Первые 20 лет (СИ)

— А ты ведь говоришь на полном серьёзе, и ты веришь в то, что ты говоришь.
— Я не псих, хотя в мои слова, наверное, трудно поверить, но я из немного другого времени и я пусть и был сильным разгильдяем, но немного знаю историю и некоторые события в ней я хотел бы изменить.
— Парень…Семён, не знаю, что сейчас думаешь ты, но в тупике. С одной стороны, ты не похож на умалишённого, но с другой твои слова говорят об обратном. Я не могу понять, чего ты сейчас хочешь добиться.
— Я хочу изменить Советы так, чтобы они смогли протянуть больше отведённого ему времени. Я хочу, чтобы вы все использовали мои знания и попробовали избежать хотя бы грубых ошибок.
— И много ты знаешь? — спросил Королёв и начал осматриваться по сторонам.
— Это с какой стороны смотреть, у меня хватает общеизвестных знаний, но вот если углубляться в определённые области более детально мои знания быстро заканчиваются. Я могу сказать, когда будет запущен первый спутник, или космонавт, я могу рассказать немного об МКС или полете на Луну. Но вот рассказать, как именно это сделали я не смогу, я просто этого не знаю.
— А ты ведь точно не врешь. Но, если ты говоришь правду, то откуда ты всё это знаешь?
— Это не так и просто объяснить, я из будущего.
Королёв, услышав это замолчал, было заметно, что он обдумывает мои слова. Я был уверен, что сейчас мне зададут какой-нибудь личный вопрос, но Королёв сумел меня удивить.
— Сильно твоё время отличается от времени в котором ты сейчас находишься?
— Сильно, люди думаю всё те же, что и сейчас пусть они и выглядят, и говорят немного по-другому, но внутренняя составляющая не сильно изменилась. Это если говорить про людей, а вот технологии сильно шагнули вперёд и в двух словах не рассказать всех отличий.
— Ты говорил про луну, мы смогли основать там колонию?
— Прости Сергей Павлович, но мы всё просрали. Ничего такого мы не смогли сделать, мы даже на Марс только небольшую технику смогли отправить. Самые большие свершения будут в ваше время, — с грустью в голосе сказал я, — но не всё так плохо, спутников в космосе в моём времени огромное количество, да и международная космическая станция есть.
— Ничего, скачки идут волнами и, если в твоём времени наступило затишье это не значит, что всё на этом и закончится.
— Надеюсь…
— Кстати, а ты можешь рассказать, как переместился во времени?
— Я не знаю, точнее я знаю кто это сделал, но как это у неё получилось я не понимаю.
— Очень интересно, значит ты не можешь вернуться обратно?
— Не могу, я застрял в вашем времени и мне придётся жить вместе с вами.
— Понятно, и что в таком случае ты хочешь от меня, ты же не просто так решил мне открыться?
— Мне нужно чтобы вы меня познакомили с Молотовым, — сказал я и стал ждать реакции от конструктора.
— А почему сразу не со Сталиным? — ухмыльнувшись спросил Королёв.
— Боюсь тогда меня уже никто не увидит, и боюсь, что мой срок жизни будет не очень долог.
— Думаешь Вячеслав Михайлович поступит как-нибудь по-другому?
— Не уверен, что будет намного лучше, но я просто не знаю к кому лучше всего обратиться. Если ты знаешь кого по лучше, то я готов последовать твоему совету.
— В этом я тебе не советчик, ту сам не знаешь с кем можно говорить, а с кем нельзя.
— Тогда почему ты со мной так спокойно разговариваешь?
— Не знаю, почему-то я в тебе уверен. И учитывая твою историю я не думаю, что ты побежишь на меня стучать.
— Ни в чём нельзя быть до конца уверенным, предать может даже тот в котором ты безоговорочно уверен.
— Тогда сейчас ты противоречишь сам себе. Ты говоришь так спокойно, а ведь я могу о тебе доложить в компетентные органы и тогда ты попадёшь туда, куда ты не горишь желанием попадать.
— Может оно и к лучшему, будет мне урок, — спокойно ответил я.
— Я тебя понял, я постараюсь тебе помочь, а пока тебе придётся остаться моим помощником и больше никому не рассказывай о себе, кроме меня конечно.
— Об этом можешь не беспокоиться, больше обо мне никто ничего не узнает. Для всех я останусь тем, кто потерял память.
 
— А теперь, когда мы всё решили, скажи, когда я отправлю человека в космос.
— В моём времени это было через три десятка лет, но тут если всё сложиться, то может всё сложиться намного раньше. Самое главное не дать тебя посадить и завершить вторую мировую войну с меньшими потерями.
— Какую войну? — вздрогнув спросил Королёв.
— Та из-за которой я и решил выйти из тени, не будь её, я бы отсидел отведённые мне два десятка лет в каком-нибудь тихом месте и не знал бы большого горя. Но эта война затронет многих и, если честно я решил для себя, что не могу остаться в стороне.
— Подожди, какие два десятка лет, и кто решится на ещё одну войну?
— Сергей, я могу сейчас это всё рассказать, но боюсь каждый мой ответ будет источником новых вопросов, которые будут нарастать, как снежный ком. Предлагаю перенести наш разговор на более удобное время и место. Мы тут и так уже столько времени стоим и точно уже заставили ваших друзей волноваться, я сомневаюсь, что они не заметили твою пропажу.
— Ты прав, — сказал полностью протрезвевший конструктор ракет и мы тем же путём вернулись обратно в комнату, в которой всё также продолжался праздник.
Праздник перевалив за полночь быстро начал затихать и все принимавшие участие в нём начали расходиться. И в скором времени в небольшой комнатке остались я Цандер и Королёв.
— Так в этом бардаке я спать не собираюсь, — возмущённо сказал Сергей.
— А тебя никто не заставляет, давай снесём всё в кучу, а уже завтра все перемоем. Только давай этим не сегодня займёмся, я уже дико хочу спать, а сегодня уже скоро вставать, — глубоко вздохнув сказал Фридрих.
— А ты что здесь собрался спать? — удивлённо спросил Сергей, — а Александра тебя не заругает за загул.
— А тебя Ксюха? — быстро нашёл, что сказать в ответ Цандер.
— Ксю уже предупреждена и ко мне претензий не будет.
— Вот и моя в курсе. Я предупредил, что если у нас всё получится чтобы она меня не ждала. Так что давай двигай быстрей посуду, и пора ложиться спать, нам завтра ещё много кабинетов придётся обойти. И ты помощник не оставайся в стороне.
Для чего мне это было сказано я так и не понял так, как и так уже большую часть тарелок освободил от объедков и сложил по стопкам. Быстро разделавшись с посудой, мы расстелили кровати и легли спать. Так как в комнате всего было две кровати мне пришлось лечь с Цандером валетом. Я конечно хотел сначала лечь на пол, но меня от такой глупой затеи быстро отговорили и я, забравшись на кровать лёг к стене и мгновенно заснул.
Сон, как его сейчас я ненавидел, опять продлился секунду и я, казалось бы, только закрыв глаза открыл их снова, чувствуя, что сил у меня полно и спать я больше не хочу. Такой сон в последнее время я ненавидел всё больше и больше и поэтому просто лежать, и смотреть в потолок у меня не было никакого желания. Пусть ещё за окном только светало, и все в комнате спали, я решил заняться делом. Осторожно перебравшись через спящего Фридриха, я сполз на пол и осторожно ступая по доскам пошёл к стулу, где была сложена моя одежда.
Меньше минуты мне потребовалось, чтобы одеться, а потом настал самый ответственный момент. Осторожно подхватив тарелки, я открыл дверь и пошёл по тёмному коридору. В конце коридора тускло горела лампочка, которая и позволяла мне более-менее ориентироваться в пространстве. Сейчас мне нужна была кухня и я ещё с вечера заприметил, где она находится, поэтому найти её у меня не составило большого труда. На кухне было пусто, и темновато. Подойдя к столу, я поставил на него тарелки, после чего пошёл искать выключатель. Вернувшись к проёму, я начал водить руками по стенам в поисках выключателя. Найдя его, я щёлкнул клавишу, после чего от яркого света мне сразу пришлось зажмуривать глаза. Но через несколько секунд открыв их я, посмотрев на гору посуды и развернувшись пошёл обратно в комнату. Мне нужно было ещё забрать оставшиеся тарелки, ложки и вилки. Тихо проникнув в комнату, я осмотрелся и увидев, двух продолжающих мирно спать друзей забрал оставшуюся посуду и вернулся на кухню, где меня уже ждали.