Гриндер (ЛП)

— Вау, выглядит потрясающе, — говорит Бейли позади меня.
Я сразу же обернулся, на моем лице уже играла улыбка, когда я увидел ее стоящей в комбинезоне с ведрами и огромным набором инструментов.
— Эй, я не думал, что увижу тебя раньше.
Она робко улыбнулась мне.
— Твоя мама повела ее на педикюр в честь дня рождения, так что я подумала, что начну заниматься тем драконом, о котором мы говорили.
  
— Да, звучит фантастически. Ты уверена, что ничего не имеешь против?
Ее таланты были намного лучше, чем у четырехлетней девочки, играющей в замок.
— Я сделаю это с удовольствием. Тогда у нее всегда будет частичка меня здесь.
На ее лице снова появилась эта печальная улыбка.
— Что ж, мне нравится эта идея, но ты ведь тоже будешь здесь, верно? Что-то случилось?
Бл*ть. Неужели я облажался прошлой ночью? Она кончила, по меньшей мере, пять раз. Я считал. Я хотел быть уверенным, что, если она когда-нибудь покинет мою постель, ей будет трудно заменить меня.
С другой стороны, мне хотелось надеяться, что она не захочет уходить.
— Нет, — сказала она, но смотрела себе под ноги.
— Бейли. Мы дружим с детства, и мне кажется, я могу с точностью сказать, когда ты лжешь.
Она подняла голову и поразила меня своими великолепными глазами.
— Я в порядке, серьезно. Просто… у нас не было возможности поговорить о…
— О невероятном, умопомрачительном сексе? Или о том факте, что мы как бы перешли черту, которую договорились не пересекать? Или о том, что я не могу удержаться от мыслей о том, как идеально ты подходишь мне?
Она покраснела.
— Тише, — приказала она шепотом.
— Почему? — пожал я плечами. — Мне все равно, кто узнает. Черт, возможно, мне придется поцеловать тебя публично, просто чтобы обозначить свою территорию для всех парней в округе. Ты не можешь доверять похотливым хоккеистам.
— Давай просто оставим это между нами на сегодня, хорошо? По крайней мере, пока мы не сможем поговорить наедине.
Мне не нравилось, как это прозвучало. Я наклонился и прошептал ей на ухо:
— Конечно, если ты имеешь в виду, что я планирую раздеть тебя позже.
Она улыбнулась и покачала мне головой.
— Позже.
Мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы не поцеловать ее, но я уважал ее желания. Надеюсь, она не думала, что у нас был секс на одну ночь, но после всего, что она видела, я не мог винить ее, если бы она так подумала.
Сегодня вечером мне просто нужно было исправить эту линию мышления. Я едва мог дождаться.
С молотком в руке я взобрался на плоскую часть на вершине замка Летти и начал прикреплять черепицу к верхушкам башен. После каждого ряда я смотрел вниз, чтобы увидеть Бейли за работой, ее внимание было сосредоточено исключительно на зеленом чешуйчатом драконе, который будет охранять замок моей принцессы. Не то чтобы Летти в этом нуждалась. Моя девочка с большей вероятностью схватила бы меч, и сама стала защищать свой собственный замок.
Но мне чертовски понравилось, что Бейли вкладывала свою любовь в подарок Летти так же, как и в наш дом — без оговорок и сожалений. Пока что.
Я выбросил эту мысль из головы. Бейли не была такой, как все остальные женщины. Если бы она ушла, то это произошло по чертовски веской причине. Мне просто нужно было убедиться, что я ей его не подарю.
— Подай мне еще одну? — попросил я Уоррена, и он продолжил нашу сборочную линию, пока я покорял эту сторону крыши, а Рори — другую.
Взяв в руку еще одну черепицу, я поднял ее до линии крыши и начал прибивать…
— Ну, разве это не самая милая вещь на свете!
Приторно-сладкий голос задел каждый мой нерв и отправил их всех к черту за ту миллисекунду, которая потребовалась ей, чтобы заговорить.
Хелен.
Моя голова повернулась, чтобы увидеть нашего незваного гостя, и моя челюсть отвисла одновременно с молотком.
Молоток, который обрушился прямо на мой гребаный палец.
— Проклятье, твою мать! — крикнул я, бросая молоток на пол рядом с собой и осматривая свою руку.
— Что ж, мне кажется, не совсем уместно использовать подобные выражения в присутствии нашей дочери, не так ли? — спросила она, сжимая свои идеально ухоженные руки в кулаки и кладя их на бедра, обтянутые одеждой от «Прада». Она поджала губы под огромными солнцезащитными очками, ее длинные светлые волосы струились по спине, и ледяная ярость наполнила мои вены.
Каждый молоток вокруг нас остановился, когда мы стали центром притяжения.
— Поскольку Летти здесь нет, я буду использовать те выражения, которые сочту нужным. Какого хрена ты здесь делаешь, Хелен?
— К черту все это, дай мне посмотреть на твою руку, — прикрикнул Уоррен, осматривая мой пульсирующий безымянный палец на левой руке. — Черт возьми, ты сильно ударил его. Можешь его согнуть?
— Летти. Какое ужасное прозвище. Я пришла повидать Скарлетт, потому что завтра у нее день рождения, разумеется, — сказала она так, будто это было просто — будто она была из тех мам, которые все время думают о своем ребенке.
— О, ты придешь на вечеринку? — спросил новичок.
— Заткнись нах*й, новичок, — оборвал его Рори.
— Вечеринка, завтра, да? — спросила Хелен.
— Ты можешь согнуть его? — снова спросил Уоррен.
Это было трудно, — как отвести взгляд от паука, которого нужно убить, — но я перестал на нее смотреть. И согнул пальцы.
— Да, но чертовски больно.
Палец был красным, пульсирующим, и, вероятно, его нужно было зафиксировать бинтом.
— По крайней мере, он не сломан. — Уоррен посмотрел туда, где ждала Хелен. — Может быть, поговорите с ней в доме, — прошептал он. — Не всем этим парням нужно знать о твоих делах за два дня до того, как мы сразимся с Онтарио.
Я кивнул в знак согласия и спрыгнул с вершины замка. Глупо, учитывая, что я мог бы просто облажаться множеством способов, но это не могло больше ждать.
— Гейдж, — позвала Бейли.
— Позже, — огрызнулся я на нее, затем закрыл глаза. Я глубоко вздохнул и повернулся туда, где она стояла, забрызганная краской, даже на кончике ее восхитительного носа. — Боже, прости, Бейли. Просто… Мне нужно разобраться с этим.
Она кивнула, движение было слабым. Я хотел поцелуем стереть испуганное выражение с ее лица, заверить, что я не собираюсь делать с Хелен ничего такого, о чем мог бы пожалеть, но сначала мне нужно было выгнать гадюку из нашего дома.
— Так приятно видеть, что ты все еще таскаешься за Гейджем, Бейли, — промурлыкала Хелен.
Взгляд заволокла красная пелена.
— Зайди в гребаный дом, Хелен.
Она покачивала своей задницей вверх по лестнице впереди меня, пока я обдумывал то, что собирался сказать. Мне хотелось разорвать ее на куски за то, что она бросила нашу дочь, но я должен был держать голову прямо. Я ждал этой возможности почти два года и не мог ее упустить.
— Здесь мило, — сказала она, оглядывая нашу комнату для завтраков, ведущую на кухню. — Художница, да? — спросила она, увидев два мольберта, которые Бейли выставила на солнечный свет, чтобы она могла рисовать вместе с Летти.
— Бейли оказывает хорошее влияние, — сказал я, проходя мимо нее и направляясь прямо к столу на кухне. Я открыл картотеку внизу и вытащил оттуда конверт из плотной бумаги. — На самом деле я очень рад, что ты пришла, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно ровнее, когда я вернулся в столовую. Я не хотел, чтобы она была на кухне. Хелен была как болезнь, и мне хотелось, чтобы она была как можно дальше от любимой комнаты Бейли и моего любимого воспоминания.
— Я тоже, — сказала Хелен, натягивая солнцезащитные очки на макушку. — Но мне жаль, что здесь нет Скарлетт. Она спрашивает обо мне?
Ее глаза были широко раскрыты, но в них не было ни печали, ни искренней заботы о маленькой девочке, которую мы создали.
— Нет.
Ее рот приоткрылся.
— Серьезно? Я имею в виду… Я ее мать.
— Только на уровне биологии, — не отрицаю я. — Ты ушла, когда ей едва исполнилось два года, в ту минуту, когда доктор сказал, что я пропущу остаток текущего сезона и весь следующий. Все, что она знает о тебе, — это то, что тебя здесь нет.