Новые конкистадоры (СИ)
Руливший мастодонтом погонщик оглянулся и выкрикнул что-то одобрительное. Вряд ли зеленому меломану так уж нравилось творчество Михалкова. Скорее он верил, что "могучие белые колдуны" своими молитвенными пеноспениями отгоняют от каравана злых духов.
– Нам весело живется, мы песенку поем.
И в песенке поется о том, как мы живем.
– Толь, может хватит! – взмолился теперь уже я. – И так тошно…
– Да ладно, Синица, хватит уже ныть! Посмотри, какой день, какой лес вокруг. Красота же. За такой круиз-тур по джунглям знаешь сколько бабла люди платят?
Мне оставалось только стиснуть зубы, покрепче вцепиться в ремни, вдохнуть поглубже и сосредоточиться на двух мыслях: не убить всех вокруг и – не блевануть.
Проблема, если по совести, была сугубо моя личная. А именно – реакция организма на слегка перебродивший сок местных орехо-кокосов. Эти плоды размером примерно с волейбольный шар использовались караванщиками в качестве водяного НЗ. А поскольку встречались даже чаще, чем ручьи и прочие водоемы, то экономить особо не требовалось – захотел пить, смахнул верхушку, выхлебал сколько влезло и запустил "мячиком" подальше. Очень может быть, что так эти пальмы и распространяются, попутно соревнуясь, кто выработает самый вкусный и полезный сок. Симбиоз и приспособляемость в действии, физкульт-привет Дарвину.
Увы, то ли мне вечера за ужином попался результат неудачного эволюционного витка, то ли я просто перебрал – но если Блинова выпитые кокосы лишь переводили в стадию легкой эйфории, то меня с утра "штормило" приступами самой натуральной морской болезни.
Еще и метод передвижения способствовал. На земных слонах мне поездить не довелось, единственный возможный раз в Таиланде жаба задушила платить за сто метров ленивой трусцы слоника как за полдня аренды байка. Зато на катере одного питерского знакомого поплавать довелось, и сейчас плавные покачивания вверх-вниз с амплитудой пару метров ну очень походили на ныряние между волнами в "ветер свежий, местами до сильного…"
– Ты в дальнюю дорогу бери с собой друзей:
Они тебе помогут, и с ними веселей.
— Толик, блин!!!
– Что, совсем хреново?! – участливо поинтересовался напарник. – Да, что-то ты цветом лица скоро совсем за гоблина сойдешь. Может крикнуть, чтобы тормознули? Сходишь в кустики, удобришь их, глядишь и полегчает…
– Обойдусь…
Идея самостоятельного похода в кустики меня совершенно не вдохновляла. По крайней мере, до тех пор, пока мы не изобретем двустволку, а лучше сразу автомат Калашникова, то есть Блинова-Синицына. Даже если на первых порах он будет размером с небольшую пушку и перемещаться силами расчета из дюжины гоблинов – в кустики лучше с ним.
Вообще большая часть вчерашнего дня лично для меня прошла под флагом: "как же нам люто повезло". Попытайся мы сунуться в эти джунгли на своих двоих, как собирались… ну, первые километра два-три еще сохранялся шанс осознать всю глубину и ошибочность заблуждений и поскорее вернуться к родным развалинам. А дальше нас бы, скорее всего, банально сожрали…
Те же мастодонты, как я теперь осознал, в караване выполняли роль далеко не простых переносчиков тяжестей, а скорее сторожевых псов. Потому и отношение к ним было столь уважительно-трепетное.
Менее крупные "быки" тащили как бы не больше, так что подсунув там "слоника" в качестве транспорта, Борекс, во-первых, словчил, а во-вторых, обезопасил свой самый ценный приз – нас. Три слонопотама – два впереди, периодически меняясь, один замыкающий – работали эдакими "живыми танками". Или, с учетом засевших на их спинах лучников – БМП с десантом. В штатном режиме мастодонты протаптывали для "быков" дорогу в подлеске. А заодно своей тяжелой поступью и периодически издаваемыми трубными гласами сообщали местному зверью: кто не желает быть превращенным в очень тонкий блин, лучше убраться прочь. В случае же нападения – например, вчера одного из "быков" попытался утащить какой-то то ли сухопутный крокодил, то ли измельчавший динозавр – ближайший мастодонт оперативно выдвигался к месту происшествия и пускал в ход ноги, хобот и бивни. Ящеру, к примеру, хватило двух ударов по хребту, чтобы отпустить "быка" и начать подыхать. И то процесс затянулся минут на десять лишь потому, что затоптать тварь по-побыстрому слонопотаму не дали, опасаясь привести шкуру трофея в непотребный вид.
Тем не менее, даже наличие в караване целых трех боевых мастодонтов полной безопасности не давало. Ближе к вечеру, когда народ уже начал клевать носами и присматривать место для стоянки, с нависшей над тропой "ветки" (метра два в обхвате) буквально выстрелило что-то змееподобное, сцапало погонщика одного из быков и тут же скрылось в мешанине веток и листвы над головами. Отчаянный вопль оборвался почти моментально, из чего мы с Блиновым сделали закономерный вывод: на верхних ярусах джунглей борьба за место в пищевой цепочке кипит не менее активно, чем внизу.
В общем, несмотря на приступы морской болезни, я был чертовски рад, что мы перемещаемся через эту очень дикую природу на живой боевой машине. И совсем возрадоваться не давала – ну, кроме приступов тошноты и пения напарника – только лишь одна мыслишка…
– Нам солнышко светило, нас ветер обвевал;
В пути не скучно было, и каждый напевал:
– Слушай, да затк… – начал я, но мои слова совершенно растворились в оглушительном реве – причем в этот раз трубили все три мастодонта, и это было не обычное профилактическое "я иду-у", а куда более тревожное. Когда же рев поутих, стало ясно, что кричат и все в караване, включая нашего "водителя" – он подпрыгивал, насколько позволяла сбруя, махал руками и выкрикивал что-то вроде "Хруны! Хруны!"
Привстав, я заметил, что в подлеске среди папоротников и прочей зелени мелькают чьи-то серые с черным спины. Одна, две… много. Причем двигались эти спины с неприятной целеустремленностью и координацией – примерно две трети стаи рассыпались полукругом, окружая передовых мастодонтов, а еще часть выстроила что-то вроде клина и ринулась в середину каравана.
– Фигасе… они чё, дрессированные? – на Толю быстрота и слаженность атаки тоже произвела впечатление. – Жахнем?
– Всадников не видно…
Теперь, когда атаковавшие твари были близко, я смог разглядеть их более подробно – и это было далеко не то новое знание, которое хотелось бы завести. Длиной больше двух метров, с вытянутой пастью и необычно тонкими для такой туши лапами, кого-то они мне смутно напомнили…
– Придется жахнуть.
Тратить ценную стеклотару было, конечно, жалко, но ситуация выглядела реально стрёмной – твари очень ловко держались на удалении от хобота и бивней, зато пытались атаковать ноги мастодонтов, явно целясь в сухожилия. А нога – это вам не колесо, посреди джунглей на запаску не поменяешь. Главное, чтобы стекло вообще разбилось, тут все-таки не бетон…
– Н-на!
Сработало даже лучше, чем я рассчитывал. Брошенная под ноги одной из самых крупных тварей бутылка лопнула в лучших голливудских традициях – с ослепительной вспышкой, огненным шаром и брызгами. Судя по отчаянному визгу, досталось зверюге конкретно, да и остальные шарахнулись в стороны. Хорошая штука – белый фосфор, жаль, ядовит как сволочь и химически активен, так что на производство надо будет напрячь…
Додумать эту мысль я не успел. Взрыв, как оказалось, напугал не только атакующих зверюг, но и нашего мастодонта. Он встал на дыбы, я тут же вывалился из "седла", повиснув на страховочном ремешке… который рывка не выдержал и лопнул. Шерсть же оказалась неожиданно скользкой, а за хвост я ухватиться попросту не успел – и упал на землю.
Прямо перед очередной зверюгой, приготовившейся куснуть мастодонта за… с тыла.