Враги (СИ)
Он не знал, сколько времени прошло прежде, чем очнулся - немного, судя по всему, потому что Натаниэль лежал на боку все в том же крепостном дворе, все так же торчала из груди стрела, и отчаянно хотелось закашляться - но малейший вздох взрывался болью. Перед глазами маячили сапоги, полуприкрытые полой... кажется, все-таки мантии, не юбки. А кругом все выло, ревело, визжало нечеловеческими голосами. Бочка с гаатлоком все-таки взорвалась. То ли после первых выстрелов сдали нервы у солдат, то ли крестьяне, напуганные, шарахнулись, тесня стражу и тем пришлось взяться за оружие - было уже неважно. Быть может, тот стрелок был нанят даже не для покушения на командора, просто решил, что так будет более впечатляюще - раз уж она там оказалась. Те же две стрелы в толпу - и тот же результат. Серые стражи утопили в крови крестьян, пришедших договариваться мирно.
Натаниэль хотел выругаться, но для этого надо было вдохнуть - а дышать не получалось. Перед лицом по-прежнему топтались сапоги Андерса, яростно визжала Веланна, где-то - ровно и четко, точно на плацу - командовала Элисса, и срывал голос капитан стражи, что-то приказывая своим людям. Стрел с башен больше не было - скорее всего, стрелок под шумок улизнул, а настоящие стражники... поди разбери, в кого стрелять, в этакой-то мешанине.
Нехорошо валяться, когда кругом такое делается, подумал Натаниэль. Надо бы собраться с духом, обломить стрелу - и попытаться дотянуться за спину, чтобы выдрать оставшееся. Потом зелье. Сейчас... твою мать, больно то как!
-- Подожди чуть-чуть, - сказал Андерс. - Самых настырных...
Что-то затрещало, заискрилось.
-- Веланна, пригляди, - сказал маг и опустился рядом. Хрустнуло дерево, Натаниэль заорал в голос, закашлялся, в который раз сплевывая кровь. Ладони Андерса легли прямо поверх доспеха, внутри что-то зашевелилось, замельтешило, а еще какое-то время спустя оказалось, что уже ничего не болит.
-- Все, - маг сунул в руку склянку. - Теперь - чтобы... - он осекся на полуслове, подхватил посох.
Грохнуло, полыхнуло, Натаниэль помимо разума втянул голову в плечи.
-- Хватит рассиживаться, - рявкнул Андерс.
Хватит - так хватит. Он одним глотком осушил пузырек, рывком поднялся - зря, голова закружилась и пришлось замереть, восстанавливая равновесие. Огляделся. Так. Андерс рядом, вон Веланна... Элисса... неподалеку, жива, хвала Создателю. И, кажется, невредима, мужики с дубьем - это все же не банда разбойников. Рядом Огрен и Варел... хорошо. Натаниэль повел плечами, заново приноравливаясь к собственному телу - трудно вот так, когда только что не пошевелиться, а миг спустя ничего не болит. Мысленно скривился - мужичье стрелами шпиговать - ни чести, ни доблести. Впрочем, поздно кривиться. Одна надежда, что эти до последнего драться не станут, дрогнут.
И они дрогнули. Побежали, кое-кто их солдат рванулся было следом, но окрик Элиссы остановил. Преследовать беглецов никто не стал.
Ворота заперли, тела убрали - как и следовало ожидать, на одного стражника пяток мужиков. На площадке башни нашли тело солдата, брошенный доспех и лук - не лучший, из тех, какими стражу Башни вооружали. Похоже, свой убийца оставлять не пожелал. Следы тоже ничего не дали, поди разбери что-то на истоптанном, залитом кровью дворе. На душе было удивительно мерзко.
Натаниэль все ждал, что скажет Элисса - но та молчала, если не считать коротких команд. Мрачная, злая - едва не сорвалась на капитана стражи, осекшись на полуслове, извинилась с таким лицом, что видно было - капитану хотелось бы оказаться где угодно, только подальше отсюда. А на самого Натаниэля ни разу не посмотрела. Не то, чтобы он ждал какой-то благодарности, по правде говоря, он и подумать толком не успел, что делает, но все-таки как-то... Хоть подошла бы, спросила, как он, что ли - или, следом мельтешит вместе с остальными, значит, все в порядке? Вот и спасай этих девиц...
Словом, Натаниэль вконец обиделся и разозлился, когда Элисса, в очередной раз мазнув взглядом где-то на уровне его груди, махнула рукой - мол, свободны, и, резко развернувшись, зашагала прочь. Догонять и пытаться что-то выяснить он не стал - вот еще. В конце концов, неужели он должен чувствовать себя виноватым за то, что не позволил ее убить? Он подумал было напиться с Огреном - но гном сам ходил сумрачный и злой, да и остальные выглядели не лучше и, плюнув на все, Натаниэль ушел в свою комнату, чтобы с полным правом и в гордом одиночестве сетовать на несправедливость мира.
Он поглазел в камин, пометался из угла в угол, полежал поверх покрывала, прямо как был - в одежде и обуви - снова уставился в пламя. Выругался. В кабинете отца... Элиссы должна быть последняя книга брата Дженитиви, помнится. Натаниэль удивился, увидев ее - он любил читать землеописания, и все, написанное Дженитиви, знал, но эта вот оказалась незнакомой, а новехонький корешок с непотертой позолотой говорил, что книга новая. Вот и почитает. Элиссы там, скорее всего, нет, а если и есть - вежливо и безлично спросит книгу, заберет, поблагодарив, и уйдет. Не хочет с ним разговаривать - не надо. Еще чего не хватало - навязываться.
Элисса все-таки оказалась в кабинете. Восседала на столе в позе портного, рядом - кувшин, в руках - глиняная кружка. Воздух ощутимо пропах самогоном. Весь тот хаос свитков, карт и документов, что раньше покрывал стол, сейчас валялся на полу, словно его сгребли со столешницы одним рывком, да так и оставили. Одну из стен вместо содранного гобелена украшала живописная чернильная клякса, сама чернильница валялась неподалеку.
Элисса обернулась. Выругалась - негромко, длинно и витиевато.
-- Дверь запереть забыла... Заходи уж.
-- Вот спасибо, сделала одолжение, - усмехнулся Натаниэль.
-- И закрой за собой. Не хватало, чтобы кто-нибудь еще ввалился, и увидел тут - она широким жестом повела кружкой, пошатнулась.
Натаниэль присвистнул:
-- Сколько ты уже выпила?
-- Ой, только не начинай, - скривилась она. Запрокинула голову, допив несколькими большими глотками, помотала головой.
-- Бррр... Как Огрен это хлещет?
Судя по запаху, это пойло явно происходило из того же источника, что и та, полыхнувшая в лесу, выпивка. Впрочем, откуда же еще? Хорошо хоть, кувшин не такой здоровый. Странно только, что Элисса не взяла что поприличней. Примерно об этом он и спросил, выискивая взглядом, куда бы присесть. Были же здесь стулья... вон, один как раз у стены валяется...
-- Зачем-зачем... - буркнула Элисса. - А то непонятно, зачем...
Снова забулькала сивуха, наполняя кружку. Натаниэль покачал головой.
-- И на смотри на меня так... - продолжала она. - Большая девочка уже, поздно воспитывать... совсем забыла - будешь?
-- Нет уж, спасибо.
-- А я буду.
Пьяных женщин ему видеть доводилось - не слишком приятное зрелище, особенно, когда сам трезв. Пьяная Элисса... Было в ней что-то странно-беззащитное. Хотелось уволочь в кровать, накрыть одеялом, и гладить по голове, пока не уснет - а судя по всему, уснет быстро. К тому же она не смеялась мерзким глупым смехом, не пыталась горланить песни и глазки не строила. И вернуть обратно все выпитое тоже пока не порывалась. Пока?
Наверное, надо было бы взять книгу, за которой пришел - полки остались нетронуты - и уйти, но вместо этого Натаниэль подошел ближе, мягко отобрал у нее кружку. Сунул нос внутрь, и помотал головой.
-- Жуть какая... Ничего лучше найти не могла.
-- А то, что лучше - не поможет. По крайней мере, в меня столько не поместится, чтобы помогло. А это... всего чуть-чуть, а я уже косая, - она ухмыльнулась.
Ничего себе "чуть-чуть". Натаниэль подозревал, что три таких кружки свалят под стол его самого. Впрочем, если Элиссе доводилось попрактиковаться с Огреном... и Андерс рассказывал, что та чародейка, Винн, была тоже не дура по части хмельного... Он положил себе никогда не пытаться ее перепить. Да и было бы в чем тягаться, право слово.
-- А дальше что?
-- А дальше - дойду... нет наверное, не дойду. Или... нет, пробовать не буду, это ж дурной пример получится... - она потянулась к кружке, Натаниэль отвел руку. - Ну и ладно...