Абордаж (СИ)

Один из солдат, что находился на посту номер один жестом указал на ворота. Я перевёл взгляд и заметил, что слева на стене на панели управления мигает синий огонёк и именно оттуда раздаётся такой мерзкий, противный писк.
«Оставаться на месте!» — отдал жестом приказ, а сам пошёл к источнику звука.
Солдат оказался прав. Именно с панели управления воротами раздавался сигнал, но что он обозначает толком понять не смог или это вызов с переговорного устройства, или сигнал оповещения. Нажимать или что-то предпринимать кардинальное я не планировал, только посмотреть, но как только подошёл ближе, загорелся дисплей и на экране появилась чьё-то лицо. В мыслях выругался: «Автоматика, будь она неладна сработала на приближение!».
  
— Офицер, что у вас происходит⁈ Почему не отвечаете на личные вызовы? — быстро заговорил не представившийся, — доложите обстановку! Сколько можно ждать пленных⁈ Обучение прошло успешно⁈ Адмирал уже несколько раз интересовался о выполнении его приказа! — один за другим посыпались вопросы.
Шагнул ближе, перекрывая своей тушкой весь угол обзора. И быстро, но неразборчиво забубнил: «Офицер, у нас произошла аварийная ситуация, половина пленных погибла во время процедуры. Они такие дикари, что медик никак не может настроить параметры обучения».
— Что? Что ты сказал⁈ — на экране лицо говорившего приблизилось, — я ничего не понял! Что, вольницу почувствовал⁈ Устав позабыл⁈ Так открой глаза капитан Гро́ндакс, с тобой говорит капитан третьего ранга — личный адъютант адмирала! Повтори внятно и понятно!
— Ничего не позабыл, докладываю. Наверно связь плохо проходит, — продолжал бубнить.
— Что⁈ Куда проходит?
«Достал», — выругался в сердцах и, надеясь, что собеседнику не видно, что я делаю, извлёк клинок и полоснул по экрану, и тот моментально потух.
— Проблемы, командир-хоск?
— Да, — ответил подошедшему принцу крови, — отсюда надо срочно уходить. Вызывал адъютант какого-то адмирала, видимо командующего этим кораблём и не думаю, что мою выходку оставят без ответной реакции… Сколько прогнали через медкомплекс?
— Одного, второй находится внутри.
— Сколько времени ушло на первого тяжелораненого?
— Сорок восемь минут.
— Результат?
— Полностью не восстановился, но значительно лучше.
— Плохо, — ответил и задумался. Извечный выбор: спасти почти безнадёжного или облегчить страдания тех, кто в состоянии их пока выдержать. И делая выбор я попался в ловушку. Тяжелораненым можно помочь, но для этого нужно время, которого у нас нет. А я, как командир, должен был знать и понимать, что, вернув в нормальное состояние пять-шесть солдат из числа тех, кто в состоянии держать оружие — лучший вариант, чем за тот же промежуток времени спасти только одного. На войне рассуждения о моральных принципах, этике ведения боя — неуместны. Война на то и война, что стирает границы человечности. На войне главное выжить — победить, а победителей как известно не судят. И потомкам не придётся искать оправданий, так как для них это будет норма.
— Командир… — вывел из задумчивости анторс.
— Как понимаю, остановить процесс лечения невозможно? — задал риторический вопрос, понимая саму абсурдность его постановки.
— Не могу сказать.
— Ладно, всем собираться. Кому досталась форма пусть переодеваются. А как только… — не успел завершить постановку задачи, как от ворот послышался гулкий звук.
— По переборке стучат, — высказал предположение один из солдат. И все взгляды устремились на меня. Даже те, кто стоял далеко замерли в ожидании.
— Тем, кому форма не досталась пусть расположатся возле медаппарата. Оружие спрячьте меж собой, — менял план на ходу, — следите за пленным, — говорил, а сам беглым взглядом осматривал помещение. Глаз зацепился на ровных рядах трупов, что складировали возле противоположной стены, но однозначно и главное быстро определить, кто это, издалека казалось затруднительным — тела обнажены, лежат плотными ровными рядами. Но как же быстро среагировал этот самый адъютант, или где-то неподалёку находится пост, или ближайшую патрульную группу прислали сюда разобраться, но нам от этого не легче.
Все разошлись. Я остался возле ворот. По ним чем-то стучали, но потом звук прекратился. Подошла пара переодетых солдат, что стояли здесь в охранении. Жестом им указал расположиться недалеко от оборудованного ими укрытия, как ворота медленно поползли в стороны.
«Всё-таки механически как-то они открываются», — сделал для себя вывод и в очередной раз окинул взглядом помещение. Вроде сразу ничего в глаза не бросается. «Пленные» сидят, охрана стоит, техник суетится возле медкомплекса. Вышел из мёртвой зоны к проёму, что медленно, но с каждой секундой увеличивался.
— Капитан⁈ Что у вас случилось? — первое, что услышал, встав напротив проёма.
— Попытка бунта пленными, случайный выстрел повредил пульт, — кивком указал на панель управления открывания воротами.
— Ясно, помощь нужна?
Хорошо, что не поторопился с ответом и не сказал, что не нужна, а то бы точно заподозрили что неладное.
— Нужна! У нас раненые, а связи нет и выход заблокирован.
— Ничего, сейчас поможем.
— Может со своей стороны, чем помочь? Я распоряжусь, — думал, как затянуть неприятный момент.
— Не надо, я вызвал подмогу. Сейчас прибудет дежурная группа…
«Твою ж… дежурная группа», — только и успел подумать, как в увеличившийся проём проник первый солдат противника…
  
Глава 17
 
— … проблема локализована. Причин для беспокойства нет, — докладывал командиру дежурной группы. Нам несколько повезло, что вошедшие внутрь солдаты не разбрелись по ангару, а остановились возле ворот.
— Почему не выходили на связь?
— Прибор сломан, — продемонстрировал пустое запястье руки. Вдобавок, я не знал, как обозвать коммуникатор и обошёлся общей фразой.
— У всех? — старший группы обвёл взглядом солдат, что стояли поодаль.
«Вот настырный, сейчас подзовёт кого из моих ребят, а они-то не знают местного языка и до него допрёт, что дело нечисто», — мелькнула мысль.
— Нет, но… — не успел придумать слов оправдания, как медкомплекс оповестил о завершении процедуры.
— Что там у вас? — практически все прибывшие обратили внимание на прозвучавший сигнал, а старший группы, видимо офицер, в знаках различия я не разбираюсь, шагнул к медкомплексу.
Внимание, которое приковывал к себе переключилось, и я не раздумывая отдал жестом приказ: «К бою!», надеясь, что меня не подстрелят дружественным огнём, так как находился практически в окружении восьми солдат противника. Но другого удобного случая могло и не представиться, а опасность быть раскрытыми возрастала с каждой секундой. Сейчас офицер дойдёт до медкомплекса, встретится глазами с Шаносиком и мало ли что тот невербально просигналит. Так что, как только отдал приказ, рухнул на пол одновременно извлекая клинок. Раздались выстрелы. Ребята среагировали правильно, не раздумывая открыли огонь на поражение, как раз цели располагались кучно и промазать по ним надо было ещё постараться.
— Командир-хоск, вы как? — подбежал анторс.
— Нормально. Выжившие есть?
— Нет. Малое расстояние и стреляли все, у кого было оружие.
— Проверьте. Если кто выжил, задать бы ему пару вопросов. И собираемся надо уходить.
Планы на то и планы, что приходится их корректировать по ходу действия. Выживший при фактическом расстреле в упор всё-таки имелся. Им оказался один из солдат сопровождения.
  
— Кто ты, представься, — подойдя, задал вопрос. Раны у солдата были смертельны. Он тяжело дышал, хватая ртом воздух, но продолжал цепляться за жизнь.
— Сержант Муокис. Офицер, что произошло, кто вы?
— Мы такие же солдаты, как и ты. Отвечай на вопросы и тогда я тебя пощажу. Откуда вы прибыли? Кто отдал приказ проверить ангар? Где базируется ваша группа? Сколько всего поблизости патрулей? Маршруты пересекаются? Какой пароль опознавания?.. — засыпал вопросами.