Беспросветное солнце Бажен (СИ)

— Жень, а ты любишь домашние засолки?
— Это, типа, солëные огурцы и помидоры? Да, очень! Любые!
— Прям любые? — я улыбнулся, предвкушая его мордаху. — Ну тогда предлагаю попробовать любимую закрутку моей мамы. Она недавно передавала посылку с соленьями со знакомыми. Думает, я тут голодаю, — я улыбнулся, вспомнив о еë заботе, и вскрыл литровую банку со светлыми кусочками. — Прошу!
Женька с азартом ткнул вилкой в самый большой кусок и отважно сунул его в рот. Секунда-другая и его лицо скривилось, в попытке разжевать и проглотить еду.
— М-м… как фкусно. Фто это? — прошамкал он с набитым ртом и оглянулся, словно раздумывая, куда бы выплюнуть амброзию.
— Мочëные яблоки с чесноком, хреном и смородиной, — оповестил я и захрустел таким же кусочком. — Если что, ведро под раковиной.
Но Женька замотал головой и храбро проглотил, наверняка зажмурившись.
— Обалдеть, — только и выдохнул он и засунул в рот сразу половину сосиски, явно в попытке убрать послевкусие.
— Прости, не смог удержаться, — я рассмеялся, вспомнив его скривившиеся губы. — На самом деле, это довольно вкусно. Мамина фишечка, которой она всех безжалостно балует. Просто тебе непривычно. Ладно, попробуй огурцы.
Женька с опаской понюхал банку, подцепил огурчик, лизнул его на пробу, и только тогда захрустел, споро закидывая в себя сосиски и макароны.
— А что в третьей банке?
— Твоё лекарство, помимо аптечных препаратов. Стопроцентное средство, испытанное поколениями. Если ты наелся, то сейчас самое время начать лечение.
— Звучит солидно. И что это? На варенье похоже.
— Целебная смесь из лимона, мëда, имбиря и чеснока, — я предполагал его реакцию и не ошибся.
— Я не буду это есть! Чеснок с мёдом — это вообще, как? Я не буду!
— Будешь! И я с тобой ложечку этой гадости съем, для профилактики. Она лучше любых синтезированных лекарств. Завтра о простуде и не вспомнишь!
— Макс, я не буду! Я уже не болею! Я резко выздоровел! — очередной чих подоспел как нельзя кстати, и Женька вцепился в свои очки, чтобы их не стряхнуло.
— Давай-давай. Одну ложечку! И радуйся, что тебя не заставляют запивать эту гадость горячим молоком с растаявшим маслом, как меня в детстве! А вот нюхать не советую, так глотай! Лучше проскакивает, — я воспользовался законным поводом прикоснуться и нажал на Женькин подбородок, приоткрывая рот.
Когда чесночная сладость оказалась у него на языке, Женька скривился, совсем как я в детстве, и замахал руками. Хмыкнув, я почти спокойно проглотил свою порцию и закрутил крышку.
— Лучше уж и вовсе не болеть, чем ты меня такими драконовскими методами лечить будешь, — пробурчал мальчишка, закусывая солëным огурцом. — Но спасибо! — и он светло улыбнулся. — Давай помою посуду!
Женька загремел тарелками, взбивая пену на губке, а я подавил своё желание обнять его сзади и прикусить за шею. Нужно на что-то отвлечься.
— Кстати, мне ведь тебя нагадали, — я взял полотенце и начал вытирать чистую посуду. — Ну, в смысле, предсказали, что я тебя увижу.
— Это как?
— В тот день, когда я тебя впервые увидел, я какую-то цыганку встретил. Она что-то говорила такое… не помню точно, но как будто про тебя.
— А, это, наверное, тётя Эльвира. Крупная такая, да? Она по нескольким станциям ходит и любит молодым помочь, внимание привлечь, чтобы люди деньги давали. Жалеет нас, вот и помогает, как может. Правда, довольно оригинально, — Женька фыркнул, о чëм-то вспомнив. — Когда я только пришёл, она какому-то впечатлительному дядьке наплела про Мадонну с дитëм. Ну, знаешь, это когда молодые женщины собирают, держа в руках ребёнка или куклу. Ну вот, тётя Эльвира думала, что дядька той девчонке денег даст, а он еë замуж забрал. Карен тогда орал на тëтю Элю, но она особо не впечатлилась.
— Забавно. Наверное, повезло девчонке и еë ребёнку. Кстати, про твою работу… Ты не надумал уйти? Я помню те слова о том, что обещанного гонорара нет, — я внимательно следил за реакцией мальчишки.
— Да, нету, но пока и идти некуда. Тут всë равно больше получается, чем если листовки раздавать, например. Поверь, у меня всё посчитано, — он криво усмехнулся.
 
— А если бы тебе кто-то просто дал эти деньги? Ты бы взял? — я изо всех сил постарался произнести это нейтрально, но Женька все равно уставился на меня с подозрением.
— Кто?
— Ну, кто-нибудь. Я не знаю… доброжелатель?
— Нет, не взял бы. У меня нет знакомых, которые могут выложить полмиллиона просто так. А если занимать, то придётся отдавать с грабительскими процентами или отрабатывать, причём способы могут быть разные. Нет уж… — он закончил мыть посуду и начал оттирать раковину. — Я накоплю сам. Найти бы только хорошую подработку. Если у тебя есть идеи, то буду рад. А мечтать о чуде, если честно, не хочется. Сколько ни мечтай, реальность от этого не изменится, — Женька явно упëрся, закусив удила. Ладно, будем работать над этим.
— Фильм посмотрим? — я сменил тему, развешивая полотенце на сушилку.
— Ну, только если недолго, мне домой нужно. А может, посмотрим ужастик? Чур, я выбираю!
Включив фильм про мистического клоуна, мы с ногами забрались на диван. Так естественно и так уютно… Но когда зубастая челюсть впервые распахнулась на весь экран, Женька шарахнулся в сторону и вцепился в мой локоть ледяными пальцами.
— Эй, ты чего? — надо же, боится. Хотя сам предложил ужасы.
— Да неожиданно просто. Во мерзость, а? — он бравировал, но я слышал его дрожащий голос.
— Если хочешь, выключим?
— Да не, пустяки, — смутившись отмахнулся он и вновь уставился в экран с каменным лицом, даже не вздрагивая.
Хотя у меня было стойкое ощущение, что он просто закрывает глаза на страшных моментах. А жаль. Мне понравилось, как он неосознанно метнулся ко мне. А если бы он ещё раз схватил меня за руку, то можно было бы переплести пальцы.
Рассеянно думая об этом, я мягко провалился в сон. Ночной недосып всё-таки догнал меня и стукнул по темечку.
***
Из тяжёлого сна я выныривал постепенно. Каким-то десятым чувством понял, что Женька рядом, и не стал открывать глаза. Судя по бравурной музыке, мальчишка включил «Пираты Карибского моря», значит, ужастик либо закончился, либо его просто закрыли. А я почему-то лежу. Сидел же? Неужели так вырубился, что автоматом развалился и выпихнул гостя с дивана?
Лениво пытаясь найти ответы на свои вопросы, я почувствовал невесомое прикосновение ко лбу. Женька осторожно убрал мои волосы и подушечками пальцев провёл по щеке. Это было щекотно, но я сдержался, желая узнать, как далеко он зайдет, изучая меня.
Не замечая во мраке того, что я проснулся, Женька медленно и очень нежно провёл ладонью по груди и огладил плечи. Его движения были настолько плавными и ласковыми, что моё тело предсказуемо отозвалось, наливаясь жаром. И кажется, фокусник заметил это, потому что его ладонь осторожно скользнула по моему животу, двигаясь вниз, а я запаниковал. Если он дотронется до моего стояка, то я не смогу сдержаться. У меня так давно никого не было! Вопрос, хочет ли этого сам Женька, или на такие эксперименты его толкнуло банальное любопытство?
Не придумав ничего лучше, я пошевелился и глубоко вздохнул, как будто начинаю просыпаться. Пусть у него будет выбор, остаться или отодвинуться, притворившись, что этих прикосновений не было.
К сожалению, рука мальчишки сразу исчезла, и открыв глаза я увидел его сидящим на полу в другой стороне от меня. Женька чересчур прямой спиной облокотился на сиденье дивана, делая вид, что провёл тут последний час, но его пылающие уши можно рассмотреть даже при скудном свете экрана. Я украдкой вздохнул.
— Ты чего на полу?
— Ты спал. Крепко. Будить было жалко, — жалко ему, как же! А наглаживать меня, чтобы потом сбежать, не жалко?
— Извини. Не выспался, вот и вырубило. Сколько времени?
— Почти одиннадцать. Мне домой пора. Запрëшь? — он упорно отводил взгляд.
— Если хочешь, ты можешь остаться. Болеешь же, — внутренний голос ехидно напомнил о том, что в моей однокомнатной квартире спать можно только на единственном диване.