И станет солнышко в руках моих огромным солнцем. История женщины, которая поверила в любовь
– Когда я стану известным, ты найдешь это сердечко – и вспомнишь меня.
Конечно вспомню! Через несколько лет за кулисами на корпоративе я встречу одного из участников группы «Динамит» – красавца Леньку Нерушенко из нашего универа!
Еще через несколько лет, в 2005-м, он разобьется на мотоцикле и навсегда останется в наших девичьих воспоминаниях красивым и молодым…
* * *Ни с чем в мире я не спутаю запах южных ветров, которые врываются в окна в первые весенние ночи. Они будоражат фантазию, пробуждают самые смелые мечты о прекрасных модных принцах. Как же лень зубрить. Как же хочется летать, парить, ощущать бабочек в животе!
Уже пронеслись первые полгода в универе. Учиться так тяжело. Не в плане знаний, а в плане дисциплины. Это вечное подчинение, беспрекословное следование правилам.
За спиной уже пара разбитых сердец, а с приходом тепла мальчик-брюнет из электрички стал дольше задерживать взгляд на мне. А я расплывалась в улыбке в ответ.
Однажды мы решились начать разговор на платформе. И вот мы уже хохочем в Сокольниках. Пропущенные пары? Да пес с ними! Тут у нас весна, глаза эти карие, с загнутыми ресницами. Катаемся на старых каруселях с цепями, пьем «Балтику 9» и ржем над всякой ерундой.
Мага. С ним было приятнее всего на свете прогуливать учебу. Спустя время мы сохранили трогательную дружбу, уважение и бесконечное неприкосновенное восхищение друг другом, даже когда у меня появились дети. Оба мотоциклисты, мы обсуждали общие интересы и постоянно смеялись как сумасшедшие – как тогда, в первую весну.
Прошло столько лет, а главный критерий моего комфорта с мужчиной – когда с ним можно бесконечно смеяться, прикалываться, стебаться надо всем, орать от смеха, икать и валиться с ног. Я просто обожаю смеяться! Далеко не многие видели меня такой, только очень близкие люди.
* * *Родители не отпускали меня в ночные клубы, но на вечерние дискотеки я их уговорила. И вот я в МДМ на Фрунзенской. В своей кепочке Kangol козырьком назад, как всегда без бра (я их никогда не любила), в футболке, узких брючках и белых гриндерсах. Танцую под джангл. Мы продвинутые с подружкой, знаем все о драм-энд-бейс, читаем культовый «Птюч», слушаем Storm Crew на волне 106.8 FM и ходим на все мероприятия этой радиостанции. И вот ко мне пританцовывает черноглазый парень. Ростом с меня, индийской внешности. Через час наших танцев тянется к моему лицу за поцелуем. Я уворачиваюсь.
Мы бежим в коридор к зеркалам, румяные и чуть вспотевшие.
– Так как тебя зовут? – ору я через музыку.
– Прад! Прадеш!
– Брат?
Съезжаю на корточки со смеху. После вечеринки Прадеш идет за мной и продолжает… предлагает подвезти на своей собственной машине. Вау!
– Да я далеко живу! Мне почти час на электричке, а потом в автобусе еще минут сорок.
Прад довозит меня до Курского вокзала. В машине его друг Коля и моя подруга Оля. Мы договариваемся встретиться, чтобы поиграть в бильярд после учебы.
* * *Всю неделю зубрю. Скриплю стульчиком в своей комнате. Она помнит многое. И как я в страхе подтирала лезвием и полировала ногтем описку по русскому в тетрадке, чтобы папа не заметил помарки. И как обстригла куклам волосы, чтобы они стали похожими на меня. И мои первые тоскливые взгляды на весеннюю улицу в четырнадцать лет. И самые невероятные фантазии, которые записывала в дневник. И рыдания под «Un-Break my heart» Toni Braxton с воем в подушку, когда моя великая школьная любовь Сашка Попик бросил меня и начал встречаться с новенькой – шальной и разбитной Юлькой, – потому что я отказала ему в близости – была не готова.
Мне семнадцать. Я сижу в своей комнате за письменным столом и мечтаю не о блестящей карьере, а о мелировании! В наушниках самая крутая радиостанция – «Станция 106.8 FM». Вот журнал «Птюч» приглашает всех модных жителей столицы на очередную вечеринку в «Титаник». С ума можно сойти, как я хочу быть там, но это стоит денег, а я еще не набегала столько в электричке от контролеров и через турникет в метро. Я просто учу сложные глаголы и лексику по теме «Ванная комната». Waschen – wusch – gewaschen. Так интересно, что можно уснуть.
И тут я слышу рекламу: «Танцевальная группа Arrival объявляет кастинг на место вокалистки в проект Demo! Если тебе от восемнадцати до двадцати трех лет, ты обладаешь приятной внешностью и хорошими вокальными данными – пиши письмо и отправляй по адресу…»
Быстро записываю адрес на обложке тетради. Не откладывая, залезаю в свой фотоальбом. Вот фотки с наших с подружкой прогулок: я во всем серебристом, на огромной платформе, с рыженьким каре выглядываю из кустов и дерзко показываю средний палец. Не сомневаясь, запихиваю фотку в конверт и пишу письмо. Рассказываю о семи годах в музыкальной школе, о ведущей партии в альтах (у меня с музыкалки тембрально низкий вокал – я всегда сидела в немногочисленных альтах и «вытаскивала» все партии). О том, как люблю все неформальное, продвинутое, и что мне скучно быть как все и подчиняться правилам.
Бумажное письмо улетает. Отправила его на следующий день уже в Москве, чтобы поскорее дошло.
У меня не было домашнего телефона. Не говоря уже о пейджере или мобильном. Тогда этого всего еще не было. Были карточки МГТС на 20, 50 или 100 единиц, которые безжалостно пожирал таксофон. Но они считались самой надежной валютой и лучшим подарком от мальчиков.
Для обратной связи я указала домашний телефон моей одногруппницы и забыла об этом.
* * *Прадеш встречает меня из института каждый день и везет на своей серебристой «Ладе-восьмерке» прямо через всю Москву по пробкам до самого дома. Или в бильярдную. Или мы сидим у него дома и смотрим фотоальбомы, он рассказывает мне про отдых с родителями. Прад настолько добрый, заботливый и милый, что я все больше впадаю в состояние привязанности и влюбленности. Называю его Прадушкой. Мы вместе поем во все горло «Снегири – не гири» [1], пока тащимся из Москвы в Купавну.
День за днем мои чувства все нежнее. Это не бешеная страсть. Скорее доверие, чувство надежного плеча, забота. Прад знакомит меня со своими родителями, и они начинают спокойно отпускать сына в Купавну с ночевками. Здравствуй, репетиция взрослой жизни и ответственность.
* * *Посреди пары по лексике немецкого языка моя подружка Светка Бабакова вдруг трескает себя по лбу и восклицает:
– Ой, Саш! Совсем забыла, тебе же там какие-то продюсеры звонили! Пару дней назад!
– Что-о-о-о-о?!
– Да, вот номер оставили.
Я вскакиваю прямо посреди пары и выбегаю с карточкой к таксофону:
– Але! Мне сказали перезвонить по поводу кастинга! Что? В эти выходные? А что делать надо? Петь? А ноты можно взять с собой?..
Блин! Блин! Блин!!!
Уговариваю Прада поехать со мной, потому что боюсь. И вот воскресное утро. Прад остался ночевать у нас в Купавне. Я подняла всех на уши. Со мной едут мой парень и мой папа! Папа переживает, как бы там маньяки не оказались, а не продюсеры шоу-бизнеса. Е-е-е-е! Я под надежной защитой.
Мы паркуемся у спорткомплекса «Олимпийский». Нахожу нужный офис. В холле сидит девушка. Худенькая, симпатичная. Я одета в синие новенькие гриндерсы, брюки с накладными карманами по последней моде, на мне очки с желтыми стеклами. Из комнаты выходит девушка в ботинках на большой платформе, в боа из перьев, яркая блондинка. Эээээ… Куда я сейчас пойду?..
Захожу в комнату. Сидят двое мужчин: худой и толстый, молодой и старый, добрый и злой. Злой вдобавок снимает все на камеру. За дверью остались папа и Прад – следить, чтобы меня не изнасиловали и не затащили в секту.
– Я Саша. Учусь в МГЛУ. Люблю джангл, петь, немецкий и стильно одеваться.
– Спой что-нибудь!
Достаю из диджейской сумки нотную партию «Хор девушек» из оперы Чайковского «Евгений Онегин». И прямо в гриндерсах на стиле затягиваю своим тембром с легкой хрипотцой: «Де-е-е-е-евицы-красавицы, душеньки-подруженьки!..»