Мастерица Ее Величества

Надвигалась гроза. Серые тучи собирались у горизонта на западе, ползли по горам в том направлении, куда мы ехали, и я слышала слабые раскаты грома. Я пыталась подбодрить себя тем, что благодаря дождю эта прогулка будет больше напоминать тот день, когда здесь ехали Артур и Екатерина. Они должны были выехать из леса от хижины Фей почти на край этого болота, тогда каким образом эта старуха могла успеть сказать кому-то, что нужно найти чеснок и подойти с ним к этой паре? Части головоломки пока не складывались, а мне нужно было не торопиться и не втискивать их не на свои места.
Время от времени квакали или выпрыгивали на тропинку лягушки. Лошади то и дело оступались, ноги их глубоко уходили в воду. Слышалось постоянное шуршание. Наконец мы выбрались на другую, дальнюю сторону болота, на дерновую тропинку, проложенную по твердой почве, со стоящими там и сям деревьями, обещавшими, если начнется гроза, укрытие и убежище. Но не с молниями. При первых их признаках я должна буду быстро повернуть назад. Кроме того, я не сомневалась, несмотря на то что Ник сегодня как бы отодвинул меня в сторону, он испугается или рассердится, если к моменту его возвращения меня не будет в замке. Нам с ним придется поехать сюда завтра, если я сейчас поспешно вернусь из‑за грозы.
– Никого не видно. Куда теперь, миссис? – спросил Сим, держа руку на рукояти шпаги.
– Не знаю точно. Я хочу посмотреть, нет ли где здесь признаков какой-нибудь хижины, может быть, участка с травами или небольшого засаженного поля.
Гром, казалось, катился с отдаленных гор и эхом отдавался в долине Терна. Я понимала, что надо возвращаться и ощущала растерянность и разочарование. Но тут за кустами боярышника заметила развалины небольшого здания, возможно, когда-то это была хижина.
Мы поскакали к ней. Сим привстал на стременах, и его седло скрипнуло. Я подъехала еще ближе к хижине. Уцелела едва ли половина стен, сложенных из неровного камня. Но внутри, на траве было какое-то обжитое место: над серебристой золой костра виднелся маленький чугунный горшок и вертел. На вертел все еще был нанизан большой, наполовину прожаренный кусок мяса.
Я спешилась, чтобы посмотреть поближе, а Сим оставался в седле, не переставая оглядывать окрестности. Зола и мясо были холодные.
– Мясо начало пахнуть, – сообщила я ему. – Говядина, мне кажется. Я слышала, в этих краях водятся волки, почему же это мясо не привлекло никого из них? Кто-то неплохо поел здесь и, скорее всего, выспался ночью. Смотри-ка, Сим! За этим камнем – пустая винная бутылка.
– Луна и звезды в последнее время ярко светили, – заметил Сим, но я его почти не слушала. – И дождей не было, а вот сейчас на нас надвигается гроза. – продолжил он. – Давайте лучше вернемся, миссис. Мало ли кто тут ходит, хотя еда непростая.
– Мне кажется, надпись на этой бутылке французская.
Я вскрикнула, услышав, как над моей головой просвистела стрела. Она попала Симу в горло. Он откинулся назад и с глухим стуком рухнул с коня. Я услышала отвратительный хруст кости – шея? Наши лошади испугались и отбежали. Если я попробую догнать свою, то окажусь на открытом месте. Я присела за обрушившейся стеной, держа в руках пустую винную бутылку, словно она была оружием. Потом, ничего не видя и не слыша, подползла к Симу.
Это я, это я виновата, вертелось у меня в голове. Не надо было ехать сюда, не надо было брать с собой королевского охранника. Шея его была согнута под странным углом. У него шла горлом кровь, потом по телу пробежала судорога, и он застыл без движения, глядя в темнеющее небо широко раскрытыми глазами. Я дотронулась до его горла, чтобы понять, теплится ли еще в нем жизнь. Нет. И даже кровь перестала течь. Боже мой, в этом виновата я, и меня тоже могут убить.
Королева Елизавета Йоркская
– Элизабет, нам из Уэльса пришла посылка в металлическом ящичке, – сказал мне король, когда я пришла в его гостиную. – Наверное, что-то в память об Артуре нам послала Екатерина. Хотя нет, написано, что это от Николаса Саттона и Верайны Весткотт. Посылка пришла еще с одним срочным курьером.
 
У меня задрожали руки. Неужели Ник и Верайна сумели обнаружить грязную игру и послать нам доказательства? Или это действительно что-то в память нашего возлюбленного сына?
– Я знаю, что мы можем быть уверены в их сообразительности и в их осторожности, – сказала я.
Король разрезал шнуры, и я помогла ему достать из ящичка пергаментный сверток. Я ожидала, что там будут бумаги, отчет о том, как идут дела, отличающийся от официальных докладов, которые мы получали ежедневно. Я узнала обертку – пропитанная воском ткань, которую по моему настоянию Верайна взяла в больших количествах, чтобы не только завернуть тело Артура, но и защитить гроб в случае, если пойдет дождь во время их медленного скорбного шествия в Вустер для похорон.
Генрих развернул бумагу. Местами она была розоватой. Что-то окрашенное. Неужели это только что вырезанная или окрашенная свеча?
Ощущался неприятный запах. Когда мы оба нагнулись рассмотреть, что это, зловоние стало невыносимым. Сердце! Много лет назад, во время охоты с отцом, я видела сердца оленей.
Человеческое сердце? Сердце нашего Артура? Но ведь оно должно было быть похоронено на кладбище в замке. Нас неверно поняли? Или это ужасное содержимое было каким-то безумным оскорблением? Что они там, в Уэльсе, сошли с ума?
Король пробормотал проклятие и рухнул в кресло, а я схватилась за живот, отвернулась, и меня вырвало на пол.
 
Глава семнадцатая
 
Миссис Верайна Весткотт
Еще одна стрела со звоном ударилась о стену и упала к моим ногам. Я схватила ее – не знаю почему – и, боясь снова оказаться мишенью, согнувшись, побежала в сторону поросшего камышом болота. Тяжело дыша, расплескивая воду, я с трудом пробежала не более нескольких ярдов и наткнулась на большую тушу.
Испугавшись, я упала на колени и почувствовала, как в сапоги тут же налилась вода. Это был бычок, может быть, его угнали из стада, которое предназначалось для кормления участников погребальной церемонии. Может быть, мы с Симом попали на стоянку браконьера? Нижняя часть туши утопала в болоте, но бóльшая оставалась на виду. Он был убит какое-то время назад, кровь уже засохла, и мухи гудели над гниющей плотью. Но я заметила, что кто-то вырезал у него сердце.
Низко пригибаясь, я обошла тушу. Если лучник – убийца – преследует меня, я произвожу слишком много шума. Я благословила следующий раскат грома, но тут услышала треск молнии поблизости. Еще одна стрела зазвенела позади меня и ушла в воду. Внутри у меня все сжалось, в горле пересохло. Снова мне представился Сим с простреленным горлом.
Молнии или стрелы, идти все равно было нужно. Я слышала, как позади меня по мелководью шлепали шаги. Если он поймает меня здесь, я закончу жизнь, как этот бычок… как Сим. Почему я решила, что могу выходить без Ника, без отряда охранников?
Там, где, очевидно, была середина болота, вода стала доходить мне до бедер. Здесь тоже росли камыши и высокая трава. Сумею ли я спрятаться, надеясь, что мой преследователь пройдет мимо? Если бы удалось взглянуть на него хоть одним глазком!
Я попыталась встать на колени и посмотреть, потом поняла, что нужно лечь, чтобы спрятаться. Мне было слышно, что он идет медленно, но все приближается. Нужно ли мне опять пробираться, петлять и молиться, чтобы его стрелы не попали в меня? Нет. Судя по тому, как был убит рослый, сильный Сим, этот человек опытный стрелок. Он может оказаться браконьером или каким-нибудь валлийцем, который до сих пор не признает английского владычества, я не один раз слышала о мастерстве здешних лучников.
Если бы я могла не дышать и спрятаться в воде! Но при грозе… при молниях…
И тут я вспомнила, как этот парень Райс говорил, что может спрятаться под водой и подобраться совсем близко к уткам, дыша через полую камышину. Они росли здесь в изобилии. К тому же так я стану ниже, и если сюда ударит молния, возможно, она попадет во что-нибудь более высокое на этом ровном болоте.