(Не) Все могут короли (СИ)

— Король! Король! — послышалось издалека и горожане стали раздвигаться, пропуская к моему помосту большую кавалькаду всадников. Впереди всех был симпатичный парень, лет двадцати, который хмурил лоб и всматривался в меня, при приближении.
Люди раздвинулись вширь, когда сотня всадников ворвалась на площадь, а король остановился рядом со мной.
— Архиепископ Венецианский? — осторожно спросил он, не верящим взглядом осматривая тщедушную, изувеченную тушку, в скромном одеянии.
— С кем имею честь? — склонил я голову.
— Король Арагона, граф Барселоны, Жероны, Осона, Безалу, Сердани и Руссильона, Палларса и Рибагорсы, — гордо представился он.
— Рад приветствовать вас ваше величество, — улыбнулся я, — позвольте поблагодарить вас от лица Святого престола. Ваш народ Барселоны, все как один истинные католики. У вас прекрасные и добрые подданные ваше величество!
Моя речь, вызвала воодушевление у людей вокруг, и заставила короля удивиться.
— Да это конечно, но Святой престол? — ещё более осторожно спросил он.
Я для вида покопавшись в носилках, достал и надел на палец золотой перстень, ярко сверкнувший в лучах солнца. Среди первых рядов раздались вскрики, и люди повалились на колени, одновременно с этим передавая весть о присутствии в городе легата папы.
Педро II судя по своим вопросам и вежливости общения, дураком не был, поэтому быстро всё понял и осознал.
— Ваше высокопреосвященство, — он низко наклонил голову, — для нас большая честь приветствовать посланника Папы в нашем городе.
— Благодарю вас ваше величество, и ваш народ, — я тоже склонил голову, — прошу простить меня, но моё телесное состояние не позволяет мне приветствовать короля Арагона, как это положено.
— Полно ваше высокопреосвященство, — он замахал руками, — вы окажите нам честь, предоставить вам гостеприимство?
— Ваш народ ваше величество уже сделал это, — я тепло улыбнулся, показывая на трактирщика Марселя, привычно стоявшего неподалёку от меня, — я остановился у этого доброго человека, и мне достаточно простой комнаты. Если только и правда, на часок заглянуть к вам в гости.
Народ на площади, передавая мои слова задним рядам, только что не пищал от восторга и умиления. Я же произнося пафосные и популистские слова, с трудом верил в то, что народ так легко во всё верит и тем не менее, всё что я говорил принималось за чистую монету. Это было просто поразительно для меня, выросшего ввек когда никто никому не верил даже с доказательствами, не говоря уже о просто словах.
— Да, я бы хотел вам показать свой охотничий домик, — он склонил голову.
— Слава народу Барселоны! Слава королю Педро Второму! — громко прокричал я, и мой зов подхватили все без исключения, даже аристократы из свиты короля.
Его лоб окончательно разгладился и он с удовольствием посмотрел на меня, когда площадь наполнилась благодарственными криками очень довольного народа.
— «Гореть мне в аду, — честно признался я сам себе, смотря за людскими волнами истинной веры и восхищения, когда мы проезжали мимо них».
* * *
Охотничьим домиком оказался дворец, недалеко от города, стоящий на живописном холме и обращённый в сторону моря. При прибытии короля началась суета, забегали слуги и кавалькада придворных вместе с нами, въехала внутрь. Скорость общего движения была ограничена скоростью моей повозки, но особо выбора не было, поскольку сам я на лошадь никогда бы не смог подняться и это все прекрасно понимали.
Педро II отдал распоряжения и возле меня закружились слуги, помогая страже отнести носилки в выделенные апартаменты. Им же я отдал свою помятую одежду, которую поручил выстирать и отгладить. Вечером, когда король прибыл лично в мои покои, то остолбенел, увидев в новой одежде, с огромным рубином на шее.
— Нам нужно поговорить наедине ваше величество, — тихо сказал я, и он качнув головой, предложил завтра в полдень поездку к морю. Я намёк понял и пожелал ему доброго вечера. Всю ночь я проспал словно младенец, и уже под утро был разбужен слугами, готовившихся к обещанной поездке.
 
Вокруг короля собралось огромное количество народа. Кроме свиты прибывший из столицы, добавились и местные элиты, которые опасались подходить ко мне ближе, чем на десять шагов, что меня конечно же веселило. Когда большая толпа людей выехала из замка и подъехала к установленным на берегу шатрам, то дворяне принялись за еду и питьё, а меня, подошедший гвардеец, пригласил составить компанию королю.
Он сидел на стуле, прямо рядом с водой и смотрел, как волны набегают на его босые ноги. Сапоги лежали рядом, так что было понятно, что здесь он сидит довольно продолжительное время и возможно я не первый, с кем он говорит приватно.
Дождавшись, когда носилки поставят рядом с ним, я отпустил стражу, показал им присоединиться к гвардейцам короля, которые стояли в зоне видимости, но не слышимости.
— Можешь прекратить претворяться Венецианец, — он с усмешкой посмотрел на меня, косясь на дорогой камзол и драгоценности, — у меня при дворе служат сицилийские дворяне, которые перебрались в Арагон после того, как вы с Генрихом VI опустошили всю их страну, так что меня предупредили на твой счёт. Там, куда ты приходишь, обычно остаются лишь смерть и разрушения, поэтому говори прямо, что тебе нужно в моём королевстве.
— Так будет даже проще, — ничуть не удивившись смене тона разговора, согласился я, и правда скинув с себя маску доброго священника, носимую последние несколько дней, — не волнуйтесь, я не по вашу душу, ваше величество. Мавры захватили десяток галер дома Бадоэр рядом с Валенсией, Франческо попросил меня помочь, сказав, что грузы предназначались Арагону.
— Я слышал об этом, но бессилен, сейчас у меня нет войска помочь тебе, — честно признался он.
— Собственно говоря я и не прошу об этом, от вас нужно лишь содействие и бумага, дающая право бесплатно получать припасы в ваших городах. Как только личное знамя на корабль будет готово, я выдвинусь и очищу море от всех кораблей халифата Альмохадов, начиная Тунисом и заканчивая Лиссабоном. Вам ведь это тоже пойдёт на пользу.
Педро II покивал головой.
— Мне рассказали о твоём корабле и той блокаде, которую ты устраивал для Пизы и Генуи несколько лет назад.
— Вы согласны? Ведь наши цели совпадают. Я отвлекаю внимание мавров к своей персоне, вы получаете ослабленные территории врага, страдающие без поставки товаров.
— Разумеется согласен, — он остро на меня посмотрел, — вот только казна мне после батюшки досталась слегка пустой, так что если бы ты ещё поделился со мной добычей, то наш союз стал бы ещё более крепок.
— О, а ваше величество знает толк в торговле, — искренне удивился я, — сколько вы хотите?
— За первоочередное и быстрое пополнение припасами в любом городе королевства, думаю тридцати процентов будет достаточно, — прищурился он.
— Вы ещё и очень скромны, ваше величество, — он продолжал удивлять меня, — быть вам великим королём!
Он невесело усмехнулся.
— Каков будет твой ответ?
— Поддавшись вашему обаянию и уму, — улыбнулся я, — предлагаю честную сделку. Я потрошу торговцев и всё добро передаю в портах сборщикам налогов, которых вы выделите под это дело. Как только они продают товар, то деньги везут к вам, а потом, когда я закончу с чисткой, вы от всего реквизированного отдадите мне половину. Как вам такая сделка?
Настала его очередь удивляться и внимательно на меня смотреть.
— Ты вот так просто готов отдать мне всё? — поинтересовался он, — а если я откажусь отдавать золото или обману в расчётах?
— Ну, тогда вы точно не станете первым и даже вторым королём, который разочаровал меня, — легко отмахнулся я, — но поверьте мне, все обычно плохо заканчивали после этого. Я могу топить в море не только мавров.
Он хмыкнул, обдумывая мои слова.
— Тем более, всё закрепим на бумаге, не доверяю я как-то больше громким словам, венценосных особ, — добавил я.