Лесник поневоле 2.0 (СИ)
— Илья, мы должны доложить сами, причём самому Ильичёву, а копию — Судоплатову.
— Геннадий Алексеич, но существует порядок. Матюнин доложится, а уж начальство само сделает выводы. Ну не наш это уровень. Там же умные люди сидят.
— Если мы неправы, то нас накажут — ты этого боишься?
— Но я не думаю, что Григорий Иванович предатель, этого не может быть!
Друзья препирались, причём один просто не хотел выносить сор из избы и выглядеть кляузником. А другой собирался всерьёз дать по сусалам неведомым ему заговорщикам. Да, Гена тоже понимал, что никакие «матюнины» не работают на фашистов. Просто срут помаленьку в борьбе за то, чтобы их вышестоящие начальники забрались повыше по карьерной лестнице. И естественно подтягивали за собой своих крысят. Тоже чуток повыше.
Другое дело, что Межов сознательно решил перегнуть палку. Он настаивал на том, чтобы приписать трёх «тшихотшемников», внедрённых в последнюю группу, именно Матюнину. А значит и тем, кто его покрывает. Удар, конечно, наугад, но и Гена отморозок и готов на всё, чтобы ему не мешали воевать. И мозги не компостировали тупыми нотациями. А раздавить человека ему раз плюнуть, обвинив «ни за что».
— Ладно, Илья. У меня есть пара трофейных раций и я сам выйду в открытый эфир, раз ты к Т-600 не подпускаешь. Небось и до Ильичёва с Судоплатовым инфа дойдёт, а то и до Берии.
Вот так вот — никакой скромности и толерантности, типичный американский провокатор и шпион. Так советские интеллигентные люди не поступают между прочим. Они своим друзьям говорят о том, что доносить нехорошо, что это мерзко и ниже уровня достоинства. Поэтому и пишут доносы на тех же друзей тайком и анонимно, соблюдая деликатность. Они же не быдло из работяг и колхозного мужичья, чтобы прямо в лицо правду-матку громко говорить.
Впрочем можно сколько угодно недовольство проявлять, но кто-то должен быть мудрее…
Глава 23
Глава двадцать третья
Трофимов решил пойти на уступку, считая что Межов попозже осознает свою неправоту и даже извинится.
— Ладно, Гена, не надо. Давай официально рапорт отправим, устал я тебе доказывать. Но помни, ты неправ, это не по-товарищески. Мог бы здесь самому Григорию Ивановичу в лицо сказать. Если он ошибается, то сам признал и исправил бы свои ошибки.
Через ЗАС-аппаратуру ушла объёмная кляуза на последнего посетителя, «проявившего себя врагом народа». То есть, шпионом под видом партийного функционера, попытавшемся внедрить своих агентов в секретное учебное подразделение. Такой рапорт самому Матюнину не понесут, доставят тому, кому адресовано. А уж самое верхнее руководство свои меры примет, чтобы во всём разобраться.
Межов прекрасно знал, что порой эфирная война приносит более серьёзные результаты, чем боестолкновения. И ничуть не жалел, потратив изрядно времени на донос. Так что, когда донесение дошло до Ильичева, тот сразу же связался с Судоплатовым. Раз тому тоже положена копия. И не важно, что поделился инфой с разведкой НКВД, а не с контрразведкой, как положено.
Дальше колёсики быстро завертелись и все связи Матюнина были проверены под микроскопом. Заодно за ним установили слежку, выявив его контакты и лишь затем арестовали. Ну и тех, кому Григорий Иванович передавал «по-дружески» некоторую секретную информацию, так же вывели на время за скобки. Обе «крыши» начали каяться и сдавать своих подручных в различных других ведомствах.
Очередная чистка в итоге зацепила в основном почему-то тех, кто настаивал на наступлениях на всех фронтах. То ли они хотели таким образом отличиться, то ли искренне верили что именно это приведёт к скорейшей победе. Сталин и Берия настолько удивились столь странной однобокости расследования, что решили пересмотреть даже свой подход. Так что общий акцент начал меняться в сторону удержания позиций на фронте. Неизвестно пойдёт ли это на пользу, но лишь сама война покажет что к чему. А то слишком много тех, кто спешит победить любой ценой, не считаясь с потерями. И слишком много уже этих потерь от поспешных атак набралось.
… Докладная о Леснике достигла высшей точки, попав на стол рейхсфюрера СС в середине июня. Сразу после первичного ознакомления он срочно вызвал обоих соавторов, но после трёх минут беседы отправил начальника лаборатории обратно. Ясно было, что штурмбаннфюрер СС Отто Гильт намного больше в теме, чем его начальник.
— Получается, что русские из будущего направили не только агента, но и образцы вооружений? Тогда выходит что мощность установки недостаточно велика. Иначе здесь была бы уже целая армия. Всё-таки почти год прошёл.
— Так точно, Лесник ограничен в возможностях. Но даже их он умело использует.
— Ну, что же, герр оберштурмбаннфюрер… это ваш новый чин… поручаю вам возглавить проект по поиску и поимке Лесника. Любые средства и возможности СС в ваших руках. Обращаться будете лишь ко мне и к тому, кого я назначу вам в поддержку. Никаких рапортов на сторону, помните об этом.
После того, как окрылённый Гильт покинул кабинет, Гиммлер призадумался всерьёз. Если Германия выиграла войну, то каким образом в России смогли создать машину времени? Для такого нужны огромные средства, оборудование и специалисты. В будущем не могли прохлопать исследования такого уровня.
Если же Германия проиграла, тогда зачем кому-то менять победную Историю? Или война столь долго длилась, что её решили ускорить? Последний вариант вывел одного из далеко неглупых фашистских лидеров на странный вывод — а чем лично для него, Генриха Гиммлера, закончилась война. Чем именно ему обернулось поражение? Впрочем ответ ясен и без Лесника…
— Эх, хорошее оружие ты задействовал, Геннадий Алексеевич, — искренне радовался Филатов.
— О чём ты, Андрей Платоныч? — не сразу врубился полковник.
— Раньше, чтобы что-нибудь взорвать, нужно было добраться и заминировать. А охрану сложно преодолеть. Теперь же стрельнул издалека ракетснарядом и готово. Германцы просто столько охраны не наберут, чтобы всё перекрыть.
Действительно, увеличение дистанции поражения целей требовало соответствующих изменений в организации охраны. А они не всегда возможны, да и требуют увеличения числа охранников и патрульных. И где их брать? Есть, конечно же и минус. Всё-таки минирование по определению имеет высокую степень точности, а ракеты нередко мимо пролетают. Тем не менее фашистское командование уже имело сложности с восполнением бронетехники и поставками ГСМ.
Армии Клейста из-за дефицита горюче-смазочных толком не удалось прорвать оборону 9-ой армии. Просто задействованной техники не хватило из-за недостатка горючки. В результате, весь план контрудара пошёл насмарку. И хотя попытку взять в кольцо армию Паулюса русские отменили тоже, но по-крайней мере начали отвод войск с Барвенковского выступа. В дело шаг за шагом вступала новая советская инициатива по «выравниванию фронтов». Задержка Манштейна позволила Рокоссовскому добраться в Крым и оценить расстановку сил. Именно неудачную расстановку, которую под его давлением тут же начали исправлять различными передислокациями подразделений. И дело даже не в том, что Керчь удержали, а в том, что армия Манштейна застряла в итоге на полуострове и не присоединилась к другим. А финальным аккордом мая явился подход резервной армии генерала Панфилова и опять в те же края.
И как тому же Паулюсу с другими добраться теперь до Сталинграда?
Впрочем наши диверсанты были далеки от перепетий на фронтах, они занимались своим делом, регулярно и действенно. Охота за фашистским речным транспортом на Буге привела к дефициту судов. Заодно образовалось достаточно мест для забрасывания новых польских диверсинных групп. Мало того, поляков массово снабжали магнитными минами. Такую и простой крестьянин может прилепить к чему-нибудь, выставив часовой механизм на нужное время. Вроде простенько, но и в Польше немцы начинают чувствовать себя дискомфортно. Головная боль под общим названием «Полесье» уже всерьёз беспокоила гитлеровское командование.