Темнейшая судьба (ЛП)

Ух ты. Убедить мужчину расстаться со своей жизненной силой еще никогда не было так просто.
Поцеловав Принцессу в пушистую мордочку, она опустила его на пол, где он устроился поудобнее. Виола выпрямилась и сосредоточилась на своем новом лучшем друге, оборотне.
— Начнем?
— Я удивляюсь, почему мы еще не начали, — сказал он, подходя ближе. — Что я должен сделать?
— Сопротивляйся желанию сразиться со мной, когда придет боль. — с наручником на запястье у нее не получится сделать это простым способом. А значит, она не могла принять форму духа, проникнуть внутрь его тела и осторожно отделить суть бессмертия от его духа. Ей придется прибегнуть к методам старой школы.
Виола преодолела разделявшее их расстояние и положила руки ему на плечи. Волк напрягся, но не стал протестовать. Она сделала глубокий вдох, чтобы упорядочить мысли. Через несколько секунд она оборвет его жизнь. «Еще одно пятно смерти на моей душе». Временное решение проблем и еще одно средство, которое Нарциссизм может использовать против нее.
Но разве у нее был выбор?
Давно забытая часть ее сознания прошептала: «Всегда есть выбор».
Возможно, это правда, возможно, нет. В любом случае, Виола не видела другого пути.
— Спасибо за твое жертву, волк. — она одарила его робкой улыбкой, прежде чем прижаться губами к его губам.
Он выдохнул, приоткрыв рот. Превосходно. Виола резко вдохнула, перехватывая дыхание и заставляя суть его бессмертия подняться из самых глубин.
Он издал мучительный звук, но не разорвал контакт. Виола втянула воздух сильнее и быстрее, пока из оборотня не выплыл маленький шарик приглушенного света. Чем слабее жизненная сила, тем тусклее сияние.
Благодаря этому Принцесса сможет выиграть месяц, но не больше. Это неважно. Теперь у них было время. При необходимости можно найти других доноров и привести их сюда.
Как только Виола поглотила приглушенный свет, отделив его от оборотня, то отпустила его плечи. Он рухнул — живой, но быстро угасающий. Тепло разлилось по ее животу, когда она опустилась на колени рядом с Принцессой и прижалась губами к его губам. Глубокий вдох. Медленный, но уверенный выдох. Поскольку шарик еще не был привязан к какой-либо части ее тела, он легко поднялся и втек в открытую пасть животного.
Как только процесс завершился, Принцесса улыбнулся и вскочил на ноги. Счастливый от того, что снова жив и силен, он носился из одного конца зала в другой, а затем обратно. Как мило. У него были огромные глаза.
Виолу охватило облегчение. Она вновь обратила свое внимание на оборотня, который с любопытством наблюдал за ней со своего места на полу.
— Спасибо, — прохрипел он. Обожание в его темных, щенячьих глазах усилилось.
Должно быть, она потрясающая. Как же сильно она ему помогла.
В ее конечностях появилась сила, в этот раз приток был гораздо мощнее. Дрожь прекратилась. Как чудесно! Никто никогда не благодарил ее за этот поступок. Чаще всего она получала возгласы сожаления и просьбы все исправить.
— Спасибо, — сказала она, и это был искренне. — Твоя доброта принесла мне огромную радость. — если бы только она могла его вознаградить. Пометить его, чтобы в царстве духов он оставался защищенным. Но наручник все портил. Включая ее наряд: белое платье, которое она постирала в раковине в ванной. — Однажды, я найду твой дух и помогу тебе как-нибудь. Клянусь.
Она может забыть об этой клятве на несколько столетий, но рано или поздно вспомнит.
С последним вздохом оборотень прохрипел:
— Ты уже помогла мне, богиня. Я ухожу искать свою девушку. — его взгляд стал отсутствующим, устремленным в никуда, а голова склонилась набок.
Виола сморгнула слезы… вины? Облегчения? Неважно. Эмоциям придется подождать.
— Перенеси мамочку домой, — сказала она Принцессе. Это он делал уже не раз.
Малыш прыгнул ей на руки. Спустя несколько секунд ничего не произошло. Ее питомец заволновался, а Виола нахмурилась.
— Наручник, — проскрежетала она. — Он мешает кому-либо кроме Брохана ее перемещать. — ну, ей придется справиться с монстром. Но сейчас у нее появились на это силы.
  
Заставив себя лучезарно улыбнуться, чтобы успокоить своего питомца, она поставила Принцессу на пол и встала.
— Отнеси тела в бар, дорогой. Затем принеси мамину дорожную сумку. — спортивную сумку, набитую оружием, оружием и еще раз оружием. Брохан конфисковал ее драгоценности во время одного из своих визитов.
Пока его не было, она могла переодеться и… черт возьми… прибраться в одной или двух комнатах. Принцесса заслуживает того, чтобы жить в роскошном дворце, а не в дряхлой лачуге. Когда Брохан вернется, она, возможно, предложит чудовищу последний шанс поработать с ней, чтобы уничтожить Отрекшихся, которые угрожали ее благополучию. Если он откажется во второй раз… она могла бы сделать с ним то же самое, что с оборотнем или нет.
Виола бросила взгляд на металлический браслет на запястье. Будут предприняты отчаянные меры.
* * *
Брохан задержал дыхание и приготовился к удару. Он прижал к груди потерявшего сознание Посланника. Мужчину, которого он никогда не встречал. Солдата, которого он сорвал с небес всего несколько минут назад.
Он парил в миле от завесы, его крылья скользили вверх и вниз. Фэрроу находилась рядом. Она тоже держала на руках потерявшего сознание Посланника.
Она кивнула Брохану.
— Я готова.
— На счет три, — сказал он ей. — Один. Два. Давай! — Брохан взмахнул крыльями с большей силой и устремился вперед. Живая стрела.
Фэрроу летела рядом с ним. Они неслись к завесе все с большей и большей скоростью, наращивая скорость, надеясь обойти невидимый барьер с помощью Посланников, которых держали.
Ближе…
Осталось всего несколько секунд да…
Удар! Брохан отлетел назад, его кости сломались, а внутренние органы превратились в кашу. Посланник пролетел сквозь барьер, проскользив по зеленой траве. Посланник Фэрроу покатился рядом с ним.
Его охватила боль, кровь прилила к глазам, затуманив зрение. Усилием воли он удержался в воздухе. Фэрроу с трудом перевернулась на бок, ее крыло было вывернуто под странным углом. А лицо покрыто глубокими ранами.
Его кольнуло чувство вины.
— Еще одна неудача, — сказал он, проведя языком по зубам. Он напрягся, когда чувство растущего беспокойства перешло по его связи с братом.
МакКаден!
— Я нужен брату. — он переместился на нижний этаж «Падения», не заботясь о приличиях. Стены клуба материализовались вокруг него, явив бушующую битву повсюду. Орда Отрекшихся вторглась внутрь.
Мидиан сдержал обещание и теперь боролся, чтобы захватить МакКадена и обменять его на Виолу.
Покрытый шрамами Ксерксес стоял рядом со светловолосым Тейном и бронзовым Бьорном, образуя круг. Троица жестоко убивала Отрекшихся, нанося удары огненными мечами.
Словно машины они калечили своих врагов без остановки, и делали все это, оставаясь на месте. Их золотые крылья широко раскрылись, закрывая татуированного, розововолосого МакКадена и нескольких женщин, создав непроницаемый щит, через который не мог пробиться враг.
Рядом с Броханом появилась Фэрроу, ща секунды оценив ситуацию.
Брохан бросился в бой, без жалости раздирая когтями и новыми суставами на крыльях тех, кто оказывался поблизости. Солдаты падали, иногда по трое за раз, окружая его. Он вцепился в свою следующую жертву и оторвал мужчине голову. Брызнула ледяная черная кровь, обрызгав его.
Что бы его пара подумала о нем сейчас?
«Не думай о богине». Одна мысль всегда вела ко второй, затем к третьей и четвертой, пока он только и мог думать, как вернуться к богине. И она не его пара.
С ревом и ударом рогов он расправился со следующими двумя… тремя… солдатами. Он царапал и рвал. Кромсал. Но несмотря на это, ему не удалось выбросить богиню из головы. Почему он не поцеловал и не прикоснулся к ней, когда был шанс? Почему не насладился ею, пока она была теплой и податливой?