Злая мачеха против! (СИ)

— Я думала, ты приезжаешь лишь в пятницу!
— Сегодня и есть пятница, душа моя, — щебечет супруг-папочка, а потом добавляет, — Смотри, кого я тебе привез! Это Эстэлла — твоя новая мама.
Существо оборачивается ко мне и я едва успеваю ее разглядеть, как девчонка визжит:
— Мамочка! — и кидается ко мне со своими никчёмными объятьями.
И лишь после долгих, мерзких обнимании, Амелия возвращает мне мое личное пространство, чтобы я, наконец, смогла посмотреть, кто мучил меня последние пять минут.
Да… Это точно "домашнее воспитание".
Амелия небольшого роста. Каштановые волосы чуть выше пояса лежат такими тяжелыми кудрями, что я дивлюсь, как под их тяжестью не клонится голова. Глазища у девчонки — огромные. Зеленющие блюдца. В этом я отдаю й кредит. Еще по-детски округлое лицо. Сколько же ей? Пытаюсь вспомнить. Пятнадцать? Больше? Меньше? Я бы дала меньше, но в платье уже топыриться грудь, значит явно больше четырнадцати. Кстати о платье. Нелепейшего наряда я в жизни не видела. Все розовое, все кружевное — оно напоминает облако. И это в нем она "обучается" дома?
Я раскладываю по полочкам первые впечатления о падчерице, а та вдруг начинает щебетать.
— Простите, что чуть не сбила вас с ног. Но я так рада. Отец много писал о вас. и очень высоко ценил. Я так давно мечтала о матери, и теперь так рада, что вы наконец появились в нашей жизни!
С этими словами Амелия снова порывается меня обнять, но я вовремя отстраняюсь. Хорошего — понемножку. Пора показать авторитет.
— Благодарю, милая, — отвечаю я девушке, — Но я очень устала с дороги. Любимый, пожалуйста, покажи где моя комната?
Муж учтиво говорит дочке "не пугать маму своей болтовней" и мы удаляемся. Я делаю себе заметку сделать ремонт в комнате Амелии. Конечно, когда я получу весь замок в свое распоряжение.
  
Не Золушка, но на балу…
 
Следующие недели проходят прекрасно. Муж знакомит меня со всеми, кого следует знать в округе. Графы. Бароны. Зажиточные землевладельцы. Круг знакомств Соцкого поражает даже меня. Не проходит и дня, как нас приглашают в гости, на чай, на пикник. Все хотят посмотреть на ту, что смогла растопить сердце несчастного вдовца. Я устаю менять платья и улыбаться всем этим лицам, но получаю от всего невероятное удовольствие. Вот она жизнь, для которой я создана. В первую брачную ночь муж дарит мне шикарное колье. Десяток алмазов, спускающихся каплями в декольте. Теперь оно тяжелым грузом висит на моей шее, но я гордо держу голову. Это достойное украшение для той, кем я теперь являюсь. В конце — муж дает бал в мою честь. Мы собираем всех наших, теперь уже общих, друзей. В Хилсноу доставляют сотни роз, десятки коробок шампанского. Я заказываю себе платье у лучшего портного.
Амелия, конечно же, тоже очень хочет на бал. Но я уверяю папочку, что она еще слишком юна для подобных развлечений, (пятнадцать все-таки, узнаю я чуть ранее) и что выставлять дочь в свет в таком возрасте — может повредить ее репутации. Соцкий покорно соглашается со мной. Бедняга совсем очарован мной и не в силах возражать.
Отчего я так делаю?
Амелия милое создание. Вовсе не чета едкой Золушке, но я уже сказала: в замке должна быть одна хозяйка. А этот бал мой и только.
Как ни странно, Амелия не сильно расстраивается по этому поводу.
— Конечно, вы очень мудры, маменька, — улыбается она, — Я уверена, что через год папенька устроит бал и в мою честь!
— Да, конечно, — улыбаюсь я, не раскрывая Амелии тайну, что двойное согласие порой означает отрицание.
Девчонка удаляется в свою спальню читать очередную книжку, на которых она просто помешана, а я превращаюсь в настоящую королеву.
Вальсы, цветы, изящное общество, изысканное шампанское. О чем еще можно мечтать?! Лишь об одном. Чуть за полночь благоверный отводит меня в сторону и говорит, что ему пришла срочная телеграмма. Дела зовут его на юг. И он вынужден будет уехать на долгий срок уже завтра с утра. Не буду ли я огорчена?
Я нежно обнимаю мужа, и шепчу ему, что покорна любому решению и буду ждать его как хорошая жена.
 
Впереди его ждет жаркая ночь прощаний, а наутро я не могу дождаться, когда же он уедет!
Ну это ли не счастье?! Я — графиня Соцкая. Хозяйка замка Хилсноу, а с утра — еще и сама себе хозяйка! Можно будет полностью окутать замок своей паутиной и наконец зажить так, как того хочу я.
Прощаясь, муж спрашивает нас с Амелией, каких гостинцев мы хотим из его поездки.
Я выбираю украшения. Лучшие друзья девушек.
Амелия просит книгу. Вот уж печально, что она не заказала цветочек Аленький. Жизнерадостный нрав девчушки достоин того, чтобы ее растерзало какое-нибудь чудище.
Но вот карета графа скрывается за поворотом, и мы с Амелией остаёмся вдвоем.
— Ах, маменька, — говорит она, — Я уже скучаю по папе. Каждый раз, когда он уезжает, мне так одиноко. А вы, маменька, тоже скучаете?
— Зачем же "маменька"? — холодно говорю я, — Можно просто мадам.
Этой фразой я хочу дать девочке жирный намек на то, какой курс отныне примут наши отношения, но Амелия лишь начинает хохотать.
— Маменька! Как забавно! Я так рада, что папа выбрал вас! Я читала в книге, что хорошая шутка скрасит тяжелейшую горесть, и вот вы! Ах!
Меня снова порывисто обнимают, после чего Амелия убегает в свою комнату. Читать.
— Пожалуй, — думаю я, — Ее следует отослать в пансионат. Куда-нибудь далеко в горы. К монашкам по строже. Вот это будет хорошая шутка.
  
Господин учитель
 
А на следующее утро появился он. Человек, от которого было мне было столько мороки, что знай я это наперед, то непременно захлопала бы дверь прямо перед его носом. Хотя, постойте! Я ведь так и сделала! Только есть люди, которые не понимают намеков.
Было около двенадцати утра. Ужасная рань для человека, с моим графиком жизни. Я еще лежала в постели, наслаждаясь шелком простыней и тем, что рядом наконец никто не храпит. И в этот момент я услышала оглушительный стук в дверь.
Впрочем, меня это не касалось. В доме полно прислуги, и кто-кто, а я открывать дверь сама точно не собиралась. Но стук продолжался. Причем все настойчивей и настойчивей.
Нехотя, я приподнялась на локтях.
— Мээээриии! — заорала я.
Служанка не появилась ни на моем пороге, ни, судя по продолжающемуся стуку, ни на пороге доме.
— Вот черти! — выругалась я, мысленно пересчитав прислугу.
Бен, наверное, на конюшнях. Хана — возится в "черных дворах" с животными. Льюка я отпустила — он поранил руку, разделывая рака на банкете в предыдущую ночь. Мэг получила отгул после вчерашней генеральной уборки. Вот дьявол! Если Мэри где-то на кухне, а кухни у нас удалены от основного входа, то в доме действительно остаюсь лишь я, да Амелия. Но падчерица пока спит почти до часу дня (это я уже изучила) и, при всем моем желании — будить ее — обернется мне еще часом работы.
Пришлось вставать, одевать халат и спускаться вниз, к назойливому посетителю.
Растворив тяжелую дверь, я увидела перед собой высокого широкоплечего мужчину в соломенной шляпе и дешевом светло-бежевом костюме.
— Подаяние дают у задних дверей, — раздраженно сказала я, захлопывая перед ним дверь. Но нищий снова постучался.
Я хотела уйти, но, судя по всему, человек этот был более чем навязчив, и я решила припугнуть его злыми собаками. Однако снова растворив дверь, я увидела, что он уже протягивает мне руку в знак приветствия.
— Юджин Соммерс, — представился незнакомец прежде, чем я успела что-либо сказать, — Учитель Амелии.
 
Я немного опешила такой наглости, а Юджин тем временем пожал (! Не поцеловал как принято!) мою руку и проскользнул в дом.
— Мне невероятно приятно воочию встретить вас, госпожа Соцкая, — вежливо поклонился он, снимая передо мной шляпу.
Когда он сделала это, я заметила, что волосы у Юджина Соммерса такого же светло-соломенного цвета, как и его шляпа. Растрепанные и сильно нуждающиеся в стрижке.