Петля, Кадетский корпус. Книга девятнадцатая (СИ)
Альваре де Луна, надо отдать ему должное, прозорливо разглядел признаки слабости Правящего Дома и поспешил узурпировать власть. Уртаде де Мендоса не присоединился ни к одной из сторон, увел верных людей в Новый Свет и решил дождаться результатов восстания. Тогда он полагал, что будет в выигрыше в любом случае, кто бы не захватил трон Трастамаров, ему будет не до колоний, а там можно объявить себя королем. Однако усидеть даже в такой глуши оказалось непросто, у Романовых, Винчестеров, Хуанди и прочих очень длинные руки, и никто не собирался давать мятежнику царствовать в теплом местечке.
Пришлось идти на поклон, адмирал выбрал самую сильную державу в мире, ему ли не знать могущество Роял Нави. Однако опять что-то пошло не так, британцы вдруг стали спешно покидать разрушенный стихией Панамский канал, оставляя мятежника один на один с готовящейся к атаке русско-испанской армией. Уртаде де Мендоса понимал, что без покровительства Лондона ему на землях Михаила Соколова, а с недавних пор Романова не усидеть. Правящий Дом северной сверхдержавы не потерпит чужаков на своей родовой земле. И что теперь делать? Куда податься? Ведь даже самые верные люди стали посматривать в стороны.
Они были готовы служить удачливому лидеру, обещавшему титулы и деньги, но сейчас их уже ничего не держало. Часть капитанов откололись, не желая больше подчиняться, головорезы присоединились к Береговому Братству, таких бравых моряков, да еще и с военными кораблями приняли с распростертыми объятиями. Другие бросили службу и ушли в колонии в надежде затеряться, в принципе королеве Изабелле было не до поимки мятежников, тем более ходили слухи об амнистии, Трастамары даровали прощение, не всем, но простых моряков и солдат, незапятнанных преступлениями против короны, собирались помиловать.
— Что будем делать, господин? Лайми бегут как крысы с тонущего корабля, скоро тут появятся испанские регуларес и русские «бешеные медведи», — понуро проговорил начальник штаба, офицер внаглую прихлебывал местную дрянную текилу прямо из высокой керамической кружки. Дисциплина упала на самое дно, люди больше не верили в удачный исход авантюры, а потому искали утешение в бутылке и кокаине.
— Сколько у нас осталось кораблей? — мрачно спросил Уртаде де Мендоса.
— Семнадцать вымпелов, но пять из них разукомплектованы на запчасти, забрали ракеты, топливо, оборудование, еще три выставили на продажу, так как вряд ли сможем собрать для них команды, — ответил назначенный мятежником контр-адмирал, который с некоторых пор стал стесняться громкой должности и предпочитал именовать себя капитаном второго ранга, коим числился в Королевском флоте.
— Людей с каждым днем остается все меньше и меньше, бегут, — констатировал начальник штаба.
— Поймайте и примерно накажите дезертиров! — гневно воскликнул адмирал, пряча за громкими фразами страх и отчаянье.
— У меня самовольно ушла команда элитных карателей, — развел руками начальник службы безопасности, — Людей страхом не удержать, они хотят знать, где будут жить, хотят жалованье, вкусно есть и пить!
— Дьявол! — прошипел адмирал.
— Дзинь! — вдруг раздался звонок, секретный номер выдали агенты Ми-6, так что звонить могли только из Лондона.
— Тихо все, это британцы! — обрадовался Уртаде де Мендоса и, подняв трубку, вежливо произнес, — Слушаю.
— Не усугубляй свое положение, сдайся и прикажи людям не сопротивляться, без того погибло слишком много сынов Испании, — адмирал с ужасом узнал голос королевы Изабеллы.
— Пим… пим… — глава Трастамаров даже не стала дожидаться ответа, что говорило об ее абсолютной уверенности в тотальном превосходстве.
— Мой адмирал, база атакована «бешеные медведи» повсюду! — в панике закричал запыхавшийся адъютант.
— Это конец, — прошептал начальник штаба.
— Не оказывайте сопротивление, сложите оружие и надейтесь на милость королевы, — произнес Уртаде де Мендоса и прибавил, — Господа, у меня остался только один выход, прошу покинуть кабинет.
— Бах! — выстрел раздался буквально через секунду после того, как офицеры оставили мятежного адмирала.
* * *Спецоперацию по обезвреживанию мятежников разрабатывали в недрах ведомстве барона Корфа. СИБ и испанские коллеги задействовали своих тайных агентов, чтобы расшатать и без того плачевное моральное состояние бывших матросов Королевского флота. Многие участвовали в бунте неосознанно, просто подчинившись приказам вышестоящих офицеров, другие испугались, ведь в море правит большинство, а инакомыслящих и лоялистов выкидывали за борт, третьи поняли, что, лишившись родины, взамен не получат обещанных денег, титулов и спокойной жизни.
В общем шпионы провели несколько провокаций: показали покидающих позиции британских наемников, объективно ЧВК уже нечего было охранять, шлюзы разрушены, да и рядом бушует опасная магическая стихия, распространили слухи о карателях-регуларес и страшных «бешеных медведях», в довесок подбросили листовки о возможной амнистии. Новости, вброшенные под таким углом, заставили людей бежать из лагеря мятежников, отдельные экипажи уходили целыми кораблями, вскоре дезертирство приобрело массовый характер.
Однако когорта самых преданных офицеров и моряков все еще оставалась около опального адмирала. Тогда командование приняло решение нанести удар по верхушке мятежников. Вокруг Уртаде де Мендоса с определенного момента возник политический вакуум. Процесс во многом спровоцированный лайми. Высокомерные британцы по своему обычаю до последнего не сообщали о своих планах, тем самым ставя союзников и туземцев в позу просящего. Мятежник должен сам обратиться к кураторам и слезно просить забрать с собой, тогда Лондон выставил бы более жесткие условия, чем при первом контакте.
Схема нехитрая, многократно отработанная в Индии, Новом Свете, на Черном Континенте и в других местах, где хитрые англичане захватили власть, пользуясь внутренними конфликтами аборигенов. Однако в этот раз методика сработала против британцев, агенты СИБ грамотно поймали момент и вклинились в игру. В штабе Уртаде де Мендоса создали атмосферу крайнего уныния, полного поражения и на пике десантировали пару рот спецназа. По идее мятежникам ничего не стоило разделаться с противником, моряков все еще было более двадцати тысяч, однако моральный дух оказался подорван, а воля к сопротивлению исчезла.
Удивительно, но отрядов Корнева и Глазунова, при поддержке испанских разведывательно-диверсионных групп, хватило для пленения высшего командования мятежного флота, остальное сделали офицеры и моряки, поспешившие выразить лояльность королеве Изабелле. Из их числа сформировали конвойные команды, которые обезвредили наиболее одиозных противников Трастамаров и выставили заслоны против покидающих регион британских ЧВК, а вскоре подошел объединенный русско-испанский флот и целая армада десантных кораблей, с колониальными войсками Дома Романовых.
Спецоперацию целиком и полностью записали на мой счет, надо сказать не без оснований, все-таки в финальной стадии участвовал батальон, который до этого имитировал атаку на шлюзы, поэтому многие посчитали сдачу войск Уртаде де Мендоса и его самоубийство логичным завершением спецоперации, возглавляемой лично принцем Михаилом. Хотя на самом деле всю работу сделали люди барона Корфа. Агенты отлично справились с заданием, в нужное время заставили адмирала паниковать, идеально спланировали атаку на штаб. Небольшая ошибка и многочисленные мятежники разгромили бы спецназ, или британцы поддержали свою марионетку.
Однако все получилось превосходно, маститые эксперты отметили высочайший профессионализм, филигранность исполнения и отчаянную, на грани фола, храбрость. В общем вновь прогремел на весь мир, как лучший тактик, с одним батальоном вернул контроль над обширными владениями Дома Романовых в Новом Свете, которые до того охраняли две дивизии бунтовщиков с семнадцатью боевыми кораблями и элитные британские ЧВК по численности, выучке и снаряжению эквивалентные полнокровному армейскому корпусу. Соотношение задействованных сил могло впечатлить кого угодно.