Темнейшая судьба (ЛП)

— Ты также получаешь избавление от врагов. И свободу, — проскрежетал он. — Ты согласна или нет, богиня?
— Нет! — легкомысленно… безжалостно… она взглянула на него через плечо. Она победила. По большинству пунктов. Убить Отрекшихся, ее врагов, и получить разрешение Брохана кормить Принцессу без помех? Сделано. — Я требую клятву вечной защиты. Считайте, что это налог на неволю. Это мое предложение. Соглашайся или нет.
Его ноздри раздулись.
— Посланники дают клятву вечной защиты только своим парам.
— Хорошая новость — ты не Посланник. Хотя, есть небольшой шанс, что меня можно убедить подумать о долгосрочном союзе с тобой. — почему нет? Если Брохан пройдет ее тест…
Вспышка раздражения.
— Прекрати притворяться, что желаешь меня, Виола.
Что-то в его тоне и оборонительной позе ее встревожило. Она вспомнила, как он демонстрировал свою уязвимость в душевой кабинке. Как покраснел, когда они обсуждали занятия любовью. Как его предыдущие партнерши отворачивались, избегая его поцелуя. Унижали его гордость.
«Я могу укрепить его уверенность в себе».
«Ты не можешь укрепить даже свою собственную». - демон рассмеялся.
Виола съежилась, словно сосед ее ударил. Нужно перефразировать. Она хотела укрепить его уверенность в себе. Раз они партнеры, ей стоит попытаться.
«Да. Помоги ему сейчас, уничтожь после. Хороший план».
Виола вздрогнула, затем попыталась скрыть это, притворившись, что нюхает еще один цветок.
— Брохан, если ты не можешь понять, искренне я говорю или нет, это твоя проблема. Итак. если ты хочешь получить доступ к моему ключу, то должен проводить со мной час в день. Хотя бы. — хотя он продолжал отрицать это, но тосковал по ней так же сильно, как и она по нему. Он должен. Ему не хватало только повода уступить.
«Рада услужить, дорогой». Впервые за долгое время мужчина ее заинтриговал. Почему бы не исследовать их связь, пока у нее есть такая возможность?
Повернувшись к нему лицом, она сказал:
— Ты согласен, монстр?
У него вырвался сдавленный стон.
— Ты вновь пытаешься мною управлять.
Частично, да. Но ей также нравилось то, что этот мужчина заставлял ее чувствовать, и она хотела большего. Тем не менее, Виола пожала плечами.
— Тогда давай вернемся к нашей старой сделке. Ты держишься от меня подальше, а я тебе ничего не говорю.
Брохан провел зубами по своим ровным белым зубам.
— Что бы ты ни сделала, это не изменит моего мнения о тебе. И я не собираюсь ложиться с тобой в постель.
Она одарила его язвительной улыбкой.
— Не помню, чтобы просила тебя со мной переспать.
Его ноздри раздулись. Итак, ее первые попытки укрепить его уверенность только что потерпели крах. Это не ее вина. Его.
— Думаешь, что тебе это понравится, — прошипел ей Брохан. — С нетерпением жду шанса доказать, как ты ошибаешься.
Приподняв свою шляпу-невидимку, Виола сказала:
— Желаю удачи, сэр. Твои попытки увенчаются неудачей, но ты хотя бы попытаешься, да?
Он вздернул подбородок. К ее удивлению, он огрызнулся:
— Я согласен на твои условия, богиня. Просто знай, что буду ненавидеть каждый момент, который мы проведем вместе.
Сомнительно. Она услышала нотку предвкушения. Даже почувствовала перемену в атмосфере. Электрический разряд возбуждения.
Радость победы, которая вот-вот взорвется. Это настоящая бомба удовольствия. Она выиграла этот раунд. Как и выиграет все последующие. Но ее мучило собственное предвкушение…
— Зачем ждать? — спросила она. — Я готова к твоему благоговению.
— Сначала ты ответишь на мои вопросы. — Брохан сложил руки на груди. — Как давно у тебя ключ?
«Осторожно».
— Сколько себя помню.
— Ты когда-нибудь разрешала другим им пользоваться?
Острая печаль кольнула ее прямо в сердце.
— Даже слишком часто, — призналась Виола. Мужчины, о которых она заботилась, получали от нее огромное удовольствие… в течение короткого периода времени.
Почему люди уходили из ее жизни? Как они не замечали ее невероятную ценность?
— Откуда у тебя ключ? — спросил Брохан.
— Мои отец и мать дали его мне. — еще один честный, но вводящий в заблуждение ответ. — Послушай. Я понимаю, почему ты хочешь, чтобы МакКаден оказался на земле, где нет времени. Но почему другие Отрекшиеся хотят вернуться?
  
— Для таких как я, это необходимость. Непреодолимое влечение. — он провел рукой по волосам, и выражение его лица стало напряженным. — Почему ты выбрала МакКадена?
Эта тема ей совсем не нравилась.
— Я сказала тебе почему, — ответила она мягко и тихо. — Но ты назвал меня лгуньей.
— Потому что он должен был скоро умереть? Нет. — Брохан резко замотал головой. — ты можешь многое, богиня, но не в силах предсказать, когда умрет другой. Ты могущественна, но не оракул.
— И слава богам! Оракулы — самые ужасные из всех, они всегда раскладывают пазлы, в которых есть только половина деталей, и предсказывают гибель, которая сбывается сама собой. Но, как богиня Загробной жизни, я подготавливаю… скажи это со мной. К загробной жизни. Я читаю ауры.
Виола подошла к другому цветку и взглянула на своего крылатого воина из-под густых ресниц. Но не увидела ни намека на смягчение.
Стоит попробовать снова.
— Я выбираю мужчин, которые в скором времени умрут, либо тех, в кого могу влюбиться. Дополнительный плюс, если они сочетают в себе оба признака, и я могу спасти его от когтей смерти. — создать настоящую семью? Принадлежать кому-то еще. Кому-то, кто понимает ее и ее трудности… нет ничего лучше! — Я действительно хочу собственного мужчину, Брохан. Очень хочу.
Есть ли у нее где-то в мире пара?
Ее собеседник никак не отреагировал.
Идем дальше.
— Я завоевываю сердца флиртом и улыбками, затем проверяю на верность. Когда мужчины проваливаются… а они всегда проваливаются… я принимаю их бессмертие в качестве платы за свое время.
Она согнул пальцы, затем вновь их разогнул.
— Твое время более ценно, чем их?
— Да. Нет. Когда-то мои доводы имели смысл. — Виола ему грустно улыбнулась, и вся ее решимость испарилась. В последнее время этот мужчина заставлял пройти ее через все муки. А она жаждала покоя. — Меня не воспитывали среди людей. Я провела свое детство в запертом доме, скрываясь ото всех. Вырвавшись на свободу, я почти сразу оказалась заключена в Тартар по самой коварной из причин… и не по своей вине. Я научился рассчитывать на себя задолго до того, как появился Нарциссизм. — признания срывались с ее губ, и она не могла остановиться. «Что этот мужчина делает со мной?» Виола поспешила сменить ее тему, пока он не среагировал на ее нехарактерную откровенность. — Расскажи мне о своих бывших возлюбленных. О тех двоих, которые избегали твоих поцелуев.
Хотя его щеки покраснели, он не сводил с нее пристального взгляда, а на его лице было любопытство и… она не была уверена. Что бы это ни было за чувство, оно ее беспокоило.
Он расправил крылья.
— В восемнадцать лет я обратился к совету Посланников выбрать мне жену. Мать для МакКадена.
Он был женат? Ревность пронзила Виолу, и она прикусила щеку.
— Тогда я не знал, что Саманта любила другого. В конце концов, она развелась со мной, чтобы выйти за него замуж. Ребекка бросила меня по неизвестным причинам. — мускул под его глазом дернулся. — Возможно, она просто не хотела видеть мое отвратительное лицо.
Ох. Ладно. Виола нанесла ему оскорбление, чтобы обидеть. Потому что, да, он сделал больно ей. Предполагалось, что ответный удар принесет ей удовольствие, а не мучения.
Она решила сделать первый шаг к примирению.
— Так уж случилось, что мне нравится твое лицо. — это правда. — А у меня лучший вкус за всю историю. Спроси любого.
Он поджал губы, выглядя совсем не успокоившимся.
— Только я могу тобой восхищаться. Конечно, тебе нравится мое лицо прямо сейчас.
Вглядываясь в своего похитителя… в своего партнера… в мужчину, которого она желала, с его резкими чертами лица, грубыми манерами и безжалостностью короля, Виола пришла к поразительному решению. Она хотела большего, чем собственное наслаждение… она хотела его. И не только для того, чтобы доказать свою правоту.