Чистая душа 2 (СИ)

Глава 14.3
— Девочка моя, мама соскучилась. — на этом исса Золтог не остановилась, а сжала меня в крепких объятиях.
— Мама, раздавите. — прокряхтела я. И меня тут же отпустили. — Мила! Ты как? — увидела я свою подругу, правда она об этом еще не знает.
— Все хорошо, спасибо.
Подошла к миле обняла ее и прошептала на ухо.
— Если ты мне скажешь, что не хочешь со мной дружить. — договорить я не успела.
— Очень хочу. — Мила обняла меня в ответ.
Под неусыпной охранной Макса, под рассказы мамы об украшениях, представленных в витринах, мы ходили с Милой взявшись за руки вдоль всего этого блестящего великолепия. Признаюсь, несколько раз у меня появлялось желание примерить украшения, но я не хотела об этом говорить. Пройдя весь зал по серпантину от края к центру мы пришли к главной витрине, которая возвышалась над всеми остальными. Ну, кто бы сомневался, что здесь будет лежать.
«Янтарный алмаз. Найден на берегу моря Кагаалнат исс-раах Искрой Мрак Ан Стронг Даркнес Харт. Передан для временного хранения»
Замечательно. Теперь все об этом знают.
— Как-то я не думала, что они его на показ выставят, да еще и такую табличку поставят. — озвучила я свои мысли мужу.
— Напомню, ты можешь его убрать. — сказал Макс обнимая меня со спины.
— Он надежно охраняется? — Жалко если с ним что-то случится. У меня с этим камешком свои хорошие воспоминания.
— Надежно, как и все в этом замке. — ответил Макс.
— Искра, ты такая счастливая, что нашла этот камень! — сказала Мила, когда мы замолчали. А, ну, да, я говорю с мужем, все остальные ждут.
— Смотря чем измерять счастье. — ответила за меня мама. — Искра действительно счастливая девочка, но думаю камень здесь совершенно не причем. Или я не права? — это уже мне.
— Правы, мама, Вы всегда правы. — Подмазываюсь, да. А с ней только и дружить. Врага в лице иссы Золтог мне не надо.
— Макс, вот почему эти девочки такие неправильные? Ни впечатлить их украшениями. — вдруг возмутилась мама. — Пойдем, я покажу вам жилые комнаты замка.
Мы вышли из огромного зала в какие-то тяжелый двери, которые нам открыл раах, стоящий с ними рядом, кивнув Максу.
За дверью оказалась еще одна анфилада, было ощущение, что мы плавно поднимаемся вверх.
Пройдя вдоль анфилады, мама завернула в один из коридоров. И я потерялась. Нет, я не потерялась в прямом смысле. Я шла, крепко вцепившись в руку Макса, но дорогу я обратно не найду. Лестницы, повороты, двери, снова повороты, снова лестницы. Когда я совершенно запуталась, мы пришли к какой-то двери, похожей на все, что я видела, проходя мимо или в которые мы входили, но эту дверь исса Золтог открыла с торжественным видом.
— Прошу, девочки, наш первый дом. А ты как хочешь. — это уже Максу.
Макс хмыкнул, входя следом за мной, все так же крепко меня держа.
Это была светлая круглая гостиная. С высокого потолка лился свет так, что создавалось ощущение, что мы на улице в каком-то дворе, а некий шутник вынес сюда диваны и кресла с резными ножками, низкие столики, вазы с цветами. Конечно, это все было в цветах Даркнесов темно-зеленый и бежевый.
Мама присела на диван и показала, что ожидает нас. Мы расселись по местам.
— Вот здесь бегали маленькие Марк и Макс. Там их комнаты. — исса показала себе за спину. — Думаю, что хозяин не очень захочет, чтобы ты видела его подростковый бунт. — подмигнула она мне. — Что тебе рассказать о твоем муже?
— Может не надо? — спросил Макс.
— Надо. Вы скоро… Ох. — спохватилась мама. — Я забыла, сейчас приду. Хотя. Если хотите знать, как выглядели супружеские комнаты тысячу лет назад, прошу.
Мы хотели. Еще одна гостиная, из которой вели три двери.
— Там покои мужа. — махнула исса в сторону правой двери. — Тут совместная спальня. — показала на дверь по середине. — А тут покои жены. — дверь слева.
Идя за мамой, мы оказались в гостиной — кабинете, опять две двери, одна со стороны смежной спальни, логично, не бегать же кругами, другая напротив входа в комнату, там оказалась спальня. Спальня выделялась из всех зелено-кремовых комнат. Эта комната была голубой с золотом.
 
— Искра, я хочу отдать тебе вот это. — мама подошла к высокому комоду, на котором стояли в ряд фотографии.
Увидев на них знакомое женское лицо, я подошла ближе. Исса Золтог держала на руках смешного мальчика, а рядом стоял второй мальчик, чуть постарше.
— Красивые они? — спросила мама, отвлекая меня от фото.
— Да красивые, и Вы тоже.
— Это лишнее. — улыбнулась мама, небрежно махнув рукой. — Смотри сюда. — взяла она фото, которое я рассматривала. — Вот этот кулон с бриллиантом подарила мне моя бабушка на свадьбу. Видишь ручку тянет? Это последний миг жизни этого кулона. Обычно в раахских детях сила пробуждается в пятьдесят лет, ну плюс, минус пару лет, но это же Даркнесы! Эх, такой кулон был. В общем имей в виду, дети этих красавцев силу обретают годам к десяти. — и исса Золтог высыпала себе на ладонь содержимое мешочка, который она зажимала в другой руке все это время. На ладони лежали три кусочка кулона.
— Это он? — не веря своим глазам спросила я, сама не понимая кто этот самый он, кулон или Макс.
— Я хочу, чтобы из этих кусочков вы сделали тебе кольцо для обряда. — мама подняла глаза на Макса. — У вас же будет обряд единения?
— Обряд чего? — Про церемонию мы говорили, про обряд, нет, а уж об единении.
— Макс, ты не сказал? — вдруг изменилась в лице мама. — Ты чего ждешь?!
Исса Золтог была в гневе. Я и Мила попытались не шевелиться, но то, что произошло дальше, меня вогнало в ступор.
— Маленькая, мне нужно срочно отойти, побудь с мамой, посмотри еще мои фото, займись, чем-нибудь.
После этого Макс быстро поцеловал меня в макушку и вышел из комнаты. Я стояла с открытым ртом и думала о том, что от меня только что сбежал муж. Не поняла.
— Мам, а это нормально? — спросила я, не поворачиваясь к иссе.
Ответа я не стала дожидаться и поспешила за дверь. Как и ожидалось, мужа здесь не было. Плотно закрыла дверь спальни.
— Леси, дорогая моя, ты мне нужна. — чуть не плача позвала я свою хранительницу.
— Я тут. Что с тобой? — забеспокоилась она.
— Где Макс?
— Так, давай, в дверь прямо. — начала прокладывать мой маршрут Леси.
А у меня в голове была только одна мысль: мне больно и холодно.
Миновав огромное количество лестниц и тяжелых дверей, я вышла на улицу, перед стеной замка в паре метрах от нее тянулась низкая кривенькая стена. Макс стоял у этой стены, для меня это и стена до плеча, а мужу она чуть выше пояса. И муж ли мне еще раах Максимилиан? Мне показалось, что он стоит, оперившись на стену ладонями и чуть склонившись вперед. Но я четко услышала хруст. Не поняла, я тут за нашу маленькую семью переживаю, а он орешки щелкает? Встав немного в стороне рядом с Максом, посмотрела на его руки. Лучше бы это были орешки. Булыжники, из которых была выложена, стена крошились в пыль в руках рааха.
— Макс, а может не стоит ломать камушки? — самое глупое начало разговора.
— Я их сюда положил, я их и сломаю. — ответил Макс, не глядя на меня.
— Это ты сделал стену? — Макс смирись, твоя жена иногда дура. Да, я в курсе, что говорю про себя.
— Я с этой стороны, с той Марк. — раах отпустил несчастную стену, стряхнул пыль с рук и повернулся ко мне. — Нам нужно поговорить.
От этого тона я была готова бежать, проваливаться под землю, делать что угодно, но только не стоять здесь. Но ледяной холод сковал меня так сильно, что я не могла пошевелить даже пальцем.
— Наедине. — добавил Максимилиан, кивнув на мое ухо.
— Леси, пожалуйста. — еле слышно прошептала я.
— Поняла.
Я сняла наушник и протянула его Максу, тот помотал головой и отвернулся от меня.
Да что происходит? Верните мне прошлую версию Макса, она мне нужна!
Глава 15.1
— Искра, я требую от тебя безоговорочной верности и преданности. — начал раах говорить куда-то в никуда. Каждое слово было словно камень, тяжелое, неподъемное для меня, на этот раз и для него тоже. — Я сам нарушил это требование по отношению к тебе, несколько раз, много раз. Не знаю с чего начать. Просто постарайся выслушать меня. Анабель Блеск, она же Анни Бельчинская, родилась в Коенте, дыра такая, что ее даже на карте не сразу найдешь. Выросла в неполной семье, мать умерла при родах. Воспитывал пьющий отец. — Макс говорил рывками, будто читая досье по пунктам. — Занималась танцами. В четырнадцать сбежала из дома в Кагаалнат. Там попала в первый клуб, где танцевала для клиентов. Клиентов было много, платили в клубе доходной девочке хорошо. За дополнительные услуги деньги она оставляла себе. — Я сглотнула ком в горле, многочисленные любовники, бордель. Макс, как ты мог к этому прикасаться? — За три года она накопила достаточно, чтобы изменить внешность и исправить документы. Через полгода она встретила Крас. Дальше, уже на мои деньги, Блеск меняла свою внешность, изменив ее до неузнаваемости. Фотографий она никогда не делала. Даже те, что делали посторонние, отслеживались и затирались. Авария, в которой исчезла Блеск, была подстроена Вензиргаальтом, так же, как и твое длительное пребывание в клинике, твое лечение, которое на самом деле отравляло твой организм так сильно, что капсулы не справлялись, и они не должны были справляться, в клинике тебя убивали. Потом попытка отравить тебя через косметику в нашей старой квартире, за этим тогда к нам и проникли. Маленькая моя, я не знал. Я все эти месяцы не знал, что с тобой было в клинике. — раах резко шагнул ко мне, взяв меня обеими руками за голову и подняв мое лицо вверх. — Я женился на Блеск, только из-за того, что увидел искру твоей души в тот вечер, где-то в самой глубине ее синих алчных глаз. Все годы вместе с ней я надеялся увидеть эту искру снова. А потом просто не выдержал. Я перестал верить самому себе. Через шесть месяцев после аварии ко мне случайно попал отчет о твоем состоянии, до этого этим не занимался, не интересовался, мне было все равно. Ученик Дорса, как там его… не важно. Он приложил твое фото. Маленькая, я увидел только Искру, там не было Анабель. В тот же вечер я заставил Дорса поехать со мной в Кагаалнат. Дорс прилетел утром, а я гнал всю ночь, как сумасшедший. Пытаясь вернуть все четыре месяца в этой клинике. Но утром, войдя в кабинет, я уже ничего не соображал. Дорс сказал, что все отчеты могут быть правдой, ведь Блеск отличная актриса. И я снова побоялся верить в то, что бывают чудеса. Что ты та, которую я ждал все эти годы. Но твои ответы сводили меня с ума. А потом я просто не знал, как себя с тобой вести. Запугивать, шантажировать. Как? А потом все стало настолько прекрасно, что я боялся просыпаться по утрам, вдруг тебя не будет рядом. Понимаешь, ты моя исса, моя часть. Когда я это понял, спросил Эда, как на людей может повлиять обряд единения. И Эд ответил, что у тебя может измениться характер, маловероятно, но может, вкус, привычки, ценности. Ничего не напоминает? Я не хочу терять тебя. Но и жить без тебя я не смогу, моя девочка. Ты сама должна решить. Долгая, очень долгая жизнь со мной, не те двести лет, что ты себе отсчитала, а еще минимум пять тысяч лет. Но рискуя потерять тебя такую. Или короткая жизнь, но ты точно останешься Искрой. Просто я проживу немного меньше.