(Не) Все могут короли (СИ)

— Мне нужно только с ним посоветоваться и снова уплывать, — улыбнулся я, — прости, но не могу даже на ужин остаться. Зайду к отцу, к дяде Джованни, в дом Бадоэр и снова в дорогу. Как тут кстати в целом дела? Особенно со стороны детей и девушек других домов?
Забросал я её вопросами.
— Детей уже успокоили, занимаются с учителями вместе с нашими, — степенно ответила она, — с более взрослыми пока сложнее, они дичатся и злятся. Но на это понадобится время и пара сотен плетей, уверена мы справимся.
Она замолчала и глазами показала вправо. Повернувшись, я увидел, как дядя Андреа спускается с лестницы, ведя за руку знакомую мне девушку.
— Дядя! — позвал я его, он заметив меня, вздрогнул, но пересилил себя, подведя жену ближе.
— Думаю представлять вас друг другу не нужно? — буркнул он.
Я откинул плащ со своего тела, показав тонкие, словно спички руки и ноги, которые туго обтягивала кожа.
— О, я очень хорошо знаком с вашей женой, — весело ответил я, показываясь во всей красе. Мама, увидев то, что я обычно старался скрывать, вскрикнула и со слезами бросилась к носилкам, а Анна, так и не смогла поднять глаза, чтобы на меня посмотреть.
— Ладно, — я снова закрылся накидкой, гладя графиню по руке, успокаивая её, — дядя Джованни дома?
— Да, Витале, ты хочешь его видеть? — родственник от произошедшей неловкой ситуации, постарался быстрее покинуть нас.
— Если несложно, я был бы вам благодарен, — попросил его я.
Он кивнул, и забрав жену, позвал слуг.
— Тебе нужно больше есть Витале, — переживала мама, всё никак не успокаиваясь.
— Не переживай, ем много и часто, просто организм пока ещё не отошёл от произошедшего, — спокойно ответил я, — всё будет в порядке, не волнуйся, после морских прогулок я чувствую себя много лучше.
Я рассказал ей о своём путешествии, опуская конечно же подробности, особенно связанные с угрозой для жизни, когда наконец не появился ожидаемый мной второй родственник.
— Прошу нас простить, дела, — извинился я перед графиней, когда Джованни подошёл ближе, поздоровавшись.
— Постарайся хотя бы поужинать с нами, — она, вытирая слёзы, поднялась с колен, — я была бы тебе очень признательна.
— Не обещаю, но постараюсь, — я пожал плечами.
— Что случилось? — поинтересовался дядя, когда мы остались одни.
— Свяжитесь с Дарио, который представляет наш род в Константинополе, — попросил я, — я завернул на него русских купцов с лесом. Какие новости по северянам?
— После всего случившегося, ты так и не оставил свою идею с собором? — удивился он.
— С чего бы это? — я пожал плечами, — для себя же это делаю по большей части. Так что по норманнам?
— Я договорился, и заключил контракт, — он ничуть не удивился моей активности, — двести тысяч стволов лиственницы будут поставлены в течение следующего года.
— Отлично, русичам те же сроки поставьте, — обрадовался я, — что с мрамором?
— Тебе придётся лично договариваться с Гуальтье II, епископом Луни, — он покачал головой, — он не принял моих посланников, отказался обсуждать чтобы-то ни было с венецианцами.
— Хорошо, займусь, — сделал я себе в голове памятку, — что ещё?
— Истрийский камень, что ты присмотрел для строительства, можно запросить у дома Фалье, но тебе нужно поговорить с отцом, они вряд ли захотят разговаривать только с тобой.
— Хм, хорошо, что ещё?
— Ну и пора делать клич архитекторам, чтобы выбрать, кто будет строить, — он внимательно на меня посмотрел, — не ты же сам будешь это делать?
— Конечно нет, я в этом ничего не понимаю, — открестился я от этой обязанности, — спасибо, занимайтесь тогда пока деревом, с меня мрамор и камень.
— Ты ещё даже место не получил, — хмыкнул он, когда матросы подняли мои носилки.
— А что, совет ещё не принял нужного решения? — удивился я, — тогда тем более, посещу их, мотивирую своим присутствием.
Дядя осуждающе покачал головой, но ничего не стал отвечать. Попрощавшись с ним, я отправился к отцу. Примечательно, что кавалькада лодок, которая перевозила меня и мой весьма немаленький отряд охраны, привлекала всеобщее внимание, но когда видели носилки, водная гладь перед лодками таинственным образом очищалась.
 
У дворца дежурила дворцовая гвардия, которая при нашем появлении тоже посчитала должным сделать вид, что не заметила меня, видимо насаженные на кол с содранной кожей предыдущие их товарищи, нёсшие стражу в том время когда меня пытали, дали явный намёк не злить меня. Поэтому в составе пятидесяти вооружённых людей я и вломился на заседание городского совета. При виде меня и охраны, многие почему-то побледнели.
— Витале, что ты себе позволяешь! — возмутился отец, привставая со своего кресла.
— А что такое? — притворно удивился я, — с прошлого раза я подумал так можно всем.
Энрико тяжело вздохнул.
— Нет Витале, это был исключительный случай, прошу тебя соблюдать приличия.
— Ладно, тогда дождусь вашего перерыва, — я пожал плечами, и словно вспомнив, спросил, — да, кстати, а совет принял уже решение по выделению мне земли в обмен на земли безвременно покинувших Венецию благородных домов.
— Как раз этим и занимаемся, — проворчал отец, — если не будешь мешать, то дело пойдёт быстрее.
— Я предлагаю проголосовать прямо сейчас, — я шевельнул рукой и позади меня матросы демонстративно потянулись к мечам.
— Витале! — в возмущении, отец подпрыгнул с кресла, — это переходит все границы!
— Все границы были нарушены, когда меня отправили в пыточную по надуманным обвинениям, — я столкнулся с ним взглядом, и не отвёл его, — так что пусть прекратят раздражать меня и выделят землю.
— Км-км, — из-за стола поднялся один старик, — думаю этот вопрос и правда не стоит траты нашего времени, род Дандоло предложил взамен действительно более дорогую землю, поэтому предлагаю сразу и проголосовать об отведении затребованного участка на острове Дорсодуро под нужды Витале Дандоло. Я голосую — за.
Многие скривились, но все проголосовали вслед за ним, естественно положительно. Я поклонился, поблагодарив их за столь быстрое принятие решения, и помахал рукой на выход. Суровый взгляд отца вслед, подсказал, что этот разговор ещё не окончен. Чтобы не ждать его просто так, я отправился к дому Франческо, у которого не был с той памятной ночи, хотя с другой стороны, если Анна вернулась в город и свадьбу так быстро сыграли, что даже не дождались меня, то наши договорённости с ним явно выполняются, что не могло не радовать.
Охрана дворца, снова появившаяся на своих местах и тут сделал вид, что мимо неё не проходит огромный вооружённый отряд. Глава семейства в доме наличествовал, так что мне сразу предложили подняться к нему. В комнате мало что изменилось, если только видоизменился похудевший и не такой румяный, как прежде Франческо.
— Что с вами, дорогой компаньон? — обеспокоенно спросил я, — у вас нездоровый вид.
— Витале, мне сейчас не до шуток, — скривился он.
— Что случилось? — я сразу посерьёзнел.
— Десять моих галер, отправленные в Арагон, были захвачены маврами рядом с Барселоной, — он покачал головой, — чтобы вернуть команду, мне нужно выплатить огромный выкуп, и это уже не говоря про потерю самих кораблей и товара.
— Хм, предлагаю поменяться проблемами, — предложил я, — я сегодня завтра отплываю в Рим, потом мне нужно в Александрию, так что напишите документ, что могу заниматься вашими делами, и я постараюсь решить этот вопрос по пути.
— Это какие же тогда у тебя проблемы, если готов мне помочь с этой? — осторожно поинтересовался он.
— Договоритесь с семьёй Фалье о поставках мне истрийского камня, — предложил я, — самому совершенно не хочется этим заниматься, поскольку все договоры у меня по-вашему же совету, теперь ведёт дядя Джованни. Если будут согласны заработать много денег, просто сведите их с ним.
— Да, уже слышал о поставках дерева вам, — кивнул он головой, зовя слуг, чтобы принесли письменные принадлежности, затем написав весьма короткое письмо, подписал и поставил собственную печать.