Аллигат 2 (СИ)
— Что-то случилось? Вам нужна моя помощь?
Ольга смотрела на кота, который со скучающим видом стоял в дверном проёме гостиной и, похоже, был привычен к выходкам любимой хозяйки.
Женщина тряхнула пышной причёской; в оттянутых мочках ушей качнулись золотые серьги с крупными рубинами.
— Составьте мне компанию за обедом, — направилась она в столовую.
— Я уже отобедала, — в надежде уклониться от предполагаемого допроса, сообщила Ольга.
Глянув на ссутулившуюся спину женщины, скрывшуюся в столовой и решив, что увиливать от диалога не следует, обречённо добавила:
— Но чаю с вами попью с удовольствием.
— Накрывайте на стол, — не оборачиваясь, скомандовала генеральша.
Ольга, буркнув под нос:
— Раньше сяду — раньше выйду, — не теряя времени, спустилась в кухню.
На горячей плите стоял приготовленный служанкой обед, а на разделочном столе — всё необходимое для сервировки стола.
Миссис Макинтайр, не в пример Ольге, ела степенно, много и сытно. Пила эль. Поглядывая на то, как постоялица чинно и по всем правилам пьёт чай с кранаханом, продолжала рассказывать о своей жизни и семье:
— Горцы вовсе не мрачные люди, как принято здесь считать. В романтических историях Вальтера Скотта о них написано немало правды. Вы ведь знаете, кто такой Вальтер Скотт? — напряжённо уточнила она, вперив немигающий взгляд в мисс. Ложка застыла над тарелкой с грибным супом с овсяными хлопьями.
— Ваш соотечественник, — захотелось Ольге встать, как в школе, и ответить заученный урок. Ещё больше ей почему-то хотелось отведать аппетитно пахнувшего супа. — Я прочитала много его книг. А «Айвенго», «Роб Рой» и «Квентин Дорвард» прочла дважды.
Генеральша одобрительно кивнула:
— Нам всегда жилось нелегко. Моя мать вышла замуж за моего отца, чтобы её клан не вымер от голода. Она была Пертской девой. Титул переходил по наследству и его носили вожди нашей ветви клана Макнаб. Единственным её богатством была красота, поэтому она отправилась в Эдинбург и стала женой лорда, который настолько полюбил её, что согласился на все её условия.
Сондра отвлеклась на Мистера Шуга. Тот, безуспешно пытаясь привлечь к себе её внимание смирным сидением у ног, наконец, широко зевнул, облизнулся и перешёл к активным действиям. Подцепив когтём напёрсток, болтающийся перед его носом на золотой цепи шатлена генеральши, требовательно его дёрнул и потянул на себя. Сработало!
Миссис Макинтайр глянула на кота и, налив в блюдце эля, поставила перед ним. Погладила красавца по голове:
— Простите, любезный друг, что забыла про вас. Не часто встретишь такую внимательную собеседницу, как мисс Табби. На чём я остановилась? — задумчиво потёрла она лоб.
— Вашу маму полюбил лорд, — подсказала Ольга.
Вытянув шею, она наблюдала за котом, как он с жадностью принялся поглощать содержимое блюдца. Слушать женщину было интересно. К тому же пока та не приступила к её допросу, у неё было время подготовиться.
— Да, лорд, — вспомнила генеральша. — В брачном договоре значилось, что доставшаяся в наследство матери земля навсегда останется в пользовании арендаторов клана. Их никогда не сгонят с обжитых мест, что часто случается в горах. Отец понял, как мать предана своему клану и не стал противиться.
— Вашим арендаторам повезло, — заметила Ольга. — И матери тоже. Её любил ваш отец. Уверена, и она любила его.
— Любила, — кивнула Сондра. — Однако, долг превыше личных желаний. Он связывает неразрывными узами. Так он связал и меня с моим Руисертом. Мы жили душа в душу, вырастили четверых сыновей, у нас одиннадцать внуков.
Ольга от удивления приподняла брови. Она думала, что генеральша одинока.
— Они живут далеко от вас?
— Они все живут в Шотландии. Старший сын — в родовом поместье в Перте, средние — в Инвернессе, младший сын, вдовец — в Эдинбурге.
— А почему вы не с ними?
Женщина выпрямилась на стуле и, отодвинув пустую тарелку из-под супа, придвинула блюдо с разрезанной на четыре части запечённой уткой, фаршированной начинкой «Скирли».
Переложив одну часть на свою тарелку, подхватила соусник с соусом из крыжовника. Ответила:
— Я связана обязательством и не могу оставить младшую сестру мужа одну. Она по причине, которую вам знать не обязательно, отказывается покинуть Лондон и вернуться на родину.
*** Начинка «Скирли» состоит из просушенных в духовке овсяных хлопьев, пропитанных сливочным маслом, репчатым луком, зеленью и виски. Рецепт от леди Кларк из Тиллипрони (1860 г.)
Ольга сглотнула тягучую слюну. Отведать птичку тоже хотелось. Покрытая ровной румяной корочкой она источала дивный аромат.
Настроение миссис Макинтайр заметно испортилось. Она наполнила высокий хрустальный стакан элем и строго посмотрела на постоялицу:
— Теперь, мисс Табби, жду от вас ответного рассказа.
Ольга поняла, что и от эля она бы сейчас не отказалась. И то, что лгать не станет — тоже знала. А правду говорить нельзя. Хватит, поделилась уже с одной секретом. Она молчала, не имея ни малейшего желания продолжать беседу. Обдумывала, как внезапным уходом не обидеть хозяйку дома и достойно выйти из создавшейся ситуации с наименьшими потерями.
Сондра Макинтайр видела нерешительность постоялицы: неужели девице с ангельской внешностью есть что скрывать? Заметив, как та, украдкой глянув на кувшин с элем, сглотнула слюну, она налила полстакана крепкого напитка и поставила перед ней:
— Пейте. В середине июня я намерена отбыть на месяц в Шотландию и отметить со своей семьёй День её независимости. Я должна знать, кто живёт под крышей моего дома, и могу ли доверить вам сохранность его стен на период моего отсутствия. То, что вы не трусиха я уже поняла.
Ольга взяла стакан и, поблагодарив, улыбнулась:
— Всё же я очень испугалась, — опустила глаза, вспомнив, как неистово билось её сердце, когда она услышала непонятный грохот.
— Страх испытывают все люди, — благодушно заметила генеральша.
Ольга почему-то подумала, что она подвергла её испытанию. Только зачем? Рассчитывала, что жиличка в страхе заберётся под кровать и просидит там до утра, а не бросится выяснять, в чём дело? С наслаждением сделала пару больших глотков прохладного эля. Во рту осел приятный фруктовый привкус с лёгкой горчинкой ароматного дыма и трав.
— Чувство страха даёт нам возможность выжить, — сказала она. — Оно побуждает к действию как труса так и смелого.
Миссис Макинтайр наклонила голову к плечу и с интересом уставилась на постоялицу:
— Трусость — это черта характера. Она расценивается как слабость и презирается людьми. Мы легко определяем трусов и их не любим. Как думаете, почему?
Не понимая, куда клонит женщина, Ольга ответила:
— Они не берут ответственность за решение сложных вопросов на себя. Её приходится брать другим. Порой получается так, что рискуете и чем-то жертвуете вы, а выгоду от этого извлекает тот, кто спрятался за вашей спиной, — глянула она на генеральшу с вызовом.
— Трус не всегда слабый человек, — выгнула белёсую бровь Сондра, промокая уголки губ салфеткой. Крупный рубин на её пальце в свете лампы вспыхнул огнём. — Прежде всего, он человек расчётливый. Трусливое поведение помогает ему избежать опасности ради своего выживания и благополучия, в сложных положениях уберегает от неприятностей. Согласитесь, страх — это сильнейший душевный порыв, чтобы любое положение дел повернуть в свою пользу при условии, что трус — человек умный.
— То есть, боитесь лезть в гору — обойдите её? — усмехнулась Ольга. — Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт?
Хозяйка хитро прищурилась:
— Там, где смелый действует безрассудно, трусливый будет осторожен и осмотрителен. Он не станет рисковать, не имея на то серьёзных оснований.
Разговор обретал неожиданный поворот. Ольга была готова дискутировать дальше, лишь бы женщина забыла о своём желании услышать рассказ о её семье:
— По-вашему получается, что преодолевать страх не обязательно? Важно — добиться нужного результата?