Новые конкистадоры (СИ)

– Да какое там, – скривился Борекс. – Тут как бы наоборот не вышло. Уверен, чтобы нам сейчас перебежчик не рассказал, найдутся желающие к имперцам в подстилки податься… мол, а вдруг нас-то и не убьют, а если будем служить усердно… и резать кого прикажут… могут и пару крошек со стола подкинуть. Часть, как всегда, будет пытаться отсидеться до последнего, надеяться, что не тронут или отобьются. Не, на других надежды мало… да и на своих тоже. Мы и без войны-то постоянно друг с другом грызлись, а сейчас такое дерьмо наружу попрет…
– Кстати, насчет джунглей… – Анатолий потёр лоб, – а если обосноваться в нашем НИИ? Недостроенный корпус можно разобрать для строительства защитной стены. Не думаю, что местная осадная техника так уж запросто справиться с железобетонными плитами.
– Те здания, что я видел, и впрямь стоили при помощи могучего колдунства, – согласно кивнул Борекс. – Но крепкие стены – это лишь часть хорошей крепости. На том участке земли, что пришел из вашего мира, нет источника воды. Понимаешь, что это значит? В молодости, когда я плавал, наш корабль однажды унесло вдаль от берега… еды хватало, а вот запасы воды протухли… жуткое чувство – болтаться на жалкой скорлупке посреди водяного простора и при этом страдать от жажды. Некоторые сходили с ума и пытались пить забортную воду… некоторые просто умирали. Нас осталась лишь треть, когда начался шторм, вернувший нас к земле.
– Да уж, до Колумба вы явно не… – начал я и замолк, боясь упустить промелькнувшую в голове мысль… – Борекс… а скажи, нет ли у вас легенд о большой земле по ту сторону моря?
– За морем?! Что за глупая мысль, – фыркнул глава клана, – даже малые дети знают, что на другом конце моря находится край Великого Диска.
Анатолий Блинов.
– Вот же ж жопа! Большая, толстая и очень вонючая жопа... – Бормотал я себе под нос, расхаживая по мастерской Сергея из угла в угол, благо сам хозяин помещения и его верная помощница не мешали, умостившись вдвоем не то на короткой лавке, не то все-таки на слишком большом стуле. Да и зашедший на огонек Борекс скромно сидел в уголочке за столом и в данный момент сосредоточено дегустировал новые сорта наливок – результат последней партии экспериментов над спиртосодержащей продукцией.
– В принципе, война всегда то еще дерьмо! Но если сказанное виночерпием правда хотя бы процентов на треть, остается одно, только лечь помереть...
– Князь, которому он служил, действительно умер. И большинство его родственников тоже. Сегодня утром прилетела почтовая ящерица от жрецов. Храмы старых богов имперцы тронуть не посмели, опасаясь кары небесной, а боги-то у нас одни и те же… Пока еще одни, – откликнулся полугоблин, лениво пролистывая лежащую на столе у Сергея земную газету. Вот уж кто, а вернее, что должно было радоваться воле богов, невероятным чудом спасших несколько листов дешевой бумаги от участи стать амортизирующей подстилкой в ящики или выполнить работу тряпки для мытья окон. А теперь – уникальный реликт иной цивилизации… Правда, если перенос не наделил газету еще и нетленностью, через насколько десятков лет все равно пожелтеет и развалиться… Если гоблины раньше не зачитают.
Читать по-русски Борекс конечно же не умел, однако картинки рассматривал с большим интересом. Особенно посвященные видам городов или разным эстрадным актрискам с их картинной внешностью, вышедшей из-под рук опытных пластических хирургов. Впрочем, одновременно выкладывать новости ему это не мешало.
– Мои люди вчера весь день искали беженцев, которые явились с захваченных земель последними. Либо уклоняясь от патрулей имперцев, либо прорываясь через них. Те, кто пытался умолить легионеров пропустить их просто так либо за взятку, лежат мертвыми на обочинах дорог или свисают с ветвей деревьев… по частям. Ну или изуродованы так, что сразу видно, умирали не легко и не быстро. Даже те оборванцы, у кого и десятка медяков не могло в дырах заваляться. И это работа тех самых вспомогательных ауксилий, куда палками загнали всех мужчин, способных эту палку поднять и проковылять с ней пару шагов!
  
– То есть, эти зверства творят их же бывшие соседи? – уточнил Синицын.
– Отвар кровавого корня! – отчеканил Борекс. – Поверьте… не просто так эта дрянь получила свое название. Те, кто пьют его регулярно… сравнить их со зверями – это зверей обидеть. Да и с дикарями… ограбить, убить… изнасиловать…ну, скальники этим и раньше не брезговали. Но сейчас там рвут пойманных на части голыми руками. Или часами пытают ради забавы, упиваясь чужими мучениями… наплевав даже на то, что рабы вообще денег стоят!
Последнюю фразу Борекс произнес настолько возмущенным тоном, что передернуло уже меня. Воистину, кто про что, а торговец о деньгах… хотя стоит ли его за это винить!? Здесь до появления гуманистических концепций будут еще не одну сотню лет бесхитростно резать ближних и дальних… и если имперцы своими делами ужасают даже местных…
– И как же эти твари в человеческом и не очень человеческом обличье умудряются функционировать как боевое подразделение? – Озадачился Сергей. – Судя по описанию, это больше похоже на стаю, причем бешеных псов, которым что на чужих кидаться, что на своих…
– А они и кидаются, если десятник не уследит, – Борекс налил себе новый кубок выпивки, наплевав на то, что от таких доз спиртного адекватность он утратит уже в ближайшие минуты. – Эти набраны из легионеров, да не простых, а из наиболее опытных триариев, ну то есть ветеранов. Эти-то умеют быть настороже и спину не подставлять… да вдобавок они еще и носят при себе запасы зелья, которым будут поить их подчиненных. Чего-то случится с десятником и пойлом – нового сразу не достать, весь десяток будет лишь корчиться в агонии, мечтая лишь о том, чтобы получить новую порцию отравы и унять боль. А если солдаты ауксилии хорошо себя ведут, им дают внеочередную дозу. И ради неё они готовы на все...
– Договориться с имперцами по-хорошему не получится, это точно. Понятно, что для любого государства население – всего лишь ресурс, но державы, где так относятся к мирному населению, не должны существовать! – Прозвучало немного пафосно, и чтобы скрыть смущение, я остановился у древнего шкафа и начал барабанить пальцами по гладкой поверхности лакированного дерева.– Итак, придется драться. Что же нас может спасти от ревизии, то есть тьфу ты, завоевания?
– Точно не попытка победить в честном бою, - уныло констатировала любовница старшего лаборанта. – Местных воителей мало, да и те, какие есть, за редким исключением весьма дрянные. Пинать голозадых лесных дикарей или решивших разок поразбойничать на дороге крестьян еще годятся, но…
– А как же охотники? – Удивился я. – В смысле, я знаю, что в экспедиции за Стену мало кто ходит, но мне говорили, в деревнях многие как раз охотой мясо добывают.
– И кого они добывают здесь, за Стеной? Где настоящих зверей повывели еще во времена Древней Империи? Зайцев да дикую птицу? – Скептически хмыкнула девушка. – Охотники, скажешь тоже… Да на моей родине пращи и те маленькие луки, которые они используют, постеснялись бы вручить подростку лет двенадцати! Пользоваться таким хламом – удел детей! Нет, если повезет, воина можно убить и таким, есть у нас одна сага… но только с пары десятков шагов, и только если попасть в уязвимое место. И этих мест у воина в броне совсем немного, даже если это лишь дешевая кожа. А пока стрелок натянет свою тетиву второй раз, ему воткнут в пузо меч и даже провернут пару раз.
– Эй, все не так уж и плохо! – Попытался заступиться за соотечественников Борекс. – Когда я был молодым и ходил, гм, в торговые походы, то… Может, мы и не были так круты, как северяне, но на фоне жителей Большой земли выглядели вполне достойно....
– И таких как ты и твои люди, в городе меньше одного на сотню. Ну ладно, пусть двое или трое, – развела руками девушка. – Настоящую войну здесь, в самом центре Медных островов, не видели уже более века. Ваши мужчины не тренируются хотя бы по часу в неделю, поскольку у них всегда найдутся более важные дела. Они не умеют заботиться о своем оружии или носить броню, поскольку от этого не зависят их жизни. И смертей тех, кто бьется с тобой в одном строю, тут тоже почти не видели. А значит, не привыкли к ним и к мысли о том, что в любой момент можно покинуть сей мир и оправиться бесплотным духом в обитель теней, понимаешь? Если и ополченцы и выйдут против легиона на поле боя, то побегут, как только прольется кровь, и убитых станет по-настоящему много.