Темнейшая судьба (ЛП)
Она понятия не имела, что он следил за ней таким образом или что чувствовал все ее эмоции. Никто не имел понятия. Это был его глубочайший позор. О, как низко он пал. Насколько еще можно упасть?
Он изучал линии и точки, испещряющие его плоть. Ах. В данный момент его богиня находилась в мире смертных. В частности в месте под названием Оклахома. Она посещала этот район раньше. На этих землях волчьи стаи легко уживаются с обществом.
Что Брохану с ней делать сейчас, когда другие Отрекшиеся заподозрили, что у нее есть ключ в Нивай?
Он должен разработать план перед их следующей встречей. Также ему следует навестить хранителей своего брата.
Сжав кулаки, он переместился в «Падение», где работал МакКаден. Ночной клуб для бессмертных размещался в четырехэтажном здании — сам клуб находился внизу, а офисы и жилые помещения наверху. Расположенный на третьем уровне небес, он был доступен любому, у кого имелись крылья или возможность перемещаться.
Двое огромных вышибал… оба Посланники… стояли на страже у красный двойных дверей.
— Я поговорю с Тейном, Бьорном или Ксерксесом. — хриплый голос Брохана превратил приказ в угрозу.
Эта парочка знала его в лицо и больше не реагировала на не слишком удачную внешность. Хотя они ничего не сказали вслух и остались на месте, Ксерксес вскоре подошел к дверям. Все Посланники обладали способностью общаться телепатически. Это Брохан потерял, когда пал — его связь с товарищами оборвалась. Еще одна причина презирать Виолу.
Светловолосый, покрытый шрамами Ксерксес был таким же высоким, как Брохан, и таким же сильным. Глаза цвета радиоактивной крови светились долей беспокойства. Он был одет в белую мантию, золотые крылья простирались за плечами. Эти крылья выдавали его ранг — Элитная Семерка. Самый свирепые и безжалостные из солдат.
Несмотря на падение Брохана, он считал Ксерксеса своим соратником.
— Что случилось?
— Отрекшиеся полны решимости схватить МакКадена и использовать его против меня. Будьте готовы.
— Всегда. — Ксерксес жестом указала ему зайти внутрь. На кончичках его пальцев были подстриженные ногти, а не отвратительные когти. Одно из тысячи различий между ними. — Зайди и поговори со своим братом. Он волнуется о тебе.
— Я войду, но не стану говорить с МакКаденом. — пока Брохан не найдет путь в Нивай или не разберется с Виолой раз и навсегда, он не мог предложить ничего ценного мальчику… мужчине… которого он вырастил.
— Скажи почему, — настаивал Ксерксес.
— Нет. — Брохан больше не терял времени даром, переместился в квартиру на чердаке, которую ему выделили в «Падении». Дверь оставалась закрытой, поэтому никто не мог видеть, как он заходит или выходит. Он принял душ и переоделся в чистую кожаную одежду, но ноги оставил босыми. Как обычно. Острые демонские когти выросли у него и на ногах. Это зрелище заставило его сжать челюсти.
Собрав множество оружия, он вернулся в бесплодную пустошь, которую объявил своей личной территорией. Мир без воды, листвы или жизни, который он обнаружил год назад.
Он жил в единственном сохранившемся строении реальности: пыльном, заплесневелом дворце на вершине крутого холма. В частности, в апартаментах короля и королевы. Хотя Брохан решал все дела в тронном зале. Высокие потолки позволяли ему летать.
Несмотря на частые визиты, он оставил дворец в заброшенном состоянии. Трон был задрапирован черной тканью. Материал также закрывал большинство портретов на стенах. На открытых были изображены монархи прошлого. Колдуны и ведьмы. Одинокий скелет приютился у подножья трона, как будто кто-то свернулся калачиком в любимом месте, после того как сделал все возможное, чтобы сохранить артефакты погибшей цивилизации.
Когда Брохан подошел к столу, который передвинул в центр комнаты, осколки стекла порезали ему пятки. раны были незначительны, но все еже оставляли кровавый след при ходьбе. Что же. Это не в первый раз и не в последний.
На столе были разбросаны книги и древние свитки, в большинстве из которых рассказывалась история Виолы. В своем стремлении отомстить ему удалось собрать воедино кусочки ее прошлого.
Самое раннее упоминание? Неясная ссылка на «прекрасную, золотоволосую богиню Загробной жизни, которая питалась душами». Происхождение неизвестно, говорилось, что она холодная, жестокая и бессердечная.
В следующем упоминании говорилось о преступлении против богини Дионы, первой жены Зевса. Обе бывшие влиятельные фигуры среди Олимпийцев. Рассказывалось, что эта золотоволосая красавица убила слуг Дионы ради развлечения.
С холодной и жестокой Брохан был согласен. Но бессердечная? Нет. Никто не любил сильнее Виолы. Она любила себя безгранично, безумно, полностью.
Итак, очевидно, у нее есть сердце. Да, оно скукоженно, но оно на месте, значит, у нее есть слабость. Ему только нужно ее найти.
Брохан схватил свиток с наброском Виолы. Люди назвалы бы это магической фотографией. Диона отомстила, устроив заточение Виолы в Тартаре, где богиня провела столетия.
Юная Виола смотрела на него с изображения с испуганным выражением на лице, ее волосы были растрепаны.
Его грудь сжалась. Брохан провел кончиком пальца по ее губам и нахмурился. «Прекрасна снаружи. Чудовищна внутри». Эгоистична. Надменна. Жестока, как и говорилось. Все, с чем он боролся на небесах. Но…
Также она очаровательна. Удивительно уверена в себе, независимо от ситуации. Никогда не отличалась застенчивостью и тихостью, какими были его бывшие жены. Нет, Виола брала, что хотела, когда хотела, и не позволяла никому ее остановить. Похвальная черта. Невыносимая черта. Но даже несмотря на все это, Брохан ее желал.
«Глупец!» Все мерзости, которые она совершала, были во имя одной цели: спасти своего дьявольского пса. Как будто ее кровожадный питомец значил больше, чем МакКаден. Или кто-то другой.
Если Брохан вынужден наблюдать, как стареет и умирает его брат, Виола должна испытать то же самое со своим любимым Принцессой. Он ожидал… нет, требовал… око за око.
Вспылив, он сосредоточился на истории заточения богини. На протяжении веков Виола томилась в своей одиночной камере. В какой-то момент она стала связана с Нарциссизмом.
Согласно отчету надзирателя, эту связь навязали ей насильно. Однако Брохан отказывался испытывать к ней зависть. Он…
Татуировка на его руке загорелась, и он раздраженно отбросил свиток. Виола чем-то взволнована. Уже охотится за доверчивым бессмертным? Этого нельзя допустить.
Ярость вскипела внутри него. Вместе с предвкушением. Время для наблюдений и надежд, что богиня случайно покажет ключ в Нивай, закончилось.
Он быстро сформировал план. «Привезти ее сюда. Заключить в тюрьму, пока она не отдаст ключ. Выбрать ее окончательную судьбу». Его страсть к ней не имела значения и не будет.
Приняв решение, Брохан обнажил клинок и переместился.
Глава 3
«Не он». Его аура пылает слишком ярко.
«Не он». Его аура свидетельствует о вспыльчивом характере.
«Не он». Его аура говорила о страхе. Никакого мужества.
Гремела музыка, пока Виола с важным видом шествовала по переполненному ночному клубу, вглядываясь в море лиц. С момента смерти Брохана прошло три дня, а она вспоминала о нем едва ли больше сотни раз. Практически никогда, если учесть, что у большинства людей в день возникают миллионы мыслей. Но…
Возможно, ей в какой-то степени не хватало раздражения от его настойчивого преследования. Иметь такого преданного телохранителя не так уж и плохо. По крайней мере, Брохан больше не помешает ей накормить Принцессу и временно утихомирить Нарциссизм. Именно это она и планировала сделать сегодня вечером.
Меховому малышу требовалась полная подзарядка, а демону — порция обожания. Завоевание мужского сердца давало и то, и другое. По крайней мере, на некоторое время.
Два зайца одним выстрелом. Ничего особенного. Боль, которая сейчас ее пронзала, ничего не значила.
Два дня она не справлялась со своей миссией. Но не сегодня вечером. Победа критически важна. Вскоре демон начнет лишать ее уверенности в себе, делая уязвимой перед горой нерешительности и отвращения, погребенных под ее великолепной уверенностью. Это обстоятельство вызывало у нее презрение… как и у всех остальных. Ее слезы текли без перерыва, в страхи постоянно овладевали разумом.