Оперативный простор (СИ)

— А ведь мы хотели по хорошему! — Задумчиво качаю головой.
Герман Вайсман сокрушённо вздыхает. По большому счёту, мне не в чем упрекнуть главу ШТАЗИ, как часто продолжают называть его сотрудников скрывающихся под безобидной аббревиатурой — АММ (Агентства Международного Мониторинга). Немцы из данной структуры, да и не только из неё, делали максимум возможного. И если в политическом плане нам удалось несколько укрепить и нарастить силу лояльных нам партий и движений, то в сфере бизнеса и экономики, дела продвигались с очень большим скрипом.
Германцы с большим удовольствием заключали контракты на поставку нам сложного оборудования, наши мощности не позволяли нам производить всё и в нужном количестве, а темпов индустриализации снижать не хотелось, но очень плохо запускали нас в свой бизнес. Даже когда им очень нужны были деньги, они до последнего отказывались это делать предпочитая банкротство и разрушение бизнеса, нежели продажу его нам, или хотя бы вхождение нашего капитала в весомых долях.
Тщательное изучение причин, привело к ожидаемому ответу — львиная часть немецкого бизнеса, через ряд прокладок и финансовых институтов, принадлежала англосаксонско — иудейскому капиталу, либо старым фамилиям, тесно связанным с ним. Все они были крайне враждебно настроены к нам. Эти же круги, включая старые аристократические рода Европы, очень плотно контролировали основные политические институты Германии, а так же СМИ, тщательно блокируя тысячами способов просачивание ненужных им политиков во власть. С виду, посмотришь — демократия, а на поверку, всё так оплетено паутиной незримых нитей, что независимому кандидату, почти невозможно прорваться на значимые посты в правительственных структурах. Почти как в оставленной мной России Шляхова на излёте его правления, только там, всё было намного грубее.
Рост торгово-экономического взаимодействия с Германией всё равно шёл, это было тупо выгодно обеим сторонам. Германии было нужно наше, более дешёвое чем у альтернативных поставщиков сырьё. Продать прочую высокотехнологическую продукцию было сложно, хоть мы, всё же продавали. Нам же были нужны их машины, оборудование, кое что из химии, в которой немцы были особенно сильны, немного элитного сельхоза, как тоже вино с моих виноделен. Но добиться весомой доли в Германском экспорте, нам никак не удавалось. Очень уж он у них был диверсифицирован. Едва смогли пробиться на второе место после США. Коллективный Запад, по прежнему был для Германии №1 в экспорте и импорте. Это оставалось сильным рычагом давления на немцев, вздумай они пойти на серьёзное сближение с нами. А мы, очень на это надеялись форсируя торговлю, даже ценой некоторой уступки части рынков. Не полностью конечно, частично, как в той же электроэнергетике — поставки парогазовых турбин, прочего оборудования, железнодорожного транспорта. Мы специально, с расчётом на торговлю с ними, инициировали такую массу строек высокоскоростных железных дорог, что без внешних поставок просто не вывозили взятые темпы. Но немцы, не особо торопились. Словно их кто придерживал.
— Мы, безусловно будем и дальше стремиться к экономическому сотрудничеству с Германией, — начал я неутешительные речи, — но уже предельно понятно, что Германию, таким простым и изящным способом, нам интегрировать не дадут, как и не выпустят её из под внешнего контроля. Наращивать дальше использование наших, совсем не бесконечных ресурсов на этом направлении, я не вижу смысла. Это уже становится опасным для стабильности нашей валюты. А наши ресурсы, пока, не так велики, как нам бы хотелось.
По едва заметной мимике, я точно заметил, что немец раздосадован и ищет решения этой непростой ситуации.
— По хорошо прослеживаемой тенденции, через год — два, мы обгоним США по импорту Германской продукции и услуг. По экспорту мы уже обогнали, спасибо высоким ценам на сырьё. Правда неясно, сможем ли удержаться после падения цен. Но даже всё это вместе взятое, даже близко нас не приближает к тому торговому сотрудничеству с остальным Западом, что имеется у Германии. Экономика крепко держит Рейх за яйца!
  
— Но зато, Германия критически зависит от Унии в плане поставки стратегического сырья и особенно — углеводородов! — Попытался возразить директор.
Усмехаюсь, вспоминая период СВО своего мира.
— Сырьё, пусть и дороже, Германия может получить и в других местах! — Не соглашаюсь с восточногерманцем. — Да, это заметно уронит их конкурентоспособность, но ради противостояния нам, их заставят пойти на это! Так что я бы не стал уповать на этот аргумент. Это оружие имеет смысл использовать только один раз и только в критический момент. В прочих случаях, оно не сыграет! Мы же не собираемся воевать с Германией⁈ А в прочих случаях, ограничение поставок сырья, особенно углеводородного, нам и самим не выгодно. Германия крупнейший и ближайший наш покупатель.
Директор агентства зло выдохнул.
— Так что же, Ваше Величество, теперь поставить крест на Германии, оставить её в руках этих выродков, что гробят немецкий народ своей изуверской политикой медленного разложения и вырождения?
Устало поживаю плечами. Мне понятна боль этого немецкого патриота. Больно смотреть на медленную деградацию великого народа загнанного в узкий коридор заранее просчитанных политических и культурных установок ведущих к неизбежному вырождению и депопуляции. Впрочем, не только немецкого народа. В таком же положении оказались и прочие коренные народы Европы оказавшиеся под властью международного финансового капитала.
Установка Римского клуба была однозначна — Земля испытывает перенаселение и с его излишками надо бороться. Войны, уже было понятно, не панацея и не позволяют истребить достаточно людей, что бы облегчить бремя Земли. Найден был иной, более изящный, хоть и долгий способ — культурное программирование и финансовое закабаление. Пропаганда всяческих половых и культурных девиаций, плюс постоянно растущая дороговизна жизни, без всяких войн и эпидемий вели к катастрофическому снижению рождаемости, а в скором будущем, численности населения.
Правда у авторов идеи вышла небольшая загвоздка. Программа хорошо работала на культурных и развитых обществах европейцев, неплохо на восточных азиатах, самих себя загнавших в ловушку финансовых спекуляций недвижимостью, что отсекало очень многих от продолжения рода и почти никак не работало на полудиких обществах Африки и Азии, продолжавших ускоренно плодиться. Благо климат, не препятствовал этому, позволяя отлично выживать в картонных халупах, слепленных из говна и палок, что было немыслимо для Европы и Северной Америки, вынужденных тратить львиную часть своего дохода на элементарное жильё. К культурным же установкам махинаторов из Клуба, дикари оказались слабовосприимчивы у себя на родине.
Но, радетели идеи депопуляции придумали выход — массовое переселение дикарей в Европу с их интеграцией в местное общество ведущее к тому же результату, что и коренных европейцев. Я уже знал, что это не сработает. Вернее, эффект будет, но слишком медленный для кукловодов, что их совсем не устраивало.
Но, кукловоды не были бы сами собой, если бы не придумали выход. Не знаю почему, но ими двигала какая то патологическая ненависть к белой расе которую они всячески старались задавить. Кстати, восточных азиатов они ненавидели не меньше. Подозреваю — боялись защитной реакции образованного общества представленного как раз преимущественно белыми придерживающимися традиционных ценностей. Управлять чёрными и цветными, с понятной тем жёсткой иерархией, на основе грубой силы, представлялось им гораздо удобнее и проще, чересчур независимых белых.
Может так, а может как то иначе, но фактом было угнетение именно белых традиционалистов с явными поблажками асоциальному поведению чёрных и цветных. Удивительное явление инициируемое верхушкой Запада, самой состоящей из белых. На что они рассчитывали — гражданскую войну, резню всех со всеми, на базе крайнего озлобления и ненависти враждующих сторон, что серьёзно проредит все популяции? Довести ненависть до края, до полного озверения по отношению к противнику и последующего геноцида? Очень было похоже на это. Немцы тут должны были выступить едва ли не главной жертвой. Самый интеллектуально развитый и работящий народ Европы! Русских я выношу тут за скобки.