Посоветуй мне… (СИ)

Выбор сделан в пользу последнего комплекта. Собрав необходимое, мужчина вышел из квартиры и запер дверь. Девушка показалась спустя минуты три, везя за собой небольшой чемодан.
Василий оглядел наряд: Ангелина специально выпрямилась, оправив невидимые складки на тёмно-синем платье с белыми оборками по воротнику, рукавам и низу. Строгое, но удивительно женственное вкупе с косой производит неизгладимое впечатление.
— Ты доволен, Daddy?
— Более чем.
— Те комплектики, что ты выбрал… — она покрутила носочком босоножки. — Я взяла с собой. Они… там.
— В чемодане? — нахмурился мужчина.
— Yes, Basil.
— А на тебе?
Девушка покраснела и отвела взгляд. Василия опалило новой волной желания. Возможно, будь они не на лестничной площадке, он бы не выдержал.
— Я понял тебя.
— Просто-о… ты же сказал, нужен контраст с внешним обликом, — пролепетала она, позволив робкой дрожащей улыбке появиться на лице. — Вот.
— Хороший выбор, Angel! Пойдём.
— Basil, а почему у тебя нет машины?
Мужчина оторвался от ленты Контакта и посмотрел на сидящую возле окна девушку. Вагон электрички уносит их из раскинувшейся словно спрут Москвы.
— Ещё не накопил, да и особо не нужна была.
— Но это же так классно, когда можно в любой момент поехать и не нужно ждать общественный транспорт, терпеть вот это вот всё, — она наморщила личико.
Василий успел открыть рот для ответа, но всё же двадцать пять — это не двадцать — начинает появляться некое понимание. Когда он сам был подростком, то ездить на лоховозах — так называли автобусы раньше, да и весь общественный транспорт можно подвести под термин — совсем не хотелось. В голове были клипы, фильмы, картинки роскошных и быстрых автомобилей, а не, как выразилась Ангелина, «вот это вот всё».
— Будет, Angel. Попозже.
— А есть же кредиты, да? — глянула она чудными васильковыми глазками.
— И много, — кивнул мужчина.
— Так, может… — намекнула она.
— Знаешь… — прервался он, подыскивая правильную аналогию, потом усмехнулся и заметно тише говорит: — Тебе нравится ходить без трусиков?
Девушку бросило в краску, и лишь спустя пару десятков секунд она справилась с собой, кивнула, бросив осторожный взгляд на Василия.
— Ну, я не могу точно это ощутить, конечно, но если примерно описать — это лёгкость и воздушность. Только летний денёк, лёгкий сарафанчик и ты. Можно сказать, что это жизнь без кредита. А вот с ним — это такие широкие, — показал он крепко сжатый кулак, — Набитые ватой штаны, сверху майка, пару свитеров и матёрый такой, просаленный бушлат. Ватник то есть. И шапка танкистская. Вот это уже полный набор: мелко-бытовые кредиты-рассрочки, автомобильный и сверху ипотека.
На лицо Ангелины вполз ужас. Мужчина удовлетворённо кивнул.
— Ну-у, просто… Basil, все же берут и вроде бы ничего.
— Я не хочу строго чёрной краской измазать банки и их услуги. Простая человеческая сущность всегда будет за то, чтобы банки давали деньги просто так, по праву рождения, по разрезу глаз или ещё чего. Заманчиво, что ни говори.
Девушка хихикнула.
— Например, если симпатичный.
— Тебе бы точно дали и много, — усмехнулся Василий.
— Правда-правда? — большими глазками посмотрела она.
— Да, но смотри не пользуйся этим в корыстных целях. А то твоей попе сильно не поздоровится.
— Хи-хи, — прыснула она. — Ладно.
— Жизнь крайне сложная штука. Базируясь на простейших вещах, она только умножает своё многообразие. Банки могут быть как двигателем экономики, так и её антагонистом. И кредиты, и деньги, и банки — это лишь инструменты в руках человека. Чтобы система работала хорошо и правильно, недостаточно только образования, нужно ещё и воспитание. А если его нет, то чего можно ожидать? Есть реальные объективные факторы грабительским процентам в банках. Поэтому я просто избегаю пользоваться их услугами. Хотя бывает трудно устоять, именно поэтому столько людей к ним прибегают. Тебе смартфон нравится?
— Боже, Basil, конечно! — воскликнула она и вдруг поцеловала в щёку. — Я в него уже влюбилась.
 
— Реклама, дизайнерский и технический отделы в компаниях работают таким образом, чтобы в нас рождалось желание иметь у себя предмет, а банки сахарным голоском нашёптывают, мол, возьми сейчас, не копи, всего лишь рассрочка и никаких переплат. Понимаешь теперь, почему всё так?
Она сдвинула бровки и озадаченно кивнула. Василий рассмеялся и слегка потрепал по голове.
— Ладно, не заморачивайся этими штуками, а то морщинки появятся и стареть начнёшь.
— Фу! — отшатнулась она.
— Вот-вот.
Вышли на Сорок Третьем километре, потом на местном такси уже до села Введенское, откуда недалеко до бабушки. По пути он сделал несколько звонков в клинику Бобыря и договорился о приёме своей пожилой родственницы.
Таксист оказался сговорчивым и был не против получить приличную сумму за доставку бабушки к самым дверям центра. Василий пошёл на это, зная, что предстоят борьба и уговоры, поэтому заранее побеспокоился о козырях.
Вырвавшись из напряжённого московского воздуха, пара соседей ещё в Зеленоградском вдохнули полной грудью, ощущая открывающийся простор и покой, а уж когда высадились на чуть пыльной глинистой дороге, под Введенским, то ненадолго замерли, впитывая чудную, щебечуще-звенящую атмосферу. Весенняя зелень ласкает глаза и успокаивает душу, а вездесущий простор и покой настраивают на нужный лад. Такой приятный и желанный.
Деревенька, домов в пятнадцать, скорее отросток от общего села. Участки нарезаны щедрой и не шибко заморачивающейся геометрией рукой. Дом же дед успел выстроить просторным, двухэтажным, но не бетонно-громоздким и тяжёлым, а всё больше из советских запасов досок, балок, фанеры и краски. Зимой бабушка с дедушкой не мёрзли, но у Василия всё равно были планы как улучшить этот показатель. Главное, заработать денег и убедить бабушку.
Деревьев на участке много, как и укромных тенистых уголков. Есть поливная труба, есть ёмкости с дождевой водой и грядки. Заборчик высотой в пояс оплетён диким виноградом и плющом. На крыше веранды, куда выходит балкон со второго этажа, спит матёрый рыжий кот, а птички, пользуясь моментом, клюют остатки сухофруктов с прошлого года.
— Васечка! Родной! Как же ты быстро приехал! — раздался голос пожилой женщины.
Водитель, успевший закурить, улыбнулся большой и открытой улыбкой, как могут только жители провинций и сельской местности. Василий тоже позволил радости от встречи отобразиться на лице.
— Ну дай обниму, здоровячёк ты мой! — быстрым шагом вышла бабушка, сверкая пусть уже чуть блёклыми, но всё ещё яркими глазами. Обнялись.
Оба оглядели друг друга критически и высказались.
— Баб, это Ангелина, моя соседка. Так вышло, что я присматриваю за ней, пока родители в отъезде. Вот, решил взять на помощь.
Ветер как раз донёс клубничный дух, а чуть порозовевшая девушка склонила голову.
— Здравствуйте.
— Это Тамара Михайловна, моя бабушка.
— Святые угодники, какая чудная! — воскликнула пожилая родственница. — Прям картинка!
— Ладно вам, — махнула застеснявшаяся Ангелина.
— А чего тут? Как есть говорю.
— Баб, прекращай в краску вгонять человека. Лучше иди собирайся.
— Это ещё куда? — удивилась женщина. — Там на плите обед вам варится. Куда я пойду?
— Пойдёшь соберёшься и поедешь в город, в клинику лечиться, — сделал ход Василий.
— Да ещё чего! — воскликнула Тамара Михайловна, и понеслось противостояние.
Если бы не изначально подготовленный водитель, то не вышло бы. Расчёт оказался верным, отдавать просто так деньги женщина не пожелала и потому отправилась в заботливые руки специалистов по суставам. Василий про себя посмеялся, что если сравнить сумму, переведённую на счёт клиники, и оплату водителю, то бабушке стоило бы пересмотреть решение, но он сделал всё, чтобы она думала иначе.
Дружно помахав отъезжающей машине вслед, Василий взял Ангелину под руку и повёл на клубничные угодья.