(не) Мой Боно (СИ)

— Заводи его в гостиную и обезоружь, — приказал Хмурый, становясь сразу тем самым БигБоссом, о котором все слышали и много говорили, — Доминика, дочка. Пойдем со мной. Тебе тоже нужно присутствовать. А Кира остается на кухне или идет в свою комнату.
***
Находясь в просторной гостиной и смотря на дверь, в которую сейчас должен зайти Боно, мной овладевало волнение. И не просто беспокойство, а уже знакомое чувство закопошилось в области солнечного сплетения, заставляя нервно ковырять пальцы. Я стояла рядом со своим отцом и пыталась понять, что сейчас будет. Моя интуиция не обещала ничего хорошего.
В помещение зашел Боно. Но я его почувствовала задолго до этого. Перед тем, как широкоплечая фигура моего любимого появилась в гостиной, сюда зашла его ярость. Бестия, которая рьяно билась током и носилась по комнате, пронзая каждого своим гневом, подобно току. В какой-то момент мне показалось, что мы встретились с ней лицом к лицу и у нее взгляд моего Боно — серый шторм шептал, что ничего хорошего сейчас не будет. Я уже чувствовала парфюм своего Мефистофеля с цитрусовыми нотами — он рядом.
— Рома! Ты же знаешь, я не люблю, когда ко мне приходят без приглашения! — воскликнул Хмурый, когда Боно появился в окружении двух охранников.
Происходящее напоминало мне зарубежный гангстерский боевик, в котором на стрелку приходят мафиози с пушками и кучей охраны. Нас тоже окружали верные псы, готовые открыть огонь по команде. Рядом с Хмурым и со мной стояло три человека и в руках каждого я видела оружие.
По бокам от Боно расположилось еще двое, которые ждали только команды уничтожить своего врага. Врага. Именно так считал мой отец. Я чувствовала, как негативная волна исходит от Хмурого к Роме и наоборот. Оба мужчины смотрели друг на друга, как животные, которые собираются бороться за территорию. Или это что-то другое, что понять я пока не в силах.
— Тоже самое могу сказать о своем отношении к воровству, — спокойно ответил Боно. В отличие от меня от выглядел невозмутимо. Стоял, как ни в чем не бывало, в своей кожаной куртке, черной рубашке и черных зауженных джинсах, убрав руки в карманы и безразлично смотрел на Хмурого. В мою сторону он глянул лишь раз, оценивающе проскользив по фигуре.
— Воровству? — удивился мой отец.
— Именно. Ты украл то, что принадлежит мне, — Рома кивнул на меня. Я поежилась от озноба, который начал подкрадываться ко мне и обняла себя за плечи. Они точно сейчас подерутся. А у Боно, в отличие от Хмурого, с собой нет оружия.
— А я еще сына твоего нашел, — загадочно протянул БигБосс и заулыбался, — не хочешь меня отблагодарить?
Услышав про Игоря, Боно посерел и мне даже показалось, что его взгляд потемнел. Он посмотрел на меня, как на предателя и стиснул челюсть. Хмурый же продолжил:
— Помнишь, как я просил тебя год назад помочь мне решить вопрос с Волковым? Это будет с твоей стороны расценено, как спасибо. Ты поможешь мне, а пока что Доминика и Игорь побудут со мной. Как тебе предложение?
Боно проследил взглядом за рукой Хмурого, которая обнимала меня за плечо и взлохматил свои волосы. Я же переводила взгляд с одного мужчины на другого и пыталась понять, что тут происходит.
— Хорошо, — выдавил Рома, — ты знаешь, что я не могу тебе отказать в данной ситуации.
  
Глава 95
 
— Что еще за благодарность? — вопросительно смотрю на отца, который сильнее прижимает меня к себе, смотря на Боно с надменным выражением лица. Заметив мою напряженность, папа улыбнулся:
— Не переживай, дочка. У нас с Боно есть одно незавершенное дело. Пока он его не выполнит, вы с сыном поживете у меня. Так будет безопаснее.
Я перевожу взгляд на Рому, который уже не выглядит таким хладнокровным, как раньше. Хоть он и старается сохранять невозмутимость, я ловлю в его потемневшем взгляде нервозность, а играющие жевалки подтверждают — он злится. Я вижу в его глазах упрек. За то, что сбежала. За то, что не дождалась и снова ослушалась. За то, что ему теперь приходится снова расхлебывать проблемы. Отвожу виновато взгляд, не до конца понимая, что происходит. Пытаюсь успокоиться мыслью, что сейчас мне вернут моего мальчика, но радости от предстоящего воссоединения я не ощущала. Возможно, это связано с тем, что вокруг нас люди с оружием или это материнское чутье шептало: всё не так просто.
— Бос, пацана привезли, — сообщает один из парней, который стоит рядом с нами и Хмурый кивает ему. Два охранника выходят из дома, а я начинаю беспокоиться еще сильнее. Интуиция мне подсказывает, что всё не так сказочно, как кажется на первый взгляд. Доброта Хмурого — всего лишь вуаль, но я не понимала, что у него в планах. Радость от обретения отца постепенно начала улетучиваться.
— Сейчас ты увидишь своего мальчика, дочка, прошептал Хмурый, целуя меня в висок.
В следующий момент я перестала дышать, ошарашенно наблюдая за тем, как в комнату затаскивают Лизу с ребенком. Девушка буквально висела на руках двух парней, прижимая к себе мальчика. Когда ее грубо швырнули в центр комнаты, она чудом не упала на ребенка, испуганно озираясь по сторонам.
Когда ее взгляд пересекся с моим, я отвела глаза. Девушка выглядела ужасно: ее сильно избили. Губы были разбиты в кровь, половина лица напоминала сплошной синяк. Я еще раз убедилась, какие жестокие люди работают у моего отца и у меня вряд ли получится к этому привыкнуть.
— Мразь! — зашипела Лиза, смотря на меня, — Ненавижу тебя! Я не отдам тебе мальчика! Чтоб ты сдохла, мразь! Ненавижу, ненавижу, ненавижу! — она плевалась кровью осыпая меня проклятьями, но резко заткнулась, когда один из сопроводителей, не церемонясь, ударил ее кулаком в живот. Завыв от боли, Лиза осела на пол, а ребенок заплакал, прижимаясь к ней.
— Уберите ее от него, — приказал Хмурый и девушка снова начала истерить, когда поняла, что ее хотят разлучить с мальчиком. Но быстро замолчала после очередного удара, теперь уже по лицу. — Иди к своему сыну, Ника, — подтолкнул меня отец.
Я ошарашенно смотрела на незнакомого мальчика лет пяти, с белокурыми, пушистыми локонами и огромными испуганными глазами синего цвета. Он был похож на ангела. На маленького, испуганного ангелочка, но никак на моего Игоря, которого мне обещали вернуть. Я повернулась к Боно, задавая немой вопрос, но тот лишь злобно процедил:
— Что ты встала, Ника? Иди, обними своего сына, не тормози.
— Ника, в чем дело? — занервничал Хмурый. — Это что, не твой ребенок?
Я неуверенно сделала шаг в сторону незнакомого мальчика, чувствуя на себе напряженный взгляд Лизы. Ноги меня не слушались и казалось, что я шла вечность. Остановившись напротив ребенка, опускаюсь на колени и тот резко прильнул ко мне, стараясь прижаться как можно сильнее. Я явно вызывала больше доверия, чем бугай, удерживающий его ранее.
— Тише — тише, — прошептала я малышу, — всё будет хорошо. Я не дам тебя в обиду, слышишь? — про себя же подумала о своем сыне и где он сейчас. Что за чертовщина?
— Ника, идем ко мне, — слышу голос Хмурого и мне приходится встать, чтобы вернуться к нему, держа на руках ребенка. Не могла разлучиться с крохой, который впился в меня своими маленькими пальчиками, словно я была его спасительной соломинкой. Его дрожь передавалась и мне и шепча малышу на ухо слова успокоения, я молилась, чтобы появление ребенка было не фатальной ошибкой, а продуманным планом Боно. Со стороны никто не заметил подвоха. Я выглядела, как обезумевшая от встречи с сыном мать, которая боялась выпускать чадо из рук.
Дойдя до отца, мне чудом удалось устоять на ногах после его следующего приказа.
— Теперь пристрелите девку.
— Что? — от шока я начала хрипеть, испуганно смотря на отца. — Пристрелить? Зачем?
— За то, что она сделала тебе больно, — как ни в чем не бывало ответил Хмурый и повторил приказ. — ну, я жду!
Я обернулась на Лизу. Та растерянно смотрела на меня, не зная, как реагировать. Нервно сглотнула и с надеждой посмотрела на Боно, который неотрывно смотрел на нее.