Амбивалентность P.S: Я научу тебя любить (СИ)

— Куда?
— Сейчас узнаешь. Пойдем.
  
Глава 41
 
— Зачем ты меня сюда привез? — осторожно спросила мужа, когда мы припарковались напротив того самого дома, где он обнимался со своей любовницей. Я недоуменно смотрела на злосчастное здание, пытаясь понять, не снится ли мне это все. Муж действительно решил познакомить меня со своей любовницей?
— Сейчас все узнаешь, — Назар вышел из автомобиля и открыл дверь с моей стороны.
Я не реагировала на протянутую руку. На такое я не подписывалась. Увольте. Назар же терпеливо ждал, пока повернусь к нему и подам свою ладонь.
— Назар, я не пойду, — я наконец повернулась.
— Выходи, — он был спокоен.
— Ты как себе это вообще представляешь?! — меня начало пробивать на эмоции, — или быть может ты хочешь втроем? Я на такое точно не подписывалась!
Не заметила, как перегнула палку. Когда поняла, было уже поздно. Муж резко схватил меня за руку, выдергивая из автомобиля. Я успела только взвизгнуть от резкости и охнуть, когда он сжал мою талию и прижал меня к своему телу. Зеленые глаза гипнотизировали, неотрывно смотря куда-то вглубь меня. Руки при этом лишали мое тело возможности пошевелиться. Хватка у Назара была мертвая.
— Я. Никогда. Не. Делю. Свою. Женщину, — буквально по слогам прошипел он возле моего лица, — и моя жена никогда не будет участвовать в оргиях и прочих движениях. Максимум, на что ты можешь рассчитывать, это на наручники и флоггер, которым я отшлепаю твою непослушную задницу. Усекла?
— Усекла, — пробормотала, пытаясь отвести взгляд. Соперничать с ним в гляделках не могла.
— Чтобы я больше такого не слышал, — муж прошептал эти слова и коснулся губами уголка рта, прижимаясь лбом к моему.
Сейчас только догадалась, что он нервничал. Назар тоже мог переживать и расстраиваться. Только умел качественно скрывать свои чувства и редко можно было понять, что у него на самом деле творится на душе. Сейчас я увидела его снова без маски. Уставшего, измученного, живого. Нужно было его поддержать, сказать что будет все хорошо, а я, наоборот, начала распаляться.
— Прости, Назар, — искренне прошептала и обняла его, — все будет хорошо. Пойдем.
Муж посмотрел на меня взглядом, полным благодарности и подал руку. Я пыталась не показывать, как нервничаю и пошла с ним в дом, где жила эта женщина.
Она знала, что мы придем. Мы только поравнялись рядом с дверью, как та сразу открылась и на пороге появилась женщина лет тридцати. Я с интересом уставилась на конкурентку. Она была красивой. Высокая, стройная, с длинными каштановыми волосами, которые достигали талии. Ее сапфировые глаза с интересом разглядывали конкурентку. Я видела в них презрение и ревность. И это понятно, ведь она делила своего мужчину со мной. Именно делила. Я решила, что сегодня расставлю все точки над «и» и больше эта особа не увидит Назара. Он только мой. Свое я ни с кем делить не собиралась.
— Света, — наигранно улыбнулась девушка и протянула руку.
— Камила, — я в ответ ей улыбнулась и с силой сжала руку. Светлана зашипела от боли и пропустила нас в дом.
Мы прошли на кухню. Назар вел себя по-хозяйски, словно это был его дом. Заметно, что он часто здесь бывал, хорошо ориентируясь в расположении предметов в кухонном шкафчике. Муж достал из него стакан, налил в него воду из кулера и залпом выпил. Я же чувствовала нарастающую неуверенность. Зачем он меня сюда привел?
— Где она? — спросил наконец Назар.
— Сейчас выйдет, готовится, — девушка прошла мимо меня к окну и уставилась в него. Она тоже нервничала.
Я не понимала, кого мы ждали и что вообще происходит. И почему сейчас она представляется Светой, если звонила постоянно мужу Малена? У меня накопилось слишком много вопросов, на которые хотелось получить ответы. Я повернулась к мужу, чтобы спросить, что тут происходит, как услышала, звук открывающейся двери и повернулась.
К нам вышла молоденькая девушка. Моя ровесница. Она была настолько красивой, что мне пришлось прикусить губу и почувствовать комплекс неполноценности: густые русые волосы красиво лежали на плечах, фарфоровая кожа, которой можно только позавидовать, кукольные губы и глаза — зеленые, насыщенные, большие. Не нужно было объяснять, кто это, достаточно посмотреть в эти глаза чтобы понять — передо мной стояла дочь Назара.
— Почему ты не говорил, что у тебя такая взрослая дочь, — еле слышно спросила у мужа. Он скорее всего не услышал меня, потому что промолчал.
А девушка, тем временем, натянула на лицо улыбку и подошла ко мне:
— Наконец-то мы с тобой встретились, Камила. Я — Малена, — она протянула свою руку в знак приветствия.
Я пожала ее ладонь и молча хлопала глазами. Малена — это дочь Назара. Получается, у него с этой Светой есть дочь? Я вопросительно посмотрела на своего мужа.
— Малена, это моя дочь от первого брака, — пояснил Назар, — Света является ее теткой.
— Но почему ты не говорил мне о том, что у тебя есть дочь?
— Ты была не готова. И про Малену знают только самые близкие люди. Для ее безопасности.
— Я хочу поговорить с твоей женой, папа, — девушка слишком внимательно изучала меня глазами, отчего мне становилось неуютно. Я представить не могла, о чем она собиралась поговорить и сильно нервничала.
Назар кивнул головой и Малена схватила меня за руку, потащив внутрь дома. Я только отметила, что у девушки тоже железная хватка и много силы. Она затащила меня в маленькую комнату и закрыла за собой дверь, после чего отпустила руку. Я погладила свою ладонь и осмотрелась: тут было мило, но не более. Обстановка состояла из дивана, письменного стола и шкафа. Красивые занавески сиреневого цвета завершали образ. Я сразу обратила внимание, что комната необжитая. Казалось, что это не комната Малены, а просто помещение для гостей. Тут не было ничего, что напоминало бы о проживании молодой девушки, кроме одинокой фотографии, стоящей на столе.
Я подошла к столу и взяла снимок. На нем была изображена маленькая Малена. На вид ей было около 8 лет. На руках ее держала красивая женщина, вероятно мама и Назар, который обнимал свою семью. Он тут был счастлив и улыбался. Я никогда ранее его не видела таким жизнерадостным, улыбчивым и живым. Одним словом, счастливым
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Это наше последнее совместное фото, — пояснила девушка, — потом маму убили.
— Я соболезную тебе, — поставив снимок на место, пробормотала и повернулась к дочери Назара, — о чем ты хотела со мной поговорить?
— Что ты почувствовала, когда твоих родителей убили? — неожиданно спросила она.
Я удивленно уставилась на Малену. Та ничуть не смущалась от своего вопроса. Ее действительно он волновал и она ждала ответ. Это какая-то проверка? Или попытка вывести из равновесия? Я не понимала девушку, но решила, что лучше всего ответить честно. В любой момент можно уйти, если что-то не понравится.
— Ничего, — снова погрузилась в воспоминания того времени, — сначала ничего. Я не поняла, что случилось. Не осознала до конца. Я поняла, что родителей больше нет, но то, что их реально нет и я никогда не смогу с ними поговорить…не дошло. Лишь на следующее утро появилось осознание и потом было больно. Очень. Думаю, ты меня понимаешь.
— Да, — кивнула девушка, — меня никто не понимал. Ни у кого не было такого, как у меня. А ты такая же, как я. Папа сказал, что тебе очень плохо. Я даже хотела приехать и помочь тебе хоть как-то, ведь могу понять, что ты чувствуешь. Но мне не разрешили.
— Почему ты живешь тут?
— Папа сказал, что пока он не решит твои проблемы, мне придется жить у Светы, — задумчиво произнесла девушка, — раньше мы жили вместе в большом доме за городом. Скоро ты побываешь там.
В этот момент я почувствовала угрызения совести. Ведь он и в правду вынужден прятать дочь, потому что из-за флэшки на меня объявлена охота.