать за мной слежку? Он еще пожалеет об этом. Игры закончились.
Я быстро разрабатываю план, а затем направляюсь к нему.
― Привет, ― говорю я радостно.
На его лице мелькает замешательство.
― Синьорина?
― Ты работаешь на Антонио, верно? Мы планировали пообедать в «Квадри», но он немного опаздывает. ― Я одариваю его своей самой очаровательной улыбкой. ― Он сказал, чтобы я встретилась с ним у него дома. Агнес нет, но Антонио сказал, что кто-то из его людей может меня впустить?
Мужчина отвечает так, как я и ожидала.
― Конечно, синьорина Петруччи. Я буду рад проводить вас в дом синьора Моретти.
Его зовут Игнацио. Он отвозит меня в дом Антонио. Мужчина подходит к двери. Они торопливо и негромко переговариваются, и Игнацио поворачивается ко мне.
― Синьора Моретти нет дома, ― извиняется он. ― Стефано думает, что он на встрече.
Каждому хочется думать, что он помогает своему боссу. Игнацио молод. Скорее всего, он горит желанием показать себя, и я собираюсь этим воспользоваться.
Я бросаю взгляд на свой телефон, словно читаю сообщение от Антонио.
― Да, он как раз заканчивает. ― Я изображаю преувеличенную дрожь. ― Я подожду его внутри.
Как я и ожидала, Игнацио впускает меня в дом, чтобы я не замерзла. Бедный ребенок. У него наверняка будут неприятности, и мне немного не по себе, но не настолько, чтобы отказаться от своего плана.
Как только за мной захлопывается входная дверь, я спешу в спальню Антонио. Я не могу рассчитывать на то, что у меня будет слишком много времени. Игнацио наивный и его легко одурачить, но другой парень, Стефано, показался мне более бдительным. Если Антонио не появится в ближайшие несколько минут, он может даже позвонить ему, чтобы проверить мою историю. Мне нужно забрать Тициана и убираться отсюда.
По счастливому совпадению, картина, которую я купила сегодня, примерно такого же размера, как и Тициан. Печально улыбнувшись ― мне действительно нравились эти цвета ― я вешаю ее на место «Мадонны на отдыхе». Я поспешно заворачиваю шедевр шестнадцатого века в защитную упаковку и тороплюсь на выход.
Я не пытаюсь скрыть свои следы. Антонио поймет, кто виновен в краже. Но это не имеет значения. Я заеду домой, чтобы взять свой бейдж сотрудника, а затем сразу же отправлюсь в музей. Когда картина окажется в Palazzo Ducale, Антонио сможет кричать сколько угодно, но, если он не украдет ее снова, он ни черта не сможет с этим поделать.
Тридцать минут спустя, после мучительно медленной поездки на пароме из Giudecca, я поднимаюсь по лестнице в свою квартиру. Я открываю входную дверь, торжествующе улыбаясь своему удачному ограблению.
― Лучия, ― говорит Антонио вкрадчивым голосом. ― Если ты хотела увидеть меня снова, милая воровка, тебе стоило просто попросить.
Глава 12
Антонио
― Какого черта ты делаешь в моей квартире? ― требует она. ― Как ты сюда попал?
Черт возьми, она сногсшибательна. Ее щеки розовеют, глаза сияют, как драгоценные камни, а волосы роскошными волнами рассыпаются по плечам. Добавьте к этому ее алое пальто, и она станет похожа на огонь.
И она собирается сжечь тебя заживо.
Я снимаю пиджак и бросаю его на единственное кремсло в комнате.
― Твой сосед впустил меня в здание, и я взломал замок входной двери. ― Я делаю мысленную пометку, чтобы Лео усовершенствовал ее систему безопасности. Мое воровское прошлое давно позади, но проникнуть в ее квартиру было до смешного просто.
― Мне следует позвонить в полицию.
Я громко смеюсь.
― И как ты собираешься объяснить мою картину в твоей сумке? Ты собираешься сказать им, что украла ее из моей спальни? ― Я качаю головой. ― Я думал, мы достигли взаимопонимания по поводу Тициана, tesoro. Что привело к этой попытке?
 
― У нас не было взаимопонимания по поводу Тициана, ― огрызается она. ― И ты следил за мной. Это и жутко, и навязчиво. Какого черта, Антонио?
Ага.
― Несколько недель назад ко мне обратился один из членов русской мафии. Они хотят сделать Венецию перевалочным пунктом для торговли оружием. Я отказался.
Я начинаю развязывать галстук.
― Как бы мне ни хотелось надеяться на обратное, это еще не конец. Мы готовимся к войне. ― Я прямо смотрю на нее. ― Ты очень важна для меня, Лучия. Если с тобой что-то случится, я отреагирую плохо. ― Это чертовски мягко сказано. ― Нас видели вместе на публике. В твоем доме нет охраны. Соседи сверху ― пара за восемьдесят. Сосед снизу работает в Швейцарии во время лыжного сезона. Его квартира сейчас пустует. Ты ― легкая мишень. Охрана нужна для твоей защиты.
― О. ― Она обдумывает мой ответ. ― И это никак не связано со вчерашним…
― Если ты спрашиваешь меня, приставляю ли я охрану к женщинам, с которыми сплю, то ответ ― нет. Обычно встречаться со мной не опасно.
― Я не спала с тобой.
― Пока. ― Я расстегиваю манжеты и закатываю рукава. ― Я должен был рассказать тебе об Игнацио, но вчера у меня не было возможности. Прости меня, за это. ― Мой голос твердеет. ― Однако если ты хочешь, чтобы я извинился за то, что беспокоился о твоей безопасности, то этого не произойдет. Я никогда не буду извиняться за то, что защищаю тебя. Ни десять лет назад, ни сейчас.
Ее глаза следят за движением моих рук.
― Что ты делаешь?
Мои губы растягиваются в улыбке.
― Я предупреждал тебя, что будут последствия, если ты попытаешься украсть мою картину. — Я начинаю расстегивать пуговицы на рубашке. ― Помнишь, Лучия?
― Ты собираешься трахнуть меня. Хочу я этого или нет.
Я закатываю глаза.
― Это то, в чем ты пытаешься убедить себя? Что ты этого не хочешь? ― Я киваю в сторону ее входной двери. ― Ты можешь уйти. Я не заманивал тебя в ловушку. ― Я отбрасываю рубашку в сторону. ― Будь честной, маленькая воровка, или уходи.
Глава 13
Лучия
Я ненавижу его.
Я хочу его.
Антонио сводит меня с ума.
Я не могу позволить ему уйти отсюда.
― Это моя квартира, ― выплевываю я. ― Это ты должен уйти.
Антонио не дурак, он слышит согласие в моих словах. Его глаза вспыхивают.
― Иди сюда.
Я делаю шаг к нему, и король Венеции уничтожает расстояние между нами.
Он прижимает меня к стене. В мою спину впивается штукатурка, но мне все равно. Его пальцы переплетаются с моими, затем он обхватывает запястья и поднимает мои руки над головой, вдавливая меня в стену своим телом. Его рот находит мой, он спускается губами по моей шее, целует впадинку горла, я чувствую тепло его губ на моей коже.
― Скажи мне, почему ты здесь, ― выдыхает он.
Потому что я тоскую по тебе.
― Я не знала, что у меня есть выбор, ― говорю я вместо этого.
Он прикусывает мочку моего уха.
― Лгунья, ― говорит он. Его взгляд блуждает по моему телу, горячий и жаждущий. ― Твои соски твердые. ― Он просовывает колено между моих бедер. ― Если я введу пальцы в твою киску, то наверняка ты окажешься мокрой, готовой к моему члену. Попробуй еще раз. Скажи мне, чего ты хочешь.
Так самодовольно. Я ненавижу то, как мое тело реагирует на него. Он заставляет меня терять контроль, разрушает мои стены со смехотворной легкостью, и я ненавижу то, что он заставляет меня чувствовать.
Ненавижу и люблю это, одновременно.
Часть того, что я чувствую, должно быть, отражается на моем лице. Антонио усмехается.
― Неужели так трудно попросить то, что тебе нужно?