(Не) Все могут короли (СИ)

— Да, похоже только я об этом не знаю, — он недоверчиво покачал головой, — расскажите мне подробности вашего путешествия?
— Думаю у нас ещё будет время Леонардо, пока вы не подыщете себе дом, будете гостем во дворце моей семьи. Вы ведь не против?
— Нет, конечно же нет Витале, — он отрицательно покачал головой, — мне самому скорее хочется решить задачи, которые вы мне подкинули, а для этого нужно будет уединение и покой. Так что дом я подыщу не очень дорогой, главное, чтобы он находился не на оживлённой улице.
— Попрошу дядю вам помочь с поиском, — чуть склонил я голову, наблюдая за тем, как корабль мягко причалил и мы наконец оказались в родном порту.
— Сеньор Джакопо, — обратился я к капитану, — всё, как обычно. Как разгрузитесь, переставите «Елену» в Арсенал, скажите корабелам осмотреть её, команде неделя отдыха, после соберёте и гоняйте до посинения на реях.
— Будет сделано сеньор Витале, — склонил он голову.
— И да, найдите себе первого помощника, — я бросил словно невзначай, — пока к вам нареканий у меня не было, так что вы меняете назначение с временного капитана, на постоянного.
Широкая улыбка расползлась у него по лицу, а подошедшие офицеры, стали хлопать его по спине и плечами, поздравляя с назначением.
— Буду стараться сеньор Витале! — гаркнул он.
— Пройдёмте Леонард, — я видя, как сундуки с серебром поставили на лодки, добавив к ним пять моих с одеждой, позвал Фибоначчи за собой.
Плывя по каналу я оглядывался по сторонам, но не заметил, чтобы что-то глобально поменялось в родном городе, и это немного успокаивало. Хоть что-то было в этой жизни стабильно. Хотя нет, при приближении к дому, я заметил, как разросся и вырос вверх дворец Дандоло, везде виднелись следы хорошего ремонта.
— Ну вот мы и дома, — я показал ему рукой на причал, где нас ждала охрана, а также слуги.
— Сеньор Витале! — а вот и заплаканная Роксана, так энергично машущая мне рукой, что вызывало опасения, как она ещё не оторвалась у неё.
Многих людей, обступивших меня, я знал по именам, поскольку они служили в нашей семье годами, так что их забота и внимание были конечно приятны. Сундуки с серебром забрали охранники, я сказал унести их в семейную сокровищницу, поскольку это были деньги рода, а обнявшей меня Роксане, залившей слезами радости, я с ворчанием передал Фибоначчи.
— Посели его рядом с моими комнатами, обеспечь всем необходимым.
И уже обратившись к нему, добавил.
— Простите Леонардо, хочу увидеться с родителями, позже я вам их представлю.
— Конечно сеньор Витале, — с поклоном сказал он, уходя вслед за моей служанкой.
— Где мама? Отец? — обратился я к управляющему, который также ожидал меня.
— Графиня в церкви на вечерней мессе, — с поклоном ответил тот, — сеньор Энрико обычно раньше десяти вечера не приходит домой.
— Ладно, тогда я к нему во дворец, — я помахал рукой отпуская своих моряков, и также чтобы мне выделили двадцать человек их охраны дворца и отправился в обратный путь, к площади святого Марка.
  
Глава 12
 
— Витале! — я был перехвачен, когда собирался войти во дворец дожа.
— Отец! — услышав знакомый голос, я повернулся на носилках, увидев его.
— Мне сказали, что пришла «Елена», хотел поспешить домой, а тут встречаю тебя, — он обнял меня, хотя для этого и пришлось нагнуться к моим носилкам.
— Деньги вернул, хотя султан не слишком хотел с ними расставаться, — сразу перешёл я к главному, — поэтому там вдвое большая сумма, я велел в семейную сокровищницу перенести их, считай моим вкладом в дела рода.
Он рассмеялся.
— Вечером при маме поведаешь об этом.
— Она кстати в церкви, — ответил я, — может тогда поговорим о делах? У меня было в пути время подумать, так что я готов предложить тебе способ, как сделать твою монетную реформу лучше. Надеюсь ты её ещё не начал?
— Мы же договаривались, — хмыкнул он, — да и к тому же, твой взгляд точно лишним не будет.
— Тогда веди, всё равно дома без вас с мамой делать нечего, — я радостно потёр руки, вызвав у него улыбку.
 
— Ты только что прибыл домой, после почти трёх месяцев плавания! И опять о делах!
— Вечером отдохну, пошли покажешь свои планы, — отмахнулся я от него.
— Кстати поздравляю, архиепископ Венецианский, — пока меня несли в его рабочий кабинет, ехидно сказал он, идя рядом, — мама была в шоке. Её подруги в жуткой зависти, так что дома тебя ждёт хороший приём, готовься рассказывать опять свои истории для женских ушей.
— А-а-а, я то думаю, чего за оживление на улицах, — догадался я, — хотя это не самое главное.
— Да? — Энрико удивлённо на меня посмотрел, — а что ещё ты смог выторговать у нового Папы в обмен на свою помощь?
Я оглянувшись по сторонам, заставил его свиту отойти, как и своих носильщиков, и только затем достал из-за пазухи перстень, и показал его отцу.
— Legatusa Latere, — тихо сказал я, пряча его обратно, пока его глаза не выпали на пол, — правда с ограниченными возможностями, но перстень настоящий.
— Мама, умрёт от таких новостей, — наконец он смог дышать, — так что ты уж пожалуйста поосторожней вываливать на неё всё зараз.
В его рабочем кабинете я был всего пару раз, так что показав поставить носилки рядом с большим диваном, перебрался на него, отпустив охрану караулить вход, оставшись с отцом и его советниками. Он принёс бумаги, и выложил их передо мной, ожидая, пока я с ними ознакомлюсь. Пока я был занят, он вернулся к своей работе, о чём-то переговариваясь с чиновниками.
Закончив с чтением, я задумался. Всё был очень хорошо придумано и мне влезать в сам процесс не было нужды, но вот что точно нужно было, так это вмешаться в сам процесс изготовления монет, поскольку в текущем качестве, каком их предлагалось чеканить, это было точно не очень хорошо и надёжно.
— Нам нужно поговорить, наедине, — я поднял взгляд на него, оторвавшись от бумаг.
Он кивнул, попросил всех выйти, люди нехотя, но послушались.
— Что-то придумал? — он забрал у меня документы, и сначала сложил их в шкатулку, прежде чем вернуться ко мне.
— Да. Спасибо что разработал дизайн и золотой монеты, как я и просил, мне всё понравилось, теперь послушай, что предлагаю я, чтобы исключить подделку и обрезку денег по краям. Это самая большая беда, как я знаю.
При этих словах он сел напротив, внимательно слушая. Я стал перечислять, что мне понадобится для пробы нового способа производства денег, какие люди и каких специальностей для этого потребуются.
— Ну и да, сам понимаешь, это должны быть полностью преданные тебе мастера, которые не вынесут наших секретов в мир, — закончил я объяснения, — думаю причины этого объяснять не нужно.
Он задумчиво покачал головой.
— Единообразные монеты, которые нельзя обрезать и подделать, — повторил он за мной, — если тебе и правда удастся это сделать, наши деньги могут получить признание во всём мире.
— Ну, мне главное, чтобы моё золото превратили в звонкую монету, а то устал расплачиваться самородками и золотым песком, жутко неудобно, — пожаловался я.
— Я всё обдумаю, подготовлю тобой указанное и мы вернёмся к этому вопросу, — согласился он, — предлагаю, раз уж ты сам начал с дел, съездить к твоему войску. Городок полностью закончен, два легиона набраны, командира я тебе нашёл, тебе нужно с ним познакомиться и дать задания.
— О-о-о, вот за это спасибо отец! — обрадовался я, — войско мне сильно понадобится для выполнения просьбы Святейшего отца.
— Это какой? — прищурился он. Я же, прижав палец к губам, показал, что здесь не время и не место. Он скривился, словно у него заболел зуб.
— Хотя это ты сможешь сделать и завтра, — тут же сказал он, — давай отправимся домой, думаю графиня уже вернулась с мессы.
К нашему удивлению, когда мы прибыли во дворец, оказалось, что нет, не вернулась, поскольку зашла к одной из знакомых, а слугам я запретил посылать гонца, чтобы оповестить её о своём возвращении. Эка невидаль, я туда-сюда постоянно то уезжаю, то приезжаю, пусть мама своими делами позанимается вместо того, чтобы бежать домой.