Невинная между двумя боссами (СИ)

- Ты опозорила эту семью, — прошипел он, жарко дыша мне в ухо.
- И теперь ты за это заплатишь.
Его слова повисли в воздухе, полные злобы, и он снова двинулся на меня, сжав кулаки. Я приготовилась к очередному удару, и сердце моё забилось в груди, как у пойманного в клетку животного. В тот момент я поняла, что, как бы я ни пыталась сбежать, я всегда буду в ловушке этого цикла насилия и унижения, навсегда связанная с монстром, который называл себя моим отцом.
- Я не..., — начал я, и мой голос дрожал от усилий, с которыми я пытался защититься от обвинений.
- Маша... она попала в аварию...
Но прежде чем я успел закончить, он вновь дал мне звокую пощечену, и я рухнул на пол. Перед глазами заплясали звёздочки, а в голове зазвенело от боли.
- Маша? — ухмыльнулся он, нависая надо мной с извращённым чувством удовлетворения.
- Мне плевать
- Она больше ничего для меня не значит.
- Это ты опозорила наш дом.
Слёзы текли по моему лицу, смешиваясь с металлическим привкусом крови, которая сочилась из уголка моего рта. Я свернулась калачиком, пытаясь укрыться от его гнева, но спрятаться было негде.
Он схватил со стола горсть банкнот, презрительно ухмыляясь и нарочито медленно пересчитывая их.
- Похоже, у тебя ещё много осталось, чтобы продолжать заниматься своей новой «карьерой», — усмехнулся он, помахав деньгами в мою сторону, прежде чем убрать их в карман.
Бросив на меня последний презрительный взгляд, он развернулся на каблуках и направился к двери, оставив меня лежать на полу в луже слёз и унижения. Щелчок замка эхом разнёсся по квартире, отрезав меня от горьких воспоминаний о нашей встрече.
Оставшись одна в гнетущей тишине, я медленно поднялась, вытирая мокрые щёки. Каждая клеточка моего тела кричала мне бежать, бежать как можно дальше и быстрее из этой ядовитой среды.
  
9 глава.
 
Словно в тумане, я потащилась в свою спальню, и каждый шаг давался мне тяжелее предыдущего. Мягкий ковёр приглушал звук моих босых ног, и это было единственным признаком того, что я прошла мимо. Оказавшись внутри, я рухнула на кровать, уткнувшись лицом в подушки, и меня сотрясали рыдания.
Время потеряло всякий смысл, пока я лежала там, погрузившись в море отчаяния. В конце концов, усталость взяла надо мной верх, и я погрузилась в прерывистый сон. Меня преследовали сны, обрывочные образы жестоких насмешек моего отца и мучительных криков Маши.
В какой-то момент мой телефон настойчиво зажужжал, но было ли это реальностью или просто плодом моего беспокойного подсознания, я не могла сказать. Сон поглотил меня, чёрная пустота целиком поглотила моё сознание.
Утренний свет проникал сквозь занавески, отбрасывая бледные тени на комнату. Я вяло пошевелилась, веки отяжелели от остатков беспокойного сна. На меня нахлынула волна усталости, и каждое движение казалось мне прохождением по зыбучим пескам.
Перевернувшись на бок, я уткнулась лицом в подушку, желая лишь нескольких минут передышки от суровой реальности, ожидающей меня за этими четырьмя стенами. Мысль о том, что мне предстоит ещё один день, ещё один раунд критики и унижений, наполняла меня ужасом.
Но даже цепляясь за теплоту своей кровати, я понимала, что это бесполезно. Нужно было выполнять обязанности, поддерживать видимость. Со вздохом я заставила себя сесть, свесив ноги с края матраса. Холодный пол впивался в мои ступни, заставляя меня очнуться.
Мой взгляд упал на часы на прикроватной тумбочке, и сердце упало, когда я увидела время. Пока я предавалась жалости к себе, прошёл час, и теперь я опаздывала на работу. Меня охватила паника, когда я вспомнила двух требовательных начальников, у которых работала.
Я мысленно перебрала события, предшествовавшие моему опозданию, в надежде найти какое-нибудь оправдание, какое-нибудь объяснение своей безответственности. Но в глубине души я знал, что этого будет недостаточно. Они раскусят мои слабые попытки обмана, и последствия будут серьезными.
Тяжело вздохнув, я заставила себя встать, мои конечности налились свинцом и потеряли координацию. Я поплелась в ванную, плеснув холодной водой в лицо в отчаянной попытке стряхнуть с себя затяжную пелену сна.
  
Глядя на своё отражение в зеркале, я оценила , нанесённый мне ущерб . Тёмный синяк на скуле резко выделялся на фоне моей светлой кожи, а разбитая губа уже начала опухать. Я быстро нанесла макияж, тщательно скрыв следы побоев под слоями тонального крема и пудры.
Удовлетворившись своим внешним видом, я поспешно переоделась в элегантное чёрное платье и надела высокие каблуки. Наряд мало поднял мне настроение, но этого должно было хватить. Я вызвал такси и вышел на свежий утренний воздух. Прохладный ветерок почти не успокаивал меня.
Пока машина везла меня в город, я мысленно готовился к предстоящим трудностям. Работа должна была стать временным спасением, отвлечением от несчастья, которое, казалось, проникало во все аспекты моей жизни.
Такси остановилось перед офисным зданием, и я расплатилась с водителем, механически выполняя движения. Когда я вошла внутрь, меня окутал знакомый запах несвежего кофе и типографской краски, успокаивающе напоминая о рутине.
Я направилась к стойке регистрации, пытаясь изобразить на лице яркую улыбку для секретарши.
- Доброе утро, Лена, — сказала я, стараясь придать голосу бодрость, несмотря на тяжесть в груди.
Она оторвала взгляд от своего компьютера, и её глаза слегка расширились, когда она увидела меня.
- Селена, что с тобой случилось?
- Ты в порядке?
Я отмахнулась, не желая привлекать внимание к своим травмам.
- Просто небольшая неприятность дома.
- Ничего серьёзного.
Я поспешила мимо неё, стремясь добраться до своего рабочего места, пока кто-нибудь ещё не заметил моего опоздания.
Добравшись до своего кабинета, я со вздохом опустилась в кресло. Знакомая обстановка давала ощущение безопасности, несмотря на хаос, царивший в моей голове. Я включила компьютер, пальцы запорхали по клавиатуре, и я погрузилась в работу, сосредоточившись почти до одержимости.
Часы пролетали в вихре таблиц и отчетов, мой разум неустанно работал, чтобы отвлечься от затянувшейся боли и унижения. Время от времени мимо проходил коллега, обмениваясь со мной любезностями или спрашивая, как прошли выходные. Я отвечал вежливыми улыбками и полуправдами, стараясь не выдавать бушующие внутри меня чувства.
Во время одного из коротких перерывов Алекс внезапно появился рядом с моим столом, и его присутствие было столь же неожиданным, сколь и нежелательным. Наклонившись ближе, он заговорщически прошептал:
- Представляешь....
От его тона у меня по спине пробежала дрожь, в нём было что-то предостерегающее и что-то более мрачное. Я настороженно встретила его взгляд, чувствуя скрытую силу и манипулирование, которые, казалось, всегда окружали его.
- Сегодня наши начальники были особенно раздражительны, — продолжил он низким и размеренным голосом.
- Они ушли на совещание вскоре после прибытия, но перед этим взвалили на меня гору работы.
- Мне бы не помешал кто-нибудь, кто помог бы взвалить эту ношу на себя.
Он выпрямился, и в его глазах появился расчётливый блеск, когда он пристально посмотрел на меня. Предложение было ясным, хотя истинная цена оставалась скрытой: сотрудничество принесёт мне благосклонность, а неповиновение повлечёт за собой последствия.
Я твёрдо встретила взгляд Алекса, отказываясь поддаваться его устрашающему присутствию.
- Извини, но сегодня я очень занята своими проектами, — твёрдо ответила я, сохраняя профессиональную невозмутимость.
.Алекс слегка прищурился, оценивая мою решимость. Через мгновение он небрежно пожал плечами.
- Очень жаль, — небрежно заметил он, поворачиваясь, чтобы уйти.
Однако, прежде чем уйти, он оглянулся через плечо.
- О, кстати, они искали тебя раньше, — небрежно бросил он, оставив меня размышлять над последствиями этого откровения.