Рабыня для черного дракона (СИ)
– С ребенком все хорошо, он не пострадал? – волновался будущий отец.
– В этот раз обошлось, но после возвращения советую до конца беременности отказаться от продолжительных путешествий.
– Конечно, мы планировали пожениться и дома спокойно ждать первенца.
Тим остался сидеть при Клэр, прислушиваясь к ее ровному дыханию и поглаживая волосы. А мы втроем вышли на свежий воздух обсудить события последних дней.
Дроган уже успел рассказать бабушке о встрече с монахом. Она была потрясена:
– Неужели все эти годы Дахир жил рядом и ни разу ни прилетел, ни дал о себе знать. Не могу в это поверить.
Только сейчас я поняла, что Майоли все еще любит своего дракона. Несмотря на все эти долгие годы молчания, в душе она надеялась, что он не бросил ее с холодным сердцем. Ей проще было принять, что с ним что-то случилось, чем предательство. Даже смерть любимого была легче, чем холодное безразличие.
– Ничего нельзя сказать наверняка. Этот человек может оказаться его сыном, внуком или другим родственником. Дахир даже по драконьим меркам должен быть намного старше, успокаивал ее Дроган.
Майоли долго молчала, вглядываясь в вершины деревьев и, наконец, произнесла:
– Есть только один способ все выяснить – призвать его через силы круга. Если между вами кровная связь, то он не сможет не ответить на призыв.
– Будет ли это безопасно для Дрогана? – поинтересовалась я.
– Такие ритуалы никогда не проходят без последствий. А тут мы даже толком не знаем, кого призываем. Если он не признает в Дрогане родню, то наверняка нападет. Для него это будет единственный способ вырваться из круга. Ты должен сам решить, стоит ли игра свеч.
Я всматривалась в лицо Дрогана, пока он обдумывал предложение. От перспективы потерять его навсегда у меня болезненно сжималось сердце.
“Откажись. Оставь прошлое позади. Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится”, – вертелось у меня в голове, но я молчала, заранее зная, что он решит, и принимая его выбор.
– Проведем обряд сегодня ночью. Успеешь все подготовить? – наконец проговорил Дроган спокойным голосом.
Майоли только утвердительно кивнула и оставила нас вдвоем. Я прижалась к широкой груди дракона, обнимая и утыкаясь лицом в шею. Он погладил меня по волосам:
– Все будет хорошо, не переживай, – нежно прошептал он мне.
***
Весь вечер Майоли готовила магические отвары. Я помогала ей, чем могла. Подавала травы, помешивала, пока зелье томилось на медленном огне. С потерей способностей от меня было не так много толку. Мне хотелось отвлечься, чтобы не терзать себя переживаниями за жизнь Дрогана. Сам он по совету Майоли погрузился в целительный сон. Этой ночью ему могли понадобиться все силы.
К назначенному часу мы подготовили три отвара. Одни для Дрогана, а два других для участников обряда. Отдельно для мужчин и женщин. Я не задавала Майоли вопросов о предстоящем действии, боясь, что расспрашивая навлеку беду или брошусь отговаривать Дрогана. Даже осознавая, что мои переживания больше напоминают паранойю, я не могла прекратить беспокоиться.
На поляне с истуканами собралось все взрослое население деревни. Мужчины держали факелы и барабаны. Женщины были полностью обнажены. Их тела блестели в неровном свете, обмазанные маслом или каким-то жиром. Каждый участник сделал глоток из своего кувшина. Последней напиток передали мне.
– Выпей, так ты принесешь больше пользы, чем будешь наблюдать со стороны и переживать, – посоветовала Майоли.
Я сделала глоток, и тепло поползло по всему телу, заставляя кожу гореть. Мне самой захотелось раздеться. Девушки натерли меня чем-то жирным, что немного уменьшило жжение и подарило ощущение прохлады.
Дроган посмотрел на меня каким-то странным взглядом, который я уже была не в силах понять, и вошел в круг. Остановился у центрального истукана, выпил предложенный ему отвар. Глаза его закрылись, тело обмякло и опустилось у основания идола.
Мужчины начали отбивать ритм. В моей голове заиграла музыка дикая и страстная, заставляя прыгать и кружиться. Мельком я замечала, что и другие женщины танцуют, двигаясь по кругу, но не вступая внутрь. Музыка в голове играла все громче и быстрее. Сердце бешено колотилось в груди, я неистово танцевать, всем телом отдаваясь ритму.
Краем глаза я видела, как из ушей истукана выползают гигантские змеи. Они спускались к Дрогану, обвивались вокруг ног и рук, жалили и растягивались по кругу. Каждая выбирала свою статую поменьше и устраивалась у нее на макушке. Когда все истуканы оказались заняты, оставшиеся змеи начали бросаться друг на друга, заглатывая целиком, пока не превратились в одного огромного удава.
Издав победный рык, чудовище поползло вверх по истукану. Стоило змее добраться до своего места, и все замерло. Барабанная дробь стихла. Женщины перестали двигаться. Над лесом поднялся сильный ветер, нарастая с каждой минутой, пока на горизонте не появилось торнадо. Оно направлялось прямо к нам, стиснув внутри что-то черное и живое, оно пыталось освободиться, рыча и изрыгая пламя. Это был огромный дракон с блестящими полосками на ребрах. Его глаза злобно горели, обещая смерть и разрушение тому, кто посмел захватить его в плен. Он неистово схопал крыльями, стараясь вырваться из воздушной воронки.
Достигнув центра круга, ловушка остановилась, хлопнула, и дракон оказался внутри один на один с Дроганом. Не обращая на него внимания, он попытался пробиться наружу, но каждый раз натыкался на невидимую стену заколдованного круга. Наконец, осознав тщетность своих попыток, обернулся к бездыханному телу Дрогана. Открыв внушительную пасть с острыми как бритвы зубами, он излил на него поток огня. Но тот не достиг своей цели, обтекая истукана и лежащее рядом тело.
Бешено рыча и раздувая ноздри, чудовище двинулось в центр, произнося заклинания на непонятном языке. Дроган очнулся. Его мышцы напряглись, в глазах загорелась ярость, и он превратился в мощного черного дракона.
Места в кругу было недостаточно для этих двоих. Словно понимая происходящее, пространство вытолкнуло обоих наверх, освобождая место для битвы. Они не спешили, расправляя крылья, рыча и осматривая друг друга. В том, что это родственники не было никаких сомнений. Слишком похожи линии крыльев, изгиб шеи, мощные мышцы под черной блестящей чешуей.
Драконы набросились друг на друга, превратившись в один темный клубок. Вокруг летели щепки, ломались деревья, земля под перекрестным огнем превращалась в выжженное поле. Они то сходились, то расходились, не уступая и не давая надежды на скорое окончание битвы. В один момент, увлеченные боем, они ударились о скалу, вызывая вибрацию в недрах горы. Эхо подхватило звук, наполняя лощину нестерпимым грохотом.
С горы сорвались камни. Сначала одиночные, затем все больше, превращаясь в сплошной каменный поток. Мгновенно отреагировав на происходящее, Майоли произнесла заклятие. Между нами и скалой образовалось невидимое поле, не пропускающее летящие сверху булыжники. Оно защищало деревню, но не распространялось на драконов. Они остались под проливным каменным потом.
Сквозь стену пыли я видела, как огромный булыжник ударил дракона по голове и тот полетел вниз, стремительно теряя высоту. Ему на помощь бросилась вторая черная тень. Оба скрылись из виду, погребенные под толстым слоем камней.
Камни все летели, превращая живописную поляну перед скалой в темное месиво. Где-то там был Дроган, а я не могла ему помочь. Туземцы столпились на краю защитного поля и наблюдали за происходящим с ужасом и любопытством.
– Сделай что-нибудь, помоги ему, умоляю! – бросилась я к Майоли.
– Они живы. Я чувствую биение двух драконьих сердец. Надо подождать окончания камнепада. Пока мы ничем не сможем помочь, только сами погибнем, – успокаивала меня она.
Разбуженные грохотом, из дальней хижины прибежали Аша и Тим. Мы не стали приглашать их для участия в обряде, и сейчас они не понимали, что происходит, с удивлением глазея на обнаженных женщин. Я натянула лежащее неподалеку платье, не желая своим видом смущать и без того покрасневшего Тима.