Подари мне свой дар (СИ)

— Что — то не припомню, — только и выдавила я из себя.
— Ну как же?! «И вообще, это только мне так кажется, что мы не рабочий, а брачный контракт подписываем?!» — Перекривил он давно сказанные мною слова.
— Значит, ты утверждаешь, что мы с тобой расписались, и теперь являемся мужем и женой перед лицом закона?! — Изумлённо протянула я. — Это невозможно! Чтобы нас расписали, нужна не одна бумажка, сделанная в «коммуне» моего города. И в той же «коммуне» только через месяц после росписи мы имеем право на венчание! Нет, это невозможно! Это, очевидно, разыгралась твоя больная фантазия!
В тот момент я действительно очень рассчитывала, что он все это придумал, да только его выражение лица говорило о другом.
— Ты просто не знаешь, что могут сделать деньги, а уж много денег ‒ и подавно, — просто — таки добил меня Марк.
— Да ты… да я… да как ты посмел?! — прокричала я так громко, что девушки, которые находились в дальнем углу ювелирного салона, раскладывая по витринам украшения, вздрогнули от испуга.
— Достаточно! Вы так всех перепугаете своими пылкими выяснениями отношений, — сказала вошедшая в помещение София.
София, Боже! Я совсем забыла об ее присутствии! Развернувшись, я хотела поскорее уйти. Не знаю куда, да хотя бы в туалет, чтобы немного прийти в себя. Но меня снова остановил голос Софии:
— Ты так и не сказал ей? — смотрела она с упреком на Марка.
— Собирался сделать это после открытия, — он виновато посмотрел на мать.
— Тогда зачем про брак сказал?! Мог бы рассказать все сразу. Ты не находишь, что это нечестно по отношению к Саре?! ‒ Продолжала она его отчитывать. А я словно приросла ногами к полу и не могла пошевелиться. Но хотела из их разговора выудить хоть маленькую крупицу информации.
— Я… это… не все так просто, — нервным движением пригладил он свои волосы, — всего лишь побочный эффект привязанности к потенциальной паре! — обреченно проговорил он.
— Привязанность к кому? — не поняла я.
— Сара, — София, подойдя ближе, взяла меня за руку, — прошу тебя, успокойся, пожалуйста.
После ее слов и легкого прикосновения злость потихоньку затихала, ее большие глаза выражали заботу и материнское тепло.
— Это действительно все очень сложно объяснить. По крайней мере, чтобы объяснить его поступок по поводу вашей росписи, необходимо действительно рассказать все! Иначе картинка не сложится, и ты ещё больше запутаешься.
Она говорила, а я утихала с каждым ее словом все больше и больше, в какой — то момент мне даже стало немного стыдно за все произошедшее.
— Завтра уже наконец — то открытие, потерпи ещё немного, в скором времени ты все узнаёшь. Прошу вас, не ругайтесь! Тем более я после открытия сразу возвращаюсь домой.
Ну вот, после этих слов мне и вовсе стало неловко. Наш пинг — понг под названием перепалки ‒ дело уже привычное. Конечно, если он не шутил по поводу росписи, то это точно полный перебор.
— Так и быть, совсем невозможно злиться на вашу семью, завораживаете на месте, — констатировала я очевидный факт.
— Лучше давайте вы мне тут все покажете, — оглядывалась вокруг она, — то, что я вижу, не может не радовать глаза. Очень необыкновенно получилось, внутри роскошная обстановка, шикарный интерьер. И такой длинной люстры, кстати, мне не доводилось видеть никогда, — выражала она своё изумление с поднятой головой, окинув незаметным взглядом Марка, который направился на второй этаж. Предположительно, он спешил скрыться у себя в кабинете.
— Да, ее длина составляет десять метров, изготовлена известным итальянским дизайнером, — немного с разочарованием в голосе посвящала я в детали Софию. — Завтра, кстати, он также будет присутствовать на открытии, — я говорила, лишь бы что — то сказать, мои мысли были совсем в другом направлении. Как же сложно бывает с Марком. Порой он такой нежный, заботливый, и вдруг ни с того ни с сего ‒ бум, и все вспыхнуло диким пламенем!
— А на втором этаже у вас что расположено? — вырвала меня из задумчивости София.
— Второй этаж обустроен под мастерскую, точнее ‒ лабораторию по изготовлению ювелирных украшений и огранки брильянтов. Также там находится кабинет Марка.
 
— Сара, не переживай ты так, я уверена, что узнав обо всем, тебе будет намного легче понять его действия, — София пыталась меня подбодрить, и я ей за это была очень даже благодарна. Ее забота оказалась очень кстати, я и не думала, что так нуждаюсь в совете мудрой женщины. Находясь подле неё, все страхи и волнения с лёгкостью отпускали меня, а добрый и пронизывающий взгляд наполнял теплом и любовью.
— Да, неплохо было бы уже разобраться во всем, — смиренно ответила я.
— Не пойми меня неправильно, но я спросить хочу: ты уверена в своём выборе?! Поверь, в данный момент я забочусь о тебе, этот вопрос не относится к Марку. Он ведь предупредил тебя, что у посвящения в тайну есть свои жертвы?! — в очередной раз она мягко посмотрела в мои глаза.
— Да, что — то там говорил, что я больше себе не смогу принадлежать! Но учитывая тот факт, что себе он очень даже принадлежит, для меня это какой — то абсурд!
— Может и абсурд, но кое в чем он прав, — ещё больше запутала она меня своим ответом.
Я ведь действительно думала, что это всего лишь его вредность, и слова его ничего не значат. С нашими перепалками не поймёшь, где правда, а где перебор эмоций.
— Хочешь подняться наверх? — решила я сменить тему разговора. — Туда так просто не войти, наверху приставленная охрана и бронированная дверь со сканированием лица. Так что доступ туда имеют только мастера, я, ну и Марк, конечно.
— А пошли, — махнула она рукой, — посмотрим, чем там Марк занят.
Мы поднялись по величественным широким ступенькам. Сразу перед нами был вход в застекленную большую комнату с множеством мониторов, на которых виднелись все уголки ювелирного салона. За компьютером сидели четыре здоровенные охранники, внимательно следя за всеми передвижениями персонала.
Не задерживаясь, мы подошли к двум дверям: одна вела в мастерскую, другая ‒ в кабинет Марка.
— Мисс Сара, извините, можно поинтересоваться, кого вы собираетесь провести с собой? — спросил охранник.
— Простите, совсем не подумала, — развернувшись, я движением руки указала на Софию. — Это мать Марка, — я немного запнулась, не зная как представить ее. Можно было бы фамилией Марка, хотя если она приёмная мать, то фамилия у неё точно другая.
— София. Обращайтесь ко мне по имени, — будто поняв мое затруднение, сказала она.
— Извините, вы же понимаете, это моя обязанность, — без каких — либо эмоций произнёс он, — можете проходить.
— Само собой разумеется, все в порядке, — не задерживаясь более, я подошла к панели сканирования лица.
После процедуры послышался характерный щелчок, открывавший тяжеленную дверь.
— Пойдём, София, нам направо, та дверь ведёт в мастерскую.
Марк сидел за огромным письменным столом из красного дерева. Его кабинет был обставлен в темно — бордовых цветах, и только некоторые детали имели черный оттенок. Вся имеющаяся мебель была из темно — красного дерева, справа от стола находился высокий книжный стеллаж, заставленный разными папками с документами и парой книг. Слева в углу ‒ огромный старинный двустворчатый сейф в человеческий рост и метра два в ширину. Пара чёрных кожаных кресел для посетителей и массивное классическое кожаное кресло руководителя с деревянными вставками в идентичном оттенке.
— Можно? — постучалась я перед тем, как войти.
— Проходите, я почти уже закончил, — не поднимая головы от документов, проговорил Марк. — Ну что, дамы, к завтрашнему вечеру у нас всё готово, можно спокойно ехать в ресторан, — отложив в сторону бумаги, он поднял на нас взгляд и тут же продолжил:
— Может быть, вы желаете переодеться?
— Действительно. София, заедем сначала домой? — обратилась я к ней.
— Да нет, ребята, не переживайте, сколько там того полёта то было?! Не будем терять времени, хотелось бы сделать небольшой круг, посмотреть столицу, по крайней мере, из окна машины.