Оперативный простор (СИ)
А вот карта Либерии, точно зебра пестрела длинными полосами протянувшимися вдоль главных трасс, точно спрут, вытягивающимися длинными лапами всё дальше к востоку и югу. Почти половина границы с восточным соседом уже открасилась в наши цвета. Однако, незакрашенных мест, было ещё куда больше. Большое количество рек, серьёзно осложняло задачу. А вот дороги, откровенно радовали. Противник, конечно же для своих нужд, успел понастроить в стране довольно много приличных трасс и проложить множество второстепенных дорог. Война требовала обильного снабжения и наличия альтернативных маршрутов на случай разрушения, или блокировки отдельных направлений.
Сейчас, наши части вовсю пользовались развитой дорожной сетью стараясь обходить особо упорные очаги сопротивления, которых тоже хватало. Главное было занять ключевые точки и разорвать единую сеть коммуникаций противника. Тогда, изолированные очаги сопротивления долго не протянут под нашими концентрированными ударами. К счастью, враг не использовал иракский опыт минно-дорожных засад. С ними, нам бы пришлось туго. Не предполагал нашего прорыва? А вот большинство мостов, успел подорвать, или накрыть с воздуха. Но мы это заранее предвидели, подготовив большое количество понтонов. Да и реки, в большинстве, были не слишком велики и имели броды.
Эпопея с развернувшимся боем на улицах города с двумя абрамсами, привлёкшая моё внимание, получила продолжение. Над вражескими машинами раскрылся небольшой парашютик, я скорее понял, нежели заметил, откуда он взялся. Последовала короткая вспышка электромагнитного импульса, в которой сгорела подвешенная к парашюту бомба, после чего, большинство оставшихся вражеских дронов начало один за другим валиться на землю, а над вражескими танками вспухли новые купола парашютов. На этот раз, я уже знал, что под куполами — самонаводящиеся мины с кумулятивными зарядами. И точно, обнаружив под собой вбитые в память очертания техники, мины полыхнули реактивными струями и устремились отвесно вниз к своим целям.
Штурмовикам с нашей стороны тоже досталось. Откуда то прилетело несколько гостинцев обозначивших себя мощными взрывами, повредившими одну из БМП. Противник тоже умел наводить свою арту.
После уничтожения абрамсов, штурмовики пошли вперёд вслед за своими БМПшками, тем более пространство впереди было обработано артой и их сопровождали свои беспилотники. Остатки противника в дыму и пыли спешно откатывались назад.
По всему городу творился примерно такой же ад. Била своя и чужая, ещё не подавленная артиллерия, грузно ворочались танки плюясь огнём, падали с неба стаи беспилотников, рвались мины, метались люди в поисках укрытия и часто гибли под перекрёстным огнём, или под завалами домов, превращённых в огневые точки, или укрепрайоны. Никто не чурался использования тяжёлого вооружения, если была такая возможность, а кроме того, обе стороны имели в достатке и кучу ручного вооружения и беспилотников сравнимой с артиллерией разрушительной мощи. Но наши штурмы достаточно быстро продавливали вражескую оборону.
Монровию штурмовали специализированные части заточенные именно на эту задачу, вдоволь снабжённые необходимой техникой. А вот противостояла им разношёрстная солянка военных формирований плохо слаженная и оказавшаяся слабо готовой к таким боям. Хотя некоторые отряды, надо признать, доставляли серьёзные неприятности.
— Что с ПВО? — Поинтересовался я у штабистов.
— Уничтожено 60% расчётных средств. — Тут же доложил ответственный офицер.
Киваю. Расчётных, означало, что мы не знали точно, сколько их всего и исходили из аналитических расчётов на основе разведданных и предыдущего опыта. Пилотируемую авиацию, пока, задействовать было ещё рановато. Разве что где то по окраинам. Основная тяжесть поддержки наступающих частей мощными средствами ложилась на артиллерию, включая реактивную и дроны, чьи запасы таяли с сумасшедшей скоростью. Дороги за наступающими войсками, это было хорошо видно с высоты, были плотно забиты машинами снабжения. Под операцию, выгребли всю наличную технику имевшуюся у нас в Африке и ещё кучу гражданских грузовиков. Я предпочитал тратить материальные ресурсы, а не жизни солдат. Тем более последних, было в обрез для данной операции. В любой сложной ситуации, опасный участок щедро обрабатывался артой, выжигался огнемётными системами и только потом шла пехота, при неизменном сопровождении дронов. Без этих, последних, любые штурмы и наступления были запрещены. Слишком дорого казне обходилась гибель солдат. Неважно, свои это были, наёмники, или союзники. За неоправданные потери с командиров спрашивалось строго и все спорные моменты потом подробно разбирались, благо съёмки велось море.
Это была дорогая, просто чудовищно дорогая по своим затратам операция. Зато, короткая. Мы планировали уложиться, максимум в неделю. По другому, закончить эту и без того очень дорогую войну, было просто нельзя. Продолжение в прежнем темпе, грозило стоить гораздо больше, пусть и немного растянуто во времени. А главное, за неделю, враг должен был просто не успеть подтянуть необходимые резервы. И у нас, получалось…
А Западным партнёрам, как любили в моём мире говорить российские элиты, можно было только посочувствовать. Накрывался их вкуснейший оружейный рынок, приносивший им десятки, если не сотни миллиардов прибыли. Они то эти деньги ложили себе в карман, а я отрывал от Империи и мне было куда их потратить ещё.
Глава 12
Африканский блицкриг — завершение
— Полковник, почему венедские колонны всё ещё свободно проходят мимо вас? — С трудом сдерживаясь что бы не перейти на крепкие выражения, поинтересовался у коменданта приграничной Гбарнги, генерал Ричардс, командующий коалиционной группировки Западных сил в Либерии.
Ситуация, в которой оказалась ко второму дню венедской наступательной операции коалиция Запада, стремительно ухудшалась. Более откровенные и не сдержанные на язык офицеры, выражались проще — Большая жопа! Вот таким, было положение если выражаться короче и ёмче.
Американская разведка проспала концентрацию ударного кулака венедов на восточном выступе Гвинеи вдававшемся в Либерию почти по центру страны. Хотя, какая к чёрту концентрация? Сам себе признавался четырёхзвёздный генерал. Не было никакой концентрации. Обычный армейский заслон вышедший на манёвры. Венеды с гвинейцами постоянно устраивали подобные демонстрации возле границы стараясь оттянуть на себя как можно больше войск коалиции от главного направления удара в Сьерра-Леоне и всегда, это так и оставалось обычной демонстрацией. Войска для блокирования данной угрозы конечно же выделяли, но уже давно не считали данное направление всерьёз угрожающим. Так, ставили бригады второго уровня, что бы что то было и не обращали особого внимания.
Но на этот раз, к ужасу Западных сил, всё оказалось совсем не так. Гвинейцы снова, как всегда начали демонстративные учения возле границы, на которые либерийцы, уже традиционно не обратили внимания поглощённые кошмаром творившимся в Сьерра-Леоне, где натурально рушился фронт и куда начали стягивать все наличные резервы, лишь бы заткнуть постоянно возникающие и ширящиеся дыры. И вот тут, из Гвинеи стартовала своя туча дронов, ракет и артиллерийских снарядов обрушившихся на не ожидающих этого либерийцев. А сразу же следом за ними, вперёд рванули механизированные колонны армии вторжения, быстро сформированные в ударные кулаки и мгновенно проломившие хлипкие заслоны уже основательно прореженные ракетами и беспилотниками.
Не останавливаясь и лишь выставляя усиленные заслоны в ключевых точках дорог, эти бронеколонны устремились на юго-запад, отличная асфальтированная четырёхполосная дорога позволяла противнику поддерживать высокий темп продвижения. Лихорадочные попытки перекрыть трассу новыми войсками, как правило, ни к чему не приводили, максимум, немного замедляли движение. Да либерийцы просто не успевали за заданными венедами темпом. Запредельная насыщенность войск беспилотными ударными средствами, позволяла очень быстро множить на ноль любые тяжёлые средства противодействия и взламывать спешно выставляемые заслоны. А обычная пехота, ничего не могла сделать с такой концентрацией брони.