Эмиль. Забудь меня (СИ)

— Всего одна ночь, — шепчу ему в губы. — Всего одна, Бестужев. Решил воспользоваться своим шансом по полной?
Правоцирую. И делаю я это специально. В его глазах загораются азартные огоньки. Пусть он делает что хочет. Пусть говорит, что ему в голову взбредёт. Пусть отрицает, что ничего ко мне не чувствует... Но я уверена на все сто процентов — он меня не отпустит. Ни за что.
Эмиль не отвечает. Миг и я оказываюсь прижата к каменной груди. Расстегиваю пуговицы его рубашки, не срывая зрительного контакта. Его одежда летит в том же направлении, что моя. Мы, наверное, ненормальные? Потому что вместо того, чтобы углубиться в квартиру, так и стоим в тесной прохожей, прижатые друг к другу. Целуемся, изучаем тела. Я его, а он — мое.
Его дыхание учащается, когда я скольжу рукой к его члену и кончиками пальцев дотрагиваюсь до основание. Такой большой и горячий.
— Ариии-на, — цедит он сквозь зубы. Втягивает воздух через нос со свистом. — Что ты...
Он слишком резко усаживает меня на тумбочку. Раздвигает мои ноги коленом и одним рывком входит в меня. Грубо, больно, но в то же время невероятно приятно. Останавливается всего на секунду и смотрит в глаза, будто хочет убедиться, что со мной всё хорошо. Я слегка улыбаюсь, после чего Эмиль начинает двигаться во мне. Заполняет меня собой абсолютно полностью.
— С ума сходишь, да? — шепчу не своим голосом, прижимаясь губами к его шее. От него так пахнет приятно... Пьянею... — Ещё больше свихнешься, если оставишь меня, Бестужев.
Он никак не комментирует. Не сводит с меня взгляда. Втягивает воздух через сжатые зубы, лаская мою грудь одной рукой. Второй хватается за волосы, сжимает в кулаке. Тянет назад, освобождая шею, но туда не прикасается. Впивается в губы и целует. Дико, голодно. Стон за стоном вырывается из меня. Я цепляюсь за его широкие плечи, царапаю. Он не щадит. Вжимается в меня все быстрее и быстрее. Грубее.
— Кто тебе сказал, что я тебя оставлю? Я свое никому не отдаю, Арина. Запомни раз и навсегда.
Свое... Тепло разливается по всему телу от его голоса, слов. Мне настолько приятно, что хочется так и дарить ему наслаждение, как он мне. Я, наверное, идиотка, если думаю, как бы раскрасить нашу ночь и сделать её ещё ярче. Потому что ярче и запоминающегося этой в моей жизни никогда не будет.
На миг мне становится стыдно от самой себя. От того, что пошла на поводу у отца и даже задумалась над браком с Глебом. Как я могла? Он последний кретин, скотина, которому я больше никогда не доверюсь. Нет ни совести, ни честности, ни профессионализма.
Даже не представляю, как теперь буду с ним работать... Пусть свою дуру тащит по совещанием и пусть та теперь убеждает партнёров, что сделка с нами — самое выгодное из всех вариантов. С меня достаточно. Нажралась.
— Ты сладкая, — Бестужев заставляет вынырнуть из своих неприятных мыслей. Его хриплый голос действует на меня как поток горячей воды. Отрезвляет, заставляет вздернуть подбородок и заглянуть в синие глаза с бесконечной любовью. — Я так и представляй тебя такой. Сладкой, чувствительной. Сексуальной и горячей.
Ещё несколько толчков и Эмиль замирает во мне. Прикрывает веки и что-то бросает через стиснутые зубы. Что-то смахивающие на ругательство. Подхватив меня под попу, углубляется в квартиру и при этом не выходит из меня. Укладывает в свою пастель, сам же нависает сверху.
Смотрит некоторое время, разглядывает лицо. Глаза, губы, а потом опускается ниже. Будто все ещё не верит, что я с ним, в его спальне.
— А ещё, что ты себе представлял? — уточняю шепотом, облизывая пересохшие губы. В горле сухо, будто песок насыпали. Но об этом я сейчас думать не хочу. — Как вот так вот меня...
— Да, — перебивает он. — Именно вот такой. Возбуждающуюся от одного прикосновения, поцелуя. Ты не притворяешься, а искренне показываешь свои чувства. Ты как раскрытая книга, которую я изучаю с каждым днём всё больше и больше, Арина, — говорит, вталкиваясь в меня очередной раз.
— Боже... — с губ срывается стон.
Я машинально обхватываю шею мужчины руками, притягиваю его к себе, чтобы поцеловать. Но вместо этого Эмиль трётся щекой об мою. Щетина царапает кожу, начинает гореть. А потом он прижимается губами к моей шее и всасывает кожу в рот. Засосы... Он оставит на мне печать, которую я не смогу смыть. Да и наплевать. Пусть все знают, что у нас была ночь. Что мы действительно вместе. И пусть больше никто не глазеет на этого мужчину. На моего мужчину.
 
— Расслабься, — требует он, сделав очередной толчок. — Я не причиню тебе боль, Арина. Ни в коем случае.
— Не любишь жёстко?
— Люблю получать взаимное удовольствие.
Толчок за толчком. Это безумие. Меня начинает трясти. Эмиль просовывает руку между нашими телами и дотрагивается до чувствительных точек. Ещё один... И ещё...
Теплота... Стрелы внутри живота. Я улетаю от неповторимых ощущений. Мне этого мало. Я хочу ещё. Но мое сердце четвертый оргазм за пару часов не переживет. А может и переживет, кто его знает.
— Эмиль...
— М?
— Я люблю тебя, — неожиданно для самой себя заявляю я. Повисает пауза. Он не торопится вставать с меня, я же не издаю больше ни звука в ожидании ответа.
— Я знаю, — прилетает в ответ.
Наверное, надо привыкнуть к тому, что этот мужчина не любитель раскрывать свои чувства, произносить их вслух. Даже если он сейчас скажет, что ничего ко мне не испытывает и желает лишь секса, то я ему не поверю. Потому что в его глазах все отчётливо написано...
Эмиль ложится рядом, укутывает меня одеялом. Прижимает к своей груди спиной и, убрав волосы, нежно касается губами шеи с задней стороны. Его руки опять шарят по моему телу. И я чувствую упирающийся мне в спину член. Снова! Боже... Не мужчина, а секс-машина.
— У тебя давно не было женщины, — выдаю я вердикт.
— Не было, — подтверждает он.
— Причина?
— Не знаю, Арин. Достаточно давно. Не до этого было.
— Почему, Эмиль? Ты не похож на мужчину, которому наплевать на собственные желания. Неужели не хотелось расслабиться? — какие же глупые вопросы, но мне дико хочется узнать, почему он не спал ни с кем.
— Потому что потерял отца и был занят похоронами и прочими делами, Волчонок. Надеюсь, ты довольна моим ответом? Теперь спать. Иначе...
— Это ты своему дружку скажи, — разворачиваясь к нему, беру в руки возбуждённый член, провожу вверх вниз.
— Черт, — тяжело вздыхает Эмиль. — Не играй со мной. Ты пожалеешь, Арина.
— Ни в коем случае.
Глава 15 
Просыпаюсь ближе к семи. Спала от силы часа два, не больше. Потому что Эмиль, ненасытный и безумно страстный мужчина, всю ночь не давал мне покоя. Ну и я, естественно, была только рада. Такого яркого секса у меня никогда в жизни не было. Между ног все еще чувствую огонь. Но заставляю себя встать с кровати. Поцеловав Эмиля в плечо, иду к гардеробу и достаю оттуда одну из его рубашек, натягиваю на себя. Собираю наши вещи с пола, аккуратно кладу на спинку кресла. А потом в душ.
Через минут двадцать я уже стою у плиты и пытаюсь приготовить яичницу. Не знаю, любит ли ее Бестужев, но другого варианта у меня не было. Холодильник пуст. Чай тоже готов, а кофе — дело двух минут. Хорошо, что Бог не создал меня ленивой. Могу себе и еду приготовить, и вообще обеспечить себя как надо. Не глупая я. И уж тем более не тупая и не криворукая. Возможно, Эмиль считает меня избалованной папиной дочкой. В каком-то смысле, быть может, он прав. Но не полностью.
Настолько сильно задумываюсь, что не чувствую присутствия Эмиля в этом небольшом пространстве. Зато его горячее дыхание опаляет кожу шеи, а руки властно скользят от груди к животу.
— Пахнет вкусно, — шепчет мне в шею чуть хрипловатым от сна голоса.
— Сядь за стол. Позавтракаем вместе. А потом на работу. Опоздаем, — говорю я, оборачиваясь к нему лицом.
Обвиваю крепкую шею руками и тянусь к полным губам мужчины. Оставляю короткий поцелуй и сразу же отстраняюсь. Если мы начнем сейчас лапать друг друга, то к обеду еле выйдем из дома.