Невеста понарошку, или Сиротка для дракона
Мое сердце теперь стучит где–то в горле, оглушая. Делаю несколько глубоких вдохов и осторожно придвигаюсь к дверце, за которой скрылся дракон, чтобы лучше слышать происходящее на улице.
– Ох, ваша светлость, это ваша карета, – голос полон досады, – простите, конечно, но сами понимаете, ситуация серьезная, мы бы ни за что не останавливали вас по пустякам. Очень неудобно, но войдите в наше положение. Такое несчастье могло произойти с кем угодно, не приведи Свет!
До меня доносится звук копыт, кто–то еще подъехал и спешился. Неужели Грегори?
– Не такой уж этот тракт и небезопасный, убийств давно не происходило. Кареты с сопровождением стараются не трогать или просят откуп за проезд. Неужели девушка путешествовала совсем одна, возница не в счет. Я, например, свою невесту никуда бы не отпустил одну, чтобы с ней ничего не произошло, – холодно обрывает Стефан. – И любой дракон должен так поступать, верно, Грегори?
Да, это мой бывший жених прибыл. Не поленился, лично поисками занялся. Пускает пыль в глаза, или ему нужно точно знать, что со мной произошло?
Заставляю себя мыслить здраво, а не ударяться в панику, и срочно меняю собственный план действий.
У экипажа две двери, внимание мужчин снаружи сосредоточено лишь на одной из них. Есть вероятность, что никто не сторожит выход с противоположной стороны. У меня есть шанс проскочить в обход всех и затеряться в лесу. Мужчины заняты разговором, они не будут прислушиваться к посторонним звукам.
Осторожно передвигаюсь в противоположный бок, а снаружи тем временем продолжают диалог.
– Стефан, рад видеть тебя в добром здравии, – произносит Грегори совсем нерадостно. – Путешествуешь? А у меня такое несчастье. Может быть, твою карету быстро осмотрят, да и не будем дольше задерживаться? Отправишься дальше по своим делам. К чему разводить полемику по тому, как должен или не должен вести себя дракон?
Кто–то делает несколько шагов в сторону экипажа…
Глава 15
А я ускоряю свое ерзанье по направлению к противоположной двери. Нет уж, я так просто не сдамся.
Почему Грегори не отправил вместе с невестой охрану? Что ему стоило позаботиться о сиротке еще раз? И наверняка был бы уверен, что добралась девушка, никуда по пути не делась.
А он так не сделал, что возвращает к первому вопросу. Почему?
На дверь кареты ложится чья–та рука, я как никогда близка к раскрытию. Нужно прыгать, а уже дальше разбираться на месте.
– Я так не думаю, – громко и уверенно говорит герцог. – И уберите руки от частной собственности! – судя по звукам подошедшего отталкивают. – Я не дам вам досматривать карету только потому, что подданный вашего королевства оказался настолько беспечен, что погубил наследницу рода! На вашем месте я бы завел дело на несостоявшегося жениха за оставление бывшей невесты в опасности.
Стефан рассуждает прямо как я, подкупает. Невольно улыбаюсь и передумываю прыгать в неизвестность.
– Что? Да я никогда! Она сама отказалась от охраны, не хотела никого обременять, настаивала на том, что негоже в монастырь ехать, как избалованной леди, – возмущается Грегори. – Да, я не настоял на своем, но я в принципе не был обязан следить за Адрианой, помолвка разорвана! Я присматривал за несчастной сиротой исключительно по доброте душевной! И сейчас беспокоюсь за нее по этой же причине!
«И по доброте же душевной ты оставлял шанс на нападение разбойников. Или сам донес им, когда на меня напасть?» – мысленно вопрошаю.
– Доброта – это прекрасно. Но вы меня задерживаете, господа. Потрудитесь очистить дорогу. В карете нет ничего интересного, лишь моя спящая невеста. Я не дам ей мешать, у вас тут девушки таинственным образом пропадают, – с этими словами дверь резко открывается, и в нее ловко запрыгивает Стефан, я успеваю натянуть капюшон накидки пониже и отвернуться. – Трогай, Джеф!
С улицы доносится возня и вялые споры между сопровождающими герцога и остальными, но вскоре карета трогается со своего места и набирает полный ход. Расслабленно выдыхаю и скидываю с себя капюшон. Это является моей ошибкой.
– Хм, значит, ты уже занятая невеста, – произносит Стефан, не сводя с меня внимательного взгляда.
– Не понимаю, о чем вы. Я не невеста, я ведь только из монастыря, как бы я там встретила кого–то? – изображаю недоумение на лице.
– В монастырь служителей Солнца часто приезжают по поручению аристократов, спонсирующих это заведение, дабы присмотреться к воспитанницам и подобрать себе если не невесту, то хорошую послушную прислугу. Редко какая девушка выходит за пределы родных стен монастыря без предложения о работе в кармане. Но ты, конечно, это и сама прекрасно знаешь, – прищурившись, рассказывает дракон.
Буквально с секунду молча хлопаю ресницами, допустив заминку, а потом отвечаю.
– Само собой, ваша светлость. Но у меня уже есть план относительно будущей жизни, я ведь вам говорила, я не всегда была сироткой, впрочем, как и остальные воспитанницы подобных заведений, – вежливо парирую.
Он может сколько угодно догадываться, но это ничего не значит. Я не собираюсь облегчать ему задачу и преподносить свою историю на блюдечке с голубой каемочкой.
– И многих зовут Адрианами, да? – насмешливо выгибает бровь Стефан.
– Не многих, но ведь это имя придумано не для одной меня, так же как Стефан не один на свете, – невозмутимо выдаю аргумент.
– Логично, – кивает дракон. – А разбойники вчера просто вошли во вкус, да? Там карета, тут карета. Кстати, откуда у сиротки карета, дожидалась своего часа за территорией монастыря? Когда же владелица вернется в простой мир?
– А я была без кареты, верхом отправилась. Мне одолжили старую никому ненужную клячу, но ее отобрали разбойники.
– То есть я мог позволить Грегори вместе со стражниками заглянуть внутрь экипажа, да?
Чувствую, как мой левый глаз предательски дергается, но нужно играть до конца.
– Это ваш экипаж, ваша светлость, вам и решать, как с ним поступать, – произношу ровным тоном голоса, тщательно контролируя интонацию.
На этот раз дракон дольше сверлит меня взглядом, а потом вдруг смеется.
– Хорошо, будь по–твоему, просто Адриана. Расслабься уже и дыши глубоко, побледнела вся. На вот, у меня завалялась баночка с нюхательной солью Гвендолин. Они сейчас очень популярны в столице, девушки без них не выходят из дома. И мне одну сунули, – говорит он и протягивает мне небольшую железную баночку. – Делай глубокие вдохи, сразу полегчает, – договаривает и как будто теряет ко мне интерес, отворачиваясь к окну, которое минутой ранее успел открыть.
Смотрю на врученное приспособление с легкой долей скептицизма, а потом все же позволяю себе неслышно вдохнуть аромат, тоже отвернувшись, но к своему окну, открывать занавеси на котором нет никакого желания. Аромат из баночки доносится приятный: корица, лимон и пряности. Мой любимый запах еще с прошлой жизни. Я вдыхаю еще и еще, натянутая пружина внутри меня расслабляется, проблемы отходят на второй план, а глаза отчего–то начинают слипаться, и я не замечаю, как засыпаю под мерный стук колес…
Глава 16
Пробуждение оказывается резким. Я словно выныриваю из проруби: бодряще и отрезвляюще, а еще по–настоящему радостно от того, что больше не нужно мерзнуть, можно, наконец забраться в тепло. По инерции подтягиваю к себе покрывало и понимаю, что я лежу на кровати.
Но я не помню, чтобы я вчера добралась до завещанного дома. Зато в голове возникают смутные воспоминания о том, как я нюхаю ароматную соль и внезапно начинаю хотеть спать.
– Твою налево! – ругаюсь в полголоса совсем не как сиротка, аристократического происхождения. – Что намешано в той соли, что она так действует?
Вопрос остается без ответа, поскольку я не могу на него ответить, а рядом со мной на кровати, да и вообще в комнате, нет никого, что не может не радовать. Сейчас у меня куда более насущный вопрос: «Где я?».