Темнейшая судьба (ЛП)

Он должен разобраться с Отрекшимися как можно скорее, так или иначе. Также должен завоевать Виолу. Сможет ли он? Скоро она устроит ему испытание.
Брохан крепко зажмурился. В голове у него крутились мысли. И что с Принцессой? Животному нужно постоянно питаться. Ему хотелось подарить питомцу бессмертие, заряжая его энергией на всю оставшуюся вечность. Хотя…
У него появилась идея. Вдруг есть способ? Если ему не удастся, Принцесса может умереть. Но есть все получится.
Любимый «меховой малыш» сможет жить вечно, и ему не понадобятся другие батарейки.
Что бы ни сделал Брохан, он не мог… и не стал бы… вычеркивать брата из своей жизни, и именно об этом попросила бы его Виола. Он знал это. Она ожидала полного обожания, не меньше.
Так как же Брохану завоевать ее, сохранить брата и спасти Принцессу?
  
Глава 13
 
Согретая и расслабленная, Виола потянулась. Ее сознание слегка прояснилось, и она приоткрыла глаза. Эй! Это не земля потерянных.
Она лежала в хозяйской спальне, которую никогда не думала увидеть снова. Виола лежала на мягкой кровати, окруженная еще более мягкими крыльями. Знакомыми крыльями. Но… конечно, это не он…
Она сглотнула. Возможно, и он. Ее внимание привлекло ровное дыхание.
С бешено колотящимся сердцем она вытянула шею. О, да. Брохан свернулся калачиком у нее за спиной, одна из его ног оказалась зажата между ее коленями. Глаза Виолы расширились. Выглядел ли он более прекрасным?
Утренний свет подчеркивал все, что ее в нем восхищало: длинные ресницы, веснушки и аппетитные рожки. Они были загнуты назад и обрамляли спутанные темные волосы. У него были заостренные уши! Восхитительная черта, которую она раньше не замечала.
Как?.. Воспоминание о спасении нахлынули на нее, и она ахнула. О, боже. Каким же диким он был.
Движение привлекло ее внимание к Принцессе, который лежал перед ней животиком вверх и вытянутыми в воздухе всеми четырьмя лапками. Улыбаясь, она поцеловала его драгоценное личико и перевернулась на другой бок, лицом к Брохану, и только тогда поняла, что ее рука снова отросла.
Еще одна улыбка вырвалась на волю, когда Виола провела пальцами по шелковистым волосам своего спутника и поиграла с кончиком его уха. Он что-то пробормотал и подался навстречу ее прикосновению.
«Я завоевываю его тело и душу». Он верил, что влюбляется в нее.
Он простил все ее преступления? Возможно? Если он мог простить ее, когда у него было больше причин, чем у других, ненавидеть не должна ли она простить себя? Она уже не та девушка, какой была раньше. Теперь у нее появилась уверенность… настоящая уверенность. Демон разыграл свои лучшие карты, но она вышла победительницей.
«Я найду путь», — прорычал он едва слышно.
Она закатила глаза, не впечатлённая, и только ахнула, когда удивление словно воздушный шарик лопнуло у нее в голове, осыпав ее дождем из конфетти. Демон ослаб, а она стала сильнее.
Какое пьянящее осознание! Однако следует быть осторожной. Из опыта Виола знала, как легко вернуться к старым привычкам и стереотипному поведению. А это означало, что ей нужно быть честной с самой собой каждую секунду каждого дня.
Даже самая сладкая ложь приводила к горькому раскаянию. Поэтому ей всегда нужно оставаться осознанной. Проверять свои мотивы и намерения. Она не станет набрасываться на других, чтобы почувствовать себя сильнее. Не променяет настоящую уверенность на надуманную самоуверенность демона.
Брохан пробормотал ее имя, и Виола погрузилась в атмосферу теплого, удивительного удовлетворения. Возможно, он был не единственным, кто влюблялся. В глубине души она понимала, что у них есть шанс обрести счастье здесь. Но…
Пройдет ли он ее тест?
Напряжение пробрало ее до костей. Ладони вспотели. Да, он был предан до предела, но достаточно ли этой преданности? Она отказывалась отдавать свое сердце тому, у кого были сомнения в верности. Благие намерения — это хорошо и все такое, но они ничего не значили по сравнению с подлинной надежностью.
С ощущением пустоты в животе Виола высвободилась из объятий своего спутника. Она встала, стараясь не разбудить зверей, как больших, так и маленьких. В ванной почистила зубы и включила душ, чтобы вода ее успокоила. Виолу преследовали самые тревожные мысли. Она не хотела терять Брохана. Не было воина более свирепого, более блестящего или более красивого, и она заслуживала самого лучшего. Он должен был пройти ее испытание. Он просто… должен был.
  
Позади нее раздалось рычание, заставившее ее вздрогнуть. Она резко повернула голову и ахнула.
— Брохан.
Он появился в дверном проеме и уперся руками в противоположную стену, наклонившись обнаженным телом вперед. От его человечности не осталось и следа. Рога встали торчком. Пламя расплавило радужки его глаз. «Как ртуть». В его крыльях сквозила агрессия. Мышцы живота выглядели так, словно он тайно перевозил камни под своей синей кожей. Брохан часто дышал.
И был возбужден.
— Я проснулся, а тебя нет. Подумал, что ты снова меня бросила.
Острая боль пронзила ее грудь, а в животе все затрепетало. Это свирепый мужчина точно пройдет ее тест.
Смягчившись, она ему сказала:
— Я не уйду, предварительно не поговорив с тобой.
— Ты не уйдешь вообще, — сказал он хрипло. Вау! Мысль о том, что в его жизни не будет ее, пусть даже на мгновение, разрушала его.
Виола окинула взглядом его тело.
— Ты это пришел мне сказать?
— Я услышал шум воды и вспомнил все, о чем жалел, что не сделал этого раньше. — он шагнул в кабинку. Всего один шаг.
— Ого. Подожди. — она подняла руки, чтобы его остановить. — Прежде чем мы зайдем дальше, нам нужно поговорить. — тест. Лучше побыстрее с этим покончить.
От него исходило беспокойство.
— Ты все еще плохо себя чувствуешь? Тошнота или слабость?
— Нет. Со мной все хорошо.
— Ты боишься, что Принцесса может увидеть что-то, чего ему видеть не следует? Потому что он вышел из спальни по моему настоянию.
— Нет, — повторила она, покачав головой.
Он не расслабился, в воздухе повисло напряжение.
— Тогда я не хочу говорить. Я хочу забрать свое.
Ладно. Хорошо. Возможно, это самые сексуальные слова, которые она слышала. Ее сопротивление рухнуло. Тест мог подождать.
— Значит, я твоя?
— Да. Знай это, котенок. Я клянусь тебе в вечной преданности. Ты моя пара. Моя жена.
Его жена? Тяжелые веки опустились, когда она промурлыкала:
— Подойди, зверь.
Не нуждаясь в дальнейшем поощрении, он прошел вперед.
— Однажды ты назовешь меня мужем.
Она… могла бы.
Брохан обнял ее за талию, и наполовину повел, наполовину понес к дальнему углу кабинки, где прижал к прохладному кафелю и поцеловал. Когда его губы прижались к ее губам, она обвила его руками и закинула ногу ему на зад.
Он целовал ее крепко и страстно, поглощая. Его изысканный вкус дразнил ее. Его кожа, казавшаяся ледяной, обжигала ее до костей. Он мял и сжимал ее груди, покусывая шею по всей длине.
Душераздирающее блаженство. Отчаянно желая ответить тем же, Виола обхватила основание его черных рогов и погладила вверх. Его спина изогнулась, голова запрокинулась к потолку, когда он издал могучий рев.
Как только Брохан замолчал, то снова прильнул губами к ее губам, пируя. Когда он в следующий раз поднял голову, они оба тяжело дышали.
Он прижался лбом к ее лбу и прорычал.
— Я хочу ощутить твой вкус. Скользить внутри тебя. Смаковать. Вколачиваться. — убрав когти, он провел рукой по ее животу, прямо к ее возбужденному месту. — Я хочу делать все и сразу.
У нее перехватило дыхание, когда его палец скользнул глубоко внутрь.
— Брохан!
— Никогда не чувствовал ничего более совершенного.
Дрожь нахлынула на нее таким же потоком, как и вода. Все клетки воспламенились, разогревая кровь в венах. Конечности задрожали. Как же у нее все болело. Неутолимая боль вспыхивала то тут, то там, и ни одна часть ее тела не оставалась нетронутой.