Ревизор: возвращение в СССР 28 (СИ)

— Цветы и пряности всякие, смеси перцев, сванскую соль, что будет, то и купим. Всем разное.
— Возьмите на мою долю тоже и цветов, и перцев, — пошёл Загит за кошельком. — Я купил женщинам тюльпанов, вон, целое ведро в комнате за кроватью стоит… Но что-то они подозрительно гнутся…
— Переморозили небось, — сочувственно сказал я, представляя, сколько денег за них отдано.
Восьмого марта с самого утра поехали с Ахмадом на рынок. Поздравили Тину, продавщицу творожков, сметаны и сыров, подарил ей томик Дюма. Закупились у неё, как всегда.
Потом сходили к Серго, накупили мяса на шашлык, и специй всяких разных. Брали сразу по стакану, чтобы женщины могли делиться друг с другом. Овощей по списку, что жена написала, тоже у него набрали.
Ну и куда же без закуски от Сосо. Он нас ещё издали приметил и ждал, когда мимо пройдём. Он же нам сосватал продавца мимозы. Лично отвёл к нему и представил.
Вернулись мы часам к девяти. На кухне в вазе уже стояли вполне себе приличные тюльпаны, отошли за ночь. Загит на радостях с самого утра уже Галию поздравил. Ну, естественно, и я тут же подсуетился с мимозой и кульком пряностей, вытянутым наугад из сумки.
Потом мы втроём с Загитом и Ахмадом пошли по подъезду поздравлять женщин. Сначала зашли к соседям, поздравили Ксюшу и Ирину Леонидовну. Потом мы поднялись этажом выше, поздравили маму, а потом поднялись на шестой и поздравили Анну Аркадьевну.
Мне ещё предстояло поздравить Иду Данченко и Елену Яковлевну, художницу с первого этажа. А Ахмад с Загитом пошли машину грузить для поездки в деревню.
* * *
Москва. Дом Ивлевых.
Анна очень надеялась, что сын приедет пораньше и им с Загитом не придётся ждать его полдня. И он, как услышал молитвы матери, и часам к десяти уже приехал. Анна специально выставила на столе на кухне и букет гвоздик, и мимозу с тюльпанами в отдельных вазах. Она надеялась, что сын сам заметит такое количество цветов и задастся вопросом, откуда они, после чего получится спокойно поговорить… Важный вопрос, и непростой…
Но Виталик примчался весь в мыле, сунул матери несколько веточек мимозы и коробку шоколадных конфет, чмокнул в щёку и хотел уже бежать куда-то дальше… Анна еле уговорила его пройти на кухню, хоть чашечку чая символическую выпить.
— Как у вас дела? — спросила она.
— Всё нормально, — ответил сын, не обращая никакого внимания на цветы, занявшие половину стола.
Анна старательно пристраивала у него на глазах его мимозу к уже подаренным Загитом и Пашей цветам, чтобы привлечь его внимание к подаркам, но тщетно.
— Малыши как? — поинтересовалась она.
— Нормально. Мам, опаздываю… Прости, пожалуйста. Надо бежать, — честно ответил он и Анне ничего не оставалось, как протянуть ему сумку с гостинцами для внуков.
Ладно, успеем ещё поговорить, — решила она.
* * *
Ехали в деревню, думал, сюрприз будет, да какой там! Мама, оказывается, созванивалась с бабушкой накануне. Нас ждали чуть ли не с красной ковровой дорожкой и хлебом с солью. Деды расчистили въезд и место за воротами для машины, оставили ворота открытыми.
Ахмад ещё, как въехал, посигналил. В доме такая суета началась!
Объятия, поцелуи! Перетаскали сумки, детей, цветы, подарки. Жена гостинцев в деревню набрала. Даже одну из банок чая, что Эль Хажжи привезли, бабушкам подарила, хотя ей самой чай очень понравился. Даже просто нюхая, уже балдела, как кошка от валерьянки.
Пока женщины разбирали сумки, Ахмад поспешил во двор. Мясо он замариновал ещё дома и привёз в кастрюле. Пошел ему помогать. Обновили мангал из кирпичей, развели в нём костёр и сели ждать, пока угли появятся.
Как же хорошо на природе… Весна ещё только начинается. Но небо уже насыщенного голубого цвета и солнце яркое…
* * *
Москва.
Виталий приехал к сестре, хотел быстренько ее поздравить и уехать. Но Марина с недовольным видом вдруг спросила:
— У матери был уже?
— Был, — с недоумением глядя на неё, подтвердил он.
  
— Этого видел?
— Кого? — удивился брат.
— Не знаю… Друга ее какого-то.
— Какого ещё друга? — растерянно спросил Виталий. Сразу перестал спешить, не разуваясь, прошёл на кухню и с обескураженным видом плюхнулся на табурет. — Блин… Никого не видел. Только цветами весь стол заставлен на кухне.
— Да? — удивилась сестра. — И что она тебе сказала?
— Ничего… Но что-то явно хотела… Мне некогда было, я ушёл… Твою дивизию, Марин!.. И что теперь? Кто он? Откуда?
— Это я тебя спросить хотела.
— Я откуда знаю? — возмущённо взглянул он на сестру. — Я от тебя только что об этом узнал! Мать сама что говорит?
— Ничего…
— Ну, как, ничего? Что-то же она тебе сказала, раз ты в курсе.
— Я не стала с ней об этом говорить! — скрестив руки на груди, ответила сестра и с вызовом уставилась на него.
— Понятно! — вскочил брат. — И думаешь, что от этого что-то изменится? А если он приезжий?
— Ну и что? — пожала плечами Маринка.
— Ну и то! Вдруг она захочет его к нам в квартиру прописать⁈
— Успокойся, без твоего согласия всё равно не пропишет.
— А если пропишет? Это, вообще-то, кооператив! Вдруг там другие правила действуют? Что тебе, трудно было матери пару вопросов задать? — обиделся на сестру Виталий.
— Причём здесь, вообще, это? — возмутилась она. — Тебе только квартира важна? А то что она нашего отца не дождалась, тебя не волнует?
— Нет! — зыркнул он. — Это её жизнь, пусть делает, что хочет. Меня беспокоит только то, чтобы она ничего не сделала с нашей общей жилплощадью!
— Вам всем плевать на отца! — начала кричать Маринка. — Стоило человеку попасть в беду, вы все сразу отвернулись от него! Вот так и выясняется, кто друг, а кто так!..
Опять эта старая шарманка! — подумал Виталий и направился к выходу. Насчет отца он иллюзий не имел, все же был постарше, чем сестра, многое видел и понимал… — Придётся самому с матерью поговорить.
А выслушивать от сестры, какие они все неблагодарные, у него не было никакого желания.
* * *
Мы пожарили мясо. Первая партия получилась обалденная, вторую немного пересушили. Но удовольствия получили от самого процесса массу. Часа два посидели за столом. Бабушки не выпускали из рук детей. Наговорились, насмеялись. Часов в шесть вечера стали собираться домой, завтра рабочий день.
* * *
Северная Италия. Больцано.
Тареку позвонил из Рима Адриано Ринальди и доложил, что он с напарником нашел сеньору Бенедетти, подавшую на них в суд и начал собирать информацию о ней. У неё действительно сломана лодыжка, но вскоре ей уже должны снять гипс.
— Двадцать три года, — докладывал детектив, — не замужем, учится в колледже на бухгалтера и танцует в ночном клубе. Снимает маленькую квартиру на окраине Рима. Обстоятельства происшествия с чемоданом установить пока что не удалось, но мы с Франко работаем над этим.
— Хорошо, Адриано, продолжайте, — ответил Тарек, попрощался и положил трубку.
Молодцы, работают, — подумал он. — Надеюсь, справятся не хуже, чем с предыдущим делом…
* * *
Разгружая машину возле дома, сказал Ахмаду, что надо уже заказывать плитку для ремонта, чтобы к лету пришла.
— У меня есть каталог и образцы, вам надо прикинуть, сколько вам надо плитки и какой конкретно, — объяснил я.
Они сразу же и зашли к нам вдвоём с мамой. Отдал им и каталог, и образцы в коробке из-под обуви. Пусть не спеша прикинут, подумают.
Вскоре вернулся Загит. По его умиротворённому виду понял, что он неплохо провёл сегодняшний день.
— Во вторник хочу поехать в Святославль, документы о разводе оформить, — сообщил он.
— Последняя точка над «И», — прокомментировал я.
— Да уж… К Сахарову зайду. Когда ещё увидимся?..
В пятницу с утра Загит ушёл на дежурство. А у нас у всех начался очередной рабочий день.