Вопрос цены (СИ)

— Ты правда всё это знал и принял это решение заранее? — спросила я, уже понимая, что это в его духе.
Олег усмехнулся и кивнул.
— Конечно. И я сожалею лишь об одном — что тебе пришлось пережить. У Петра, похоже крышу порвало окончательно, это был лишь вопрос времени. Но мы справимся, Лив. Я не возненавижу тебя за это, потому что я знал, на что иду.
— Олег, — я потерла переносицу, — я тебя сейчас убью.
Олег рассмеялся, услышав мои слова, его смех был неожиданно лёгким и искренним. Он обнял меня за талию.
— Ты всегда будешь так реагировать на мои расчёты? — спросил он с усмешкой, целуя меня в шею.
Я тяжело вздохнула, пытаясь сохранить серьёзный вид, но его спокойствие и уверенность не позволяли мне долго злиться.
— Да, Олег, — ответила я, приподнимая бровь. — Потому что я только теперь узнаю, что всё это было частью твоего плана.
Он снова усмехнулся, потянув меня ближе к себе.
— Лив, — сказал он мягко, глядя мне в глаза, — я всё просчитываю не потому, что не доверяю тебе, а потому что хочу защитить нас обоих.
Я посмотрела на него, чувствуя, как моё раздражение постепенно улетучивается. Олег оставался Олегом — всегда на шаг впереди, даже когда я этого не ожидала.
Он целовал меня в шею, пока телефон не сообщил, что к дому подъехал Николай.
— Рысенок, — оторвался он от меня, — ты планируешь куда-то ехать сегодня?
— Вообще-то да, — удивилась я вопросу, недовольная и вторжением водителя, и вообще тем, что Олег сейчас уедет.
— Тогда вызови рабочую машину.
— Олег, у меня официальный выходной! А оплачивать водителя из своего кармана…. Прости, это пока для меня как-то непозволительно.
— Тогда держи, — он отдал мне в руки ключи от своего БМВ, на котором мы вчера приехали.
Я продала свою машину три месяца назад, чтобы покрыть хотя бы часть ипотеки. Вздохнула — о том, что у меня есть права Олегу, судя по всему, известно.
— А если я его разобью? — невинно осведомилась я.
— Вычту из зарплаты, — набрасывая на плечи пальто, ухмыльнулся он.
— Блин…. Мне тогда три года бесплатно на тебя пахать придется, — потерла я шею.
— У тебя такая маленькая зарплата?
— Ээээ…. Вообще-то, я сейчас понятия не имею, какая у меня зарплата, Олег. Я вторую неделю твой зам.
— Открою тайну, рысёнок, — уже на пороге он обнял меня, поцеловал и прошептал, — если разобьешь машину, пахать придется всего каких-то два месяца. Но да, бесплатно.
— Уже легче… — насколько стало все проще для нас сейчас: смотреть на него, смеяться вместе с ним, обнимать его. Сейчас, где-то в глубине души, я была даже рада этой несчастной статейке, которая позволила нам, наконец-то, выяснить отношения, пусть и на грани взаимного уничтожения.
— Лив, — прошептал Олег, — пожалуйста, не отключай телефон. Я прослежу, чтоб ни один засранец тебя сегодня не побеспокоил.
— Не стану, — шепнула в ответ, — и да, один меня беспокоить может в любое время.
25
Когда за Олегом закрылась дверь, я вернулась в комнату и тихо опустилась на кровать, всё ещё сохранившую наши запахи. Провела рукой по подушке, на которой он спал, и глубоко вдохнула, впитывая аромат его парфюма, смешанный с естественным запахом его тела. Это был его след, который остался в комнате, но и глубоко внутри меня.
Десять дней. Всего десять дней понадобилось, чтобы от полного равнодушия я оказалась в точке, где его присутствие стало чем-то естественным, почти необходимым. Олег каким-то образом оказался тем человеком, которого я впустила в свою жизнь, и он занял в ней весомое место.
Я провела рукой по простыне, чувствуя остаточное тепло и удивляясь тому, как быстро всё изменилось. Как быстро я привязалась, позволила ему стать частью моего мира, хотя ещё недавно думала, что никто не сможет так легко пробиться через мои стены.
Всё стало намного проще и одновременно сложнее.
Я не собиралась показывать Олегу, но сама я была далеко не так уверена в его отношении ко мне. И только оставшись в одиночестве поняла почему: я так и не разобралась зачем, зачем в день приема он спровоцировал Перумова? Внутри меня зрела твердая уверенность, что Олег не просто сделал это — он расставлял фигуры на своей шахматной доске, четко следуя какому-то плану. И я была всего лишь одной из его фигур. Важной, но не главной.
 
Я чувствовала, что он держит что-то в секрете, что-то, что я пока не могу понять. Его план был для меня загадкой, и, хотя его чувства ко мне казались настоящими, я не могла избавиться от мысли, что в его мире всегда будет важнее следовать своей стратегии, чем делиться ею со мной.
Впрочем, напомнила я себе — десять дней. Всего десять дней прошло с того момента, как всё это началось. И, если быть честной, Олег не обязан делиться со мной всеми своими планами и решениями. Мы оба привыкли держать свои карты при себе, особенно когда речь шла о чём-то важном, полагаться на себя и защищать своё пространство. Нам обоим нужно намного больше времени, для того, чтобы начать доверять друг другу.
Поэтому отодвинув мысли об Олеге подальше, я вернулась к насущным вопросам. Всю свою жизнь я привыкла доверять своей интуиции и сейчас она не просто кричала, она трубила мне изо всех сил, что статья, вышедшая вчера, несет в себе гораздо больше, чем это казалось на первый взгляд. Перумов очень, очень быстро перешел к действиям, гораздо быстрее, чем от него можно было ожидать. И это было совершенно на него не похоже.
Мне категорически не хватало информации.
И «тихого места», потому что все в квартире сейчас напоминало об Олеге: его запах, влажное полотенце ванной, вторая щетка, по-хозяйски занявшая место рядом с моей, вторая кружка в раковине…. Куда бы не падал мой взгляд, я видела его след, а это сбивало с мыслей, пусть и заставляло сердце стучать быстрее, а губы — счастливо улыбаться.
Мне нужно было выйти, сменить обстановку. Погружённая в свои мысли, я начала собираться, чтобы найти это самое «тихое место», где можно будет навести порядок в голове и подумать, как противостоять Перумову.
Я быстро оделась, накинула куртку и взяла ключи от машины Олега. На улице было прохладно, свежий воздух немного прояснил голову. Я завела машину, чувствуя себя одновременно взволнованной и решительной, потому что уже точно знала куда и зачем поеду.
До Центра доехала довольно быстро, утренние пробки в городе уже почти полностью рассосались, перед этим заехав в магазин и доверху забив багажник продуктами и средствами гигиены. Не смотря на суматоху последних дней, после моего первого визита я несколько раз созванивалась со Светланой, уточняя, что им необходимо в первую очередь. Это не было планом игры, это было поручением Олега, собрать максимально данных чем мы можем помочь тем, кто в этом нуждается. С каждым звонком и разговором, эта женщина нравилась мне все больше, хотя я и понятия не имела тогда, что ее связывает с Павловой. Зато сегодня точно знала, что привезти Центру в подарок.
Припарковавшись около здания, с удовольствием отметила, что по территории ходят люди, устанавливающие более серьезный забор, чем хлипкие решетки, что тут были ранее. Руководила работой не молодая женщина, с суровым лицом, поглядевшая на меня подозрительно.
— Простите, — улыбнулась я максимально мягко, — Светлана на месте? Или может Катерина Викторовна?
Женщина снова окинула меня подозрительным взглядом, но, услышав имена, слегка смягчилась.
— Светлана Васильевна на месте, — сухо ответила она. — Катерина Викторовна тоже, но она в кабинете, говорит с девочками. Вам кого из них позвать?
— Светлану, если можно, — ответила я. — Я привезла кое-что для Центра, и хотелось бы обсудить с ней пару моментов.
Женщина кивнула, махнула кому-то рукой, и один из рабочих пошел в сторону здания. Видимо, за Светланой. Я тем временем огляделась по сторонам, отмечая, что территория стала выглядеть более ухоженной и безопасной, и это наводило на мысль, что дела у Центра постепенно налаживаются.