Аллигат 2 (СИ)

По какой причине постоялицы, не дождавшись хозяйки, срочно съехали, предстояло выяснить. Оставленный следить за домом человек, пока не заметил у него какого бы то ни было движения.
— Странно, что одновременно съехали обе женщины. И мальчик… — задумался Акерли.
— Он может быть тем, кто приносил записку от виконтессы моему сыну, — продолжил мысль граф. — Вы можете что-то предпринять в этом направлении?
— Боюсь, что нет, — потёр детектив подбородок. — Но надо попробовать разговорить мальчишек на этой улице. Возможно, они разговаривали с ним или видели его с кем-нибудь.
Мартин разволновался и обвинил Ларкинза в тугоумии и медлительности.
— Я не могу понять ход её мыслей! — оправдывался тот и в замешательстве разводил руками. — Что ею движет и почему она не спешит покинуть Британию, имея при себе немалую сумму? Что её держит в Лондоне?
— Она обязательно постарается каким-то образом вернуть баронету закладные листы. Нельзя пропустить этот момент, — подчеркнул граф. — Ваш человек должен следовать за ним по пятам. Денно и нощно.
— Баро́ну Барту Спарроу, — поправил мужчину детектив и тот поморщился.
Стало известно, что он выехал из проданного поместья и сейчас живёт у Бедфорд-сквера в съёмных меблированных комнатах. Графиня Мариам Линтон повстречала его там и ненароком поделилась новостью с Мартином.
Ларкинз долго смотрел на портрет незнакомки. Позвав штатного рисовальщика, наблюдал, как тот быстро и ловко срисовывает женский образ.
— Лорд Хардинг тоже не знает, кто эта женщина? — уточнил он у графа Малгри.
Тот отрицательно качнул головой:
— Завтра я навещу маркизу Стакей и Саманту Роулей — подругу виконтессы. Вдруг, кто-то из них знает её.
Скупые солнечные лучи янтарного оттенка, продираясь через густую облачность, просачивались сквозь нежную туманную дымку, повисшую над землёй. Падали на белые колонны парадного подъезда, у которого стояла конная подвода. В настежь распахнутые двери двое работников выносили завёрнутые в холст крупные предметы и укладывали в телегу. Маленький щуплый поверенный, суетясь и покрикивая на них высоким визгливым голосом, требовал складывать груз без спешки и с предельной аккуратностью.
Маркиза, кутаясь в кашмирскую шаль, безучастно стояла в холле и наблюдала, как доверенное лицо покупателя забирает коллекцию её покойного супруга. Рядом находился дворецкий и, чуть наклонившись к её плечу, что-то ей нашёптывал. Венона кривила губы и зорко следила за неугомонным шумливым человечком.
Увидев лорда Малгри, она вскинула подбородок. При приближении мужчины опустила глаза на ларец в его руках. Неприязненно выдавила из себя:
— Чему обязана вашим визитом, граф?
Он любезно поздоровался и, не обращая внимания на дурное настроение женщины, сказал:
— Мне нужно переговорить с вами по поводу вашей дочери. И вручить вам это.
Ларец Шэйлы, — тень беспокойства мелькнула на её побледневшем лице. Она положила одну руку на грудь и, схватив другой дворецкого за локоть, слабо уточнила:
— Её нашли? Надеюсь, вы не с плохими вестями? — не выдержала нервного напряжения и всхлипнула. Выдернула из-за манжеты чёрного платья носовой платок и приложила его к нижней части лица.
Мартин поспешил успокоить леди Стакей:
— Нет, день назад её видели… — он осмотрелся, — я бы хотел поговорить с вами в более спокойной обстановке.
То, что маркиза продала коллекцию сёдел — единственную в своём роде в Британии — он уже понял. Получив задаток, она распорядилась им по своему разумению.
В гостиной царил беспорядок. Пахло пылью и масляной шпаклёвкой. На окнах отсутствовали портьеры. Свёрнутые ковры и отставленная к стене мебель, накрытая тканью, истоптанный, в подсохших разводах грязи пол, ящики с книгами и предметами интерьера наводили на мысль о…
— Вы затеяли ремонт? — спросил Мартин. На переезд это не походило.
— Наконец-то могу кое-что обновить, — дала понять Венона о не желании говорить на эту тему. Не спускала глаз с ларца в его руках. — Простите, я не готова к приёму гостей.
 
Мартин опустил ларец на пыльный столик и открыл его. Украшения Шэйлы, привезённые из городского дома, тоже находились в нём.
Два дня назад маркиза прислала своего поверенного с требованием вернуть драгоценности дочери согласно брачному договору. Виконт отказался это сделать до тех пор, пока не будет найдена Шэйла и не решится дело с разводом. Мартин убедил его не препятствовать требованиям женщины и уступить. Он знал, как она трепетно относится к фамильным реликвиям и обеспечит им полную сохранность.
— Можете проверить по описи. Всё в целости, — сказал он.
Леди Стакей мельком заглянула в ларец и захлопнула его:
— Скажите, наконец, где Шэйла? Не томите меня. Я уже ко всему готова.
— Виконтесса неделю жила в съёмной комнате на Брук-стрит. Вчера съехала, и её следы снова затерялись.
— Шэйла? В съёмной комнате? Вы уверены? — иронично выгнула тонкую бровь маркиза.
Мартин вздохнул, а женщина шагнула к нему. Тихо и враждебно произнесла:
— Это вы во всём виноваты, граф. Вы и ваш сын, — отступила она от него. — Теперь моя девочка неизвестно где. Боже мой! Кто её окружает? — она закрыла лицо руками.
— Доподлинно известно, что до сих пор с ней всё было в порядке, — постарался он успокоить Венону. — Не думайте, что она совсем беспомощна. Вы плохо знаете свою дочь.
— Вы её хорошо знаете? — укоризненно качнула головой леди Стакей. — Говорите «до сих пор»? — подчеркнула она. — А что с ней будет сегодня, завтра? Вы знаете?
Мартин промолчал.
Она отошла к окну и нащупала на поясе цепочку с флакончиком с нюхательной солью. Дрожащими руками откупорила и вдохнула едкую летучую смесь.
— Вы же не только за этим приехали? — часто задышав, кивнула она в сторону стола, на котором высился ларец. Опустила глаза на рулон в его руке. — Драгоценности могли передать через моего поверенного.
— Посмотрите на вот это, — подошёл он к маркизе и раскатал рисунок. — Вы не знаете, кто эта женщина?
Венона всмотрелась, впрочем, больше внимания уделив мужским образам:
— Рисунок Шэйлы. Её рука, — потеплевшим голосом сказала она. — Если моя девочка нарисовала её, значит, их что-то связывает. Должно быть, это её подруга по пансиону. Они некоторое время переписывались.
— Имя знаете? Где живёт? Сейчас Шэйла может находиться у неё.
— Имя? — задумалась леди. — Нет, не помню. Знаю, что она откуда-то из Франции. Не то из Руана, не то из Орлеана. Она не с ней. Вы же сами сказали, что неделю моя девочка жила на Брук-стрит.
Лорд Малгри подавил вздох. Он надеялся, что женщина живёт поблизости:
— Письма здесь? Мы можем подняться в будуар виконтессы?
— Писем нет. Секретер в будуаре пуст. Знаю доподлинно, что она не хранит переписку. Ни с кем, — недобро глянула на мужчину. — Прошу прощения, что не предлагаю испить чаю. Могу предложить вам виски.
Мартин отказался.
— А ваша компаньонка, как её, миссис… — он выжидающе смотрел на женщину. Она молчала. — Возможно, ей что-либо известно? — не смутился он. Венона умела быть несносной.
— Умоляю вас, граф! Миссис Доррис не помнит, что было вчера. Впрочем, я спрошу её, как только от неё выйдет доктор Пэйтон.
Пэйтон? — оживился мужчина. У доктора долголетний опыт врачебной практики. Он знаком с большим количеством людей. Как только тот покинет покой миссис Доррис, он переговорит с ним.
— А леди Саманта? Она не может знать её? — продолжил он задавать вопросы.
— Не думаю. Если бы вы потрудились чаще и более внимательно осматриваться вокруг себя и обращать внимание на того, кто вхож в ваш дом, то заметили бы, что леди Саманту интересует вовсе не дружба с Шэйлой и её подруги по пансиону, а ваш сын, — голос Веноны зазвучал резко и уверенно. — Именно она может быть причастна к несчастьям Шэйлы.
 
— Саманта Роулей и Стэнли? — неприятно удивился граф. — Позвольте, кто вам дал право говорить подобное без подтверждения чем-либо своих слов?