Высокий, молчаливый и смертоносный (ЛП)

На данный момент они и так по уши в дерьме, чтобы еще и беспокоиться о этой группе, желающей «помочь». Ему нужно поместить Хлою в безопасное место, и быстро. Нужно…
— Убирайся, Кристофер, — сказала Хлоя, скрестив руки на груди поверх одеяла, когда отступила и повернулась спиной.
— Именно это я и пытаюсь сделать, — заметил он и потянулся к ней, но она отошла подальше, оставив его стоять там с согнутыми руками и желанием схватить ее и отшлепать по прекрасной попке.
— Нет, — сказала она, качая головой и заставляя свои спутанные локоны раскачиваться от движения, — не думаю, что ты понимаешь.
— Так заставь меня понять, — сказал Кристофер сквозь зубы, заставляя себя стоять на месте, хотя они должны были бежать изо всех сил.
— Я никуда с тобой не пойду, — заявила Хлоя и с напряженной спиной стала уходить. Он наблюдал, как она остановилась перед огромным дубом и прислонилась к стволу, продолжая стоять спиной, когда подняла листок и начала с ним играть.
— Ой ли? — сказал он обманчиво спокойным тоном, когда подошел к месту, где она стояла, и прислонился к дереву рядом. Стиснув челюсти, он сосредоточился на листве, которую она находила очаровательной. — И почему же?
— Пришло время двигаться дальше, — пояснила она скучающим и немного раздражительным тоном из-за необходимости все разъяснять.
— От чего именно? — спросил он, наклоняясь и беря свой собственный листок.
— От всего, — сказала Хлоя с тяжелым вздохом.
Он невесело усмехнулся, когда до него дошел истинный смысл ее слов.
— Ты имеешь в виду от меня.
— Да, — ответила она после малейшего колебания, словно пыталась пощадить его чувства. Он оценил это, действительно оценил, но знал, что она лжет.
Если бы даже ее запах не подсказал ему, что она на самом деле задумала, то его собственный опыт, когда он пытался провернуть подобное с Мартой после их побега, помог. Когда они достигли Англии, он попытался оставить ее в приюте, сказав ей, что это к лучшему. Когда это не сработало, он сказал ей, что ему все надоело и нет желания возиться с маленьким ребенком.
Марта слушала его, скрестив свои маленькие ручки на груди. Когда он закончил врать, она кивнула, подняла палку, которую нашла на земле, и продолжала преследовать его по тускло освещенной улице, проклиная и оставляя раны на его руках, спине и ногах, пока Кристофер не взмолился о пощаде.
Он пообещал никогда не пытаться бросать ее снова, отбросил палку, шлепнул по заднице, прежде чем перекинуть через плечо и понести прочь от приюта.
— Это твой способ сказать мне, что не заинтересована во мне? — спросил он, сдерживая довольную улыбку, потому что видел эту сцену сотни в раз в фильмах, которые Марта заставляла его смотреть. Боже, как он ненавидел это ужасное кино, но Марта настаивала, что они должны смотреть их вместе. Большинство из них шли по одному и тому же сценарию, который Хлоя пыталась сыграть сейчас.
Она хотела оттолкнуть его, возможно, для его же блага, и, хотя он ценил заботу, никуда не собирался уходить. особенно теперь, когда понял, как ей дорог.
— Меня не интересуют отношения, Кристофер. Мне жаль, если ты решил, что это к чему-то приведет, — сказала Хлоя, рассеянно глядя в сторону, продолжая вертеть листок в руках.
— Ясно, — сказал он, выронив свой разорванный лист, прежде чем схватить следующий и начать играть с ним.
— Отлично, — подтвердила она, медленно кивая и отводя взгляд.
Спрятав улыбку, он тяжело вздохнул.
— Я все понял.
— Хорошо, — пробормотала она после небольшого колебания и кивнула. — Это хорошо.
— Ну, — ответил он, рассеянно потирая грудь, бросил лист и отстранился от дерева. — Думаю, это все, — сказал Кристофер, пожал плечами и пошел.
* * *
Она рассеянно кивнула, но когда до нее дошел смысл его слов…
— Подожди, что? — спросила она, пока он шел. — Что значит это все? — потребовала Хлоя, раздраженная и немного смущенная тем, что он мог так легко уйти, после всего, через что им пришлось пройти. Она не ожидала и не ждала упрашиваний, но одно-два слова в попытке заставить ее передумать были бы оценены по достоинству. Ее гнев заставил ее пойти за ним.
 
С каждым шагом, что она делала по усыпанной камнями и ветками земле, ее раздражение и замешательство все больше превращались в досаду и гнев. Хлоя пыталась отвадить его как можно мягче, чтобы обезопасить, потому что любила, он воспринял ее слова как предлог, чтобы бросить.
— Я ценю, что ты мягко меня бросила, — сказал он, пожав плечами и едва заметно оглядываясь через плечо, пока продолжил идти.
— Да, это я могу, — сухо ответила она и поморщилась, когда ветка хрустнула под ее ногой и впилась в кожу.
Он указал направо.
— Если ищешь главную дорогу, тебе лучше идти в ту сторону.
— А куда ты направляешься? — спросила она, бросившись его догонять, но едва достигла, он вновь увеличил дистанцию.
— О, я не знаю, — размышлял Кристофер, пока она снова попыталась догнать его, испытывая искушение надрать ему зад, когда еще одна ветка сломалась под ногой. — Я подумал, что, возможно, пришло время взять отпуск.
— Отпуск? — повторила она, решив, что ей послышалось.
— Ага, — сказал он, потянувшись рукой назад и потирая шею, — мне действительно не помешал бы отпуск. Где-нибудь в тропиках.
— Отпуск в тропиках, — повторила она, когда ей в голову пришла одна мысль.
Кристофер никогда бы не бросил женщину в беде. Его чувство долга слишком глубоко укоренилось, поэтому невозможно игнорировать. Он перевернул бы небеса и ад, чтобы позаботиться о женщину, за которую чувствовал ответственность, и она чертовски хорошо понимала, что относится к той категории женщин.
Не особо лестно считать себя ответственностью, но для него это так. Кристофер никогда бы не ушел так просто и легко, чтобы отправиться в отпуск, а значит…
Этот ублюдок играл с ней.
Она подтянула одеяло повыше, прищурилась и ускорила шаг, пока не догнала его, затем продолжила идти, решив, что сыта по горло этими играми. Если он хотел побыть мудаком, то ей все равно. Она пыталась его обезопасить, а он дурачится? Серьезно?
Ой, да не пошел бы он на…
— Спешно убегаешь от меня, mein Schatz? — поддразнивающе спросил он, легко догнав ее.
— Отвали, придурок, — рявкнула она, снова ускорившись, но это было бессмысленно, поскольку благодаря длинным ногам Кристофер с легкостью за ней успевал.
— Ох, — сказал он с притворной гримасой, еще больше ее зля. — Что случилось с нежным очарованием?
— Уехало в отпуск! — огрызнулась Хлоя, удивляясь, как умудрилась влюбиться в этого придурка.
Из всех мужчин, которых она знала в своей жизни, ей выпало влюбиться с того, что ее раздражал и выводил из себя. Опять же, это могло быть побочным эффектом Стокгольмского синдрома, которым она с уверенностью в девяносто девять процентов страдала. Как еще объяснить тот факт, что она до сих пор не надрала ему зад? Да еще и переспала с ним?
Боже, она полное ничтожество.
Возможно, этот ублюдок что-то замышлял, говоря об отпуске. Поскольку за ней гонялся какой-то ненормальный оборотень, толпа вампиров, демонов и рядовых оборотней, она могла с таким же успехом уехать и спрятаться на любом тропическом острове, пока все не уляжется. Она никогда не была в настоящем отпуске раньше. По крайней мере, со времен детства.
Теперь уже точно ничто не мешало ей исчезнуть. У нее были деньги в банке, но отсутствовали обязанности и работа. Конечно, она копила деньги на дом, когда ей надоест жизнь медсестры, живущей при нанимателе, но, очевидно, этого никогда не произойдет…
Тогда почему бы и нет?
Почему бы ей не прятаться на тропическом острове, развалившись на пляже, пока горячие парни не подавали бы ей фруктовые напитки с зонтиками? Она более чем заслужила это. С каждым шагом в неизвестность мысль о тропическом острове крепла.
Конечно, у нее не было удостоверения личности, кредитных и банковских карт, наличных или одежды, но все это легко решалось быстрым звонком в агентство.