Пакт гильдий (ЛП)
Один за другим, тросы лопались, не выдерживая веса платформы. Каждый звук лопнувшего троса отражался на лице Хока, и заставлял его крепче цепляться за жизнь, держась за падающую платформу. Ящер продолжал свой посмертный полет сквозь гнездо, сплетенное из труб и проводов, круша все на своем пути, и вызывая снопы искр и огненных выхлопов во всех направлениях, над головами в панике орущих гоблинов, которые, довольно мудро, бросили работу с самого начала, воцарившегося хаоса. Своим падением он пробурил грубый тоннель в сплетении труб, прямо под Косом, и волна жара, беспрепятственно прошла сквозь него и окатила старого 'джека. Он выгибался и корчился на своей дыбе от нестерпимой температуры, пока весь Котел содрогался от хаотичных толчков высвобождающегося давления.
Вода обогнала падающий труп и достигла дна задолго до ящера. Спустя мгновения, все, что находилось под Косом, кроме верхушек гигантских яиц и быстро падающей платформы, было поглощено вздымающимся паром - наводнение достигло конечного пункта в лавовых ямах, но теперь он понятия не имел, что происходило там, внизу. Кос понимал, что при таком жаре, если бы их подвесили чуть ниже посадочной платформы, к этому моменту они бы уже полностью зажарились.
Падение ящера, наконец, завершилось на верхушке силовой установки с тремя массивными паровиками, работающими на полной мощности. Силовая установка начала свистеть и трещать, словно готовясь разорваться на части.
* * * * *Крикс очнулась, лежа на спине. Звук лопающихся тросов эхом разносился по подводной пещере, затем к нему добавился скрежет металла о металл, и оглушительный треск, сопровождаемый сотней мелких всплесков.
Гоблинша лежала на краю открытого генератора. Жар от лавы, находящейся внутри него был вовсе не таким нестерпимым, каким, по идее, должен был быть, и гоблинша вскоре поняла, почему. По той же причине она была до нитки промокшей, и сотни гоблинов плескались и вопили вокруг, вместо того, чтобы работать и ругаться. Гоблины практически не умели плавать, и она надеялась, что рабочим удастся добраться до сухих мест.
Небольшое озеро грязной воды, наполненное кривыми металлическими обломками и разбитым стеклом, волнами раскачивалось взад, вперед, между внутренними стенами Котла. Ящер - мертвый к огорчению Крикс - лежал на раздавленной, но все еще работающей силовой установке, дымящейся, и изрыгающей облака пара. Затвердевший сталактит из быстро остывающей свежей лавы свисал с края установки, замороженный водой в процессе своего бессмысленного бегства.
Крикс прокашлялась, чувствуя, как дым и жар, наконец, всерьез добрались до ее легких. Ее кожа болела так, словно ее держали на гриле. Гоблинша аккуратно поднялась на ноги, собрав в кулак остатки своей природной ловкости, и едва не вскочила в лаву, услышав лопающийся звук, такой же, как разбудивший ее, на этот раз раздавшийся быстрой очередью. Она ахнула, когда край посадочной платформы с ускорением пронесся сквозь вздымающиеся раскаленные облака пара, гремя металлической решеткой об обломки труб.
Вода продержится не долго. Она уже вытекала сквозь туннели выходов и впитывалась в сухой пол. То, что не вытечет, вскоре испариться от вулканизма, который с каждой секундой затруднял дыхание. Лавовые ямы не прекращали вырабатывать лаву лишь из-за того, что в верхний слой попала вода - сейчас из них выходил ослепляющий, шипящий пар, и они просто нуждались в присмотре и наблюдении. В считанные часы Котел снова будет абсолютно сухой, понимала Крикс, и, если рабочие не вернутся на места, то все строение вскоре будет охвачено пламенем.
По какой-то случайности или волшебству - кто знает, какие защитные заклинания охраняли драконьи яйца, лежащие в магме и инкубировавшиеся тысячи лет? - платформа остановила свое падение, не достигнув центрального гнезда. Она повисла на паре уцелевших тросов и, лениво ударившись о стену с математически выверенными силовыми трубами, разрушив кропотливый труд сотен гоблинов. Столкновение вызвало трескучие разряды статического напряжения, прорезавшие облака пара, словно крошечные молнии.
Крикс надеялась, что разрушение энергетических символов как-то ослабит драконов, но рассчитывать на это она не могла.
Платформа застыла под углом в сорок пять градусов, ни на градус больше или меньше, на взгляд Крикс, и к ее удивлению, она увидела нижнюю часть тела Зомажа Хока, свисавшую из тумана. Его ноги дернулись в поисках опоры, и исчезли во мраке.
Крикс отодвинула рукав и посмотрела на горящие фигуры на запястье. В целях безопасности, курьеру было запрещено запоминать текст переносимого сообщения. Но она была наделена особым даром от лорда-мага. Она знала, что это было за сообщение, и для чего оно предназначалось.
Впервые, Крикс задумалась о том, чтобы просто сунуть руку в лаву. Это бы остановило угрозу, ведь, так? Все считали, что драконы уничтожат мир, если будут выпущены на волю, но какие этому были доказательства? Крикс колебалась. Нив-Миззет же не уничтожил Равнику.
Все органы Крикс стонали от напряжения, проталкивая одну единственную мысль сквозь ее опутанный преданностью мозг: лорду-магу нельзя позволить контролировать трех новых драконов. Она служила Зомажу Хоку столько, сколько она себя помнила, но никто не должен обладать подобной властью, кроме тех, кто был рожден с нею. Или, в нашем случае, был с нею вылуплен.
Она без труда различала сквозь туман и крики гоблинов три громадных драконьих яйца. Они также дымились во влажном воздухе.
- Будьте свободны, новейшие, - торжественно произнесла она, вставая на колени.
Она протянула свою руку с посланием над лавовым генератором.
- Не делай этого, - сказал Зомаж Хок, спрыгивая из тумана на край генератора, за спиной гоблинши. Он схватил Крикс за пояс и одной рукой поднял в воздух, оттащив от края.
- Нет, повелитель, - сказала она. - Смертные не должны контролировать драконов. Даже такие... это... это не правильно. - Ей было странно слышать собственные слова. "Правильность" в большинстве случаев не имела к Иззет никакого отношения, но Крикс была не просто Иззетом. Она была гоблиншей, живущей в Утваре - временно - в мире Равники. Зомаж Хок дал ей острый, мощный ум, даже гениальный, для собственной выгоды лорда-мага. Крикс была жительницей этого мира, и она всеми силами хотела защитить его. Правда, не смотря на все ее усилия, это у нее пока не особо получалось.
- "Нет", это не верный ответ, - сказал лорд-маг. Резким рывком он вывернул руку Крикс, больно закрутив гоблиншу в воздухе. Разворот разомкнул зажимы на культе ее плеча, и рука со щелчком отделилась, наконец, доставленная по назначению. Гоблинша тяжело упала на бок, не имея возможности опереться на здоровую руку до того, как металлическая заглушка на плечевом суставе больно врезалась в камень. Удар был таким сильным, что ей на мгновение показалось, будто весь ее скелет вылетел из тела.
Крикс поднялась на колени, услышав трескающийся звук, исходящий из центра Котла, и пристально всмотрелась сквозь мглу на возвышающиеся драконьи яйца. Одно из них, с пурпурными пятнами начало трескаться.
- Вот это пунктуальность, Крикс, - сказал Хок. - Почему бы тебе не остаться и посмотреть, что будет дальше. Если ты переживешь следующий час, я подыщу для тебя место в какой-нибудь из рабочих бригад, - жестоко ухмыльнулся лорд-маг. - С другой стороны, у каждого будет место в моих рабочих бригадах, когда Равника станет, наконец, моей.
Оседлав поток горячего воздуха, созданный им самим из клубов пара, Зомаж Хок взмыл вверх, в туман, по траектории, которая по быстрым просчетам Крикс, вела к, все еще парящей над перекошенной платформой Пиракуин. Гоблинша откашляла немного крови в ладонь здоровой руки. Она все еще была жива. Она все еще могла попытаться остановить его. И она могла последовать за ним, если она пойдет на то, чего никогда не должны были делать курьеры без прямого приказа их лорда-мага. Крикс не прибегала к этому даже на своем долгом путешествии к Котлу. Хок не давал ей такого разрешения. По его плану, она должна была просто тихо приехать на место назначения вместе с Оржовцами. Остальные все еще были прикованы к дыбам, если они вообще пережили потоп, а бес пропал. Другого пути не было. Дрожащим голосом она произнесла девятизначный код разблокировки, дающий ей доступ к использованию всех ее возможностей.