Ревизор: возвращение в СССР 28 (СИ)

— Тот, кто носит Адидас, скоро родину продаст! — громко проскрипел он, тыча в парня видавшей виды тростью.
Я аж прям притормозил. Нифига себе, думаю, наезд. И как парнишка выкрутится? Старших же мы все с детства, типа, уважаем…
— Тому, кто носит Адидас, всегда, везде любая даст! — с довольной рожей ответил ему оппонент и деду пришлось отступить под хохот проходивших мимо студентов.
Да я и сам не удержался от улыбки. Молодец парнишка. Находчиво, вежливо, и конфликт исчерпан, и настроение у окружающих поднялось.
И деда не послал.
Приехав домой, первым делом перетащил коробки с детскими машинами к себе в кабинет, чтобы не мешались, пока, под ногами. Как-нибудь в выходные перевезу в гараж.
Уж не знаю, жена сама вспомнила, что нашим мальчишкам сегодня полгода или коробки мои в коридоре увидела, но ждала она меня накрытым столом на кухне. Сел за стол, смотрю на неё… А у неё вид загадочный — загадочный. И возбуждённый, к тому же. Чувствую, что-то произошло, надеюсь, хорошее…
  
Глава 14
 
Москва. Квартира Ивлевых.
— А меня в командировку отправляют в Воронеж! — радостно сказала жена. — Впервые! В апреле.
— Надолго? — удивился я. Судя по настроению, сама согласилась. Всё-таки дети маленькие, насколько я знаю, не имеют права.
— Где-то на неделю. Так-то конкурс будет несколько дней проходить, но там ещё награждения, дорога…
— Что за конкурс-то?
— Всесоюзный конкурс парикмахеров, — воодушевлённо начала объяснять она. — Отборочные соревнования для участия в международном конкурсе… Ты же не против?
И она уставилась на меня умоляющими глазами. Конкурс парикмахеров… Ну, понятно. Ясно, ей любопытно посмотреть вблизи, на что способны крутые мастера… Прически под себя на будущее подобрать модные. Девочка есть девочка…
— Что же они такое мероприятие не в Москве-то проводят? — задал я риторический вопрос. — А с детьми кто останется?
— Ирина Леонидовна с удовольствием поживёт неделю у нас в деревне. Вместе с малышами.
— А бабушки как к этому отнесутся?
— Они очень обрадовались! — с готовностью ответила жена.
— Так ты уже всё продумала?
— Не всё, — смутилась она. — Парочку кроваток бы детских в деревню купить… Они пригодятся! — поспешила она добавить, увидев мой насмешливый взгляд. — Маме твоей ещё рожать, Инна с детьми на лето будет приезжать… И мы тоже.
— Ладно, езжай, — рассмеялся я. — Достану в деревню кроватки.
— Ура! — взвизгнула она и бросилась мне на шею.
— Нас в понедельник в ресторан пригласили вечером, — сообщил я, пока не забыл. — У Лёхи Сандалова день рождения.
Остаток вечера и часть ночи провёл, оформляя записки для Межуева.
* * *
Москва. Киевский вокзал.
Ахмад провожал Шанцева домой. Обдумав предложение Павла, Александр Викторович поменял билет и решил завтрашний день провести в Брянске. А что тянуть кота за хвост? Надо сразу пойти в обком и переговорить насчёт мясокомбината с первым секретарём. Лютов, вроде, нормальный мужик. Не одобрит идею с прокуратурой, так, может, другое что предложит.
— Смотрю я на тебя, Саш, у тебя такое лицо всё время озабоченное, — заметил Ахмад. — Скажи честно, директорствовать легче было?
— Легче, — охотно признал Шанцев. — Гораздо легче. Правила игры просты, как шашки. А в горкоме всё время как в шахматы играешь и ходы просчитываешь… Объездил в Москве кучу министерств, и везде одно и то же. Каждый сидит на своём месте, и боится его потерять. А что нужно, чтобы не потерять? Чтобы начальство тобой было довольно. А когда оно тобой довольно?
— Когда? — с интересом глядя на него, спросил Ахмад.
— Когда ты его не беспокоишь, не расстраиваешь, не напрягаешь…
— Правда, что ли?
— Я уже подозреваю, что они и не докладывают ни о каких проблемах наверх! Зачем руководство огорчать? Их задача не решить мои проблемы, а отправить меня в другое ведомство, переложив мой вопрос на другую голову. Это вообще высший пилотаж и такие чиновники на особом счету у начальства, они потом и сами становятся начальством.
  
— Да уж, если так оно и есть… — серьёзно посмотрел на него Ахмад. — Не завидую я тебе.
— Я сам себе не завидую… Завтра в Брянске в обком идти по поводу мясокомбината… И как мне разговор начать, так, чтобы Лютов сразу меня не послал?
— Не спрашивай меня, — замахал на него руками Ахмад. — Это тебе надо было вчера у Пашки спросить. Он бы точно что толковое подсказал. Он в таких темах себя как рыба в воде чувствует, даже удивительно для его возраста.
— Ну так обычный пацан в Кремль и не попал бы…
* * *
США. Штат Флорида. Тампа.
Яркое солнце прогрело сегодня воздух градусов до двадцати пяти. Туристы ещё не нахлынули, но уже чувствовалось, что сезон вот-вот откроется.
Как же здесь хорошо, — думал, глядя в окно своего офиса, выходившего прямо на залив, Джеймс Бейли, он же полковник КГБ Блинов, владелец преуспевающей компании по продаже и обслуживанию промышленного холодильного оборудования. — Если бы ещё Центр не вмешивался в бизнес, то вообще, было бы прекрасно.
Такие размышления были связаны с тем, что он получил целый список акций, который ему предписывалось приобрести на все свободные средства компании.
Чтобы они ещё понимали в бизнесе и в рыночной экономике! — с раздражением думал он. — Будут меня ещё учить, во что мне вкладывать деньги!
Думать так у него имелись все основания. Он начинал с десятью тысячами долларов семь лет назад, а теперь у него компания с активами на три миллиона долларов. А ведь все, что от него требовало начальство — арендовать небольшой офис подешевле, имитировать ведение бизнеса, а на самом деле скромно жить на регулярные переводы из Центра. Но его знание людей не подвело — нашел и инвесторов, и надежных представителей. А завербованные инженеры в военной отрасли не только позволяли посылать в Москву украденные американские военные технологии, как это предполагалось. Нет, он с ними бизнес замутил, и перевел одну из технологий на гражданские рельсы, что и позволило добиться инноваций в изготовлении промышленного холодильного оборудования. Оно у него жрало на четверть меньше электроэнергии…
А с другой стороны, — ещё раз просмотрел он список рекомендуемых Центром акций. — Какая мне разница?
Это он формально зажиточный капиталист, а в действительности — верный своей стране сотрудник советской разведки. Когда придет время вместе с женой возвращаться в Москву, он продаст свой бизнес, и все до последнего цента переведет в ведение КГБ. Есть хитрые схемы с переводом средств через страны Латинской Америки. Глядишь, еще какую-нибудь социалистическую революция на них где-нибудь организуют, чтобы янки спокойно не жилось. А то совсем обнаглели со своими заявлениями, что вся Латинская Америка — их задний двор. Ничего, Москва периодически доказывает им, что тоже способна на многое на этом заднем дворе. Одни Куба и Чили чего стоят, а если еще поднапрячься, то появятся у СССР и другие верные союзники…
Так что, никуда он всё равно не денется, купит акций на свободные двести тридцать тысяч долларов… Тем более, что Центр прекрасно осведомлён о состоянии его счетов, отчёты он передаёт регулярно. И о выполнении этого задания тоже придётся отчитаться.
Бейли-Блинов задумался, с покупки каких же акций ему начать?
А компании-то на самом деле выглядят перспективно, неужели в кои-то веки в Центре завелся толковый аналитик? — был вынужден признать он, внимательно изучив список. — Можно, конечно, поспорить, какие из них более выгодны с инвестиционной точки зрения и дивидендной политики, но не более того… Обратись к трем разным брокерам, и они тебе выдадут совершенно разные списки, во что лучше вложиться.
* * *
В среду с утра поехал в Кремль, сегодня надо сдать записки для Межуева. Потом рассчитывал заскочить на автобазу, узнать, как там дела, а то что-то их давно не слышно… Это, конечно, хорошо, скорее всего означает, что у них там полный порядок, но руку на пульсе держать все же нужно.